Борьба с вредительством в СССР. 1927-1941 гг. - Олег Борисович Мозохин

сорганизовать разрозненные меньшевистские элементы, состояла из следующих лиц: Суханова Н. Н., меня – Громана В. Г. и Шера В. В., к которым ближайшим образом примыкали: Штерн А. Б., Гинзбург А. М., Соколовский А. Л., Волков И. Г., работавшие в ВСНХ СССР, Базаров В. А. из Госплана СССР, Залкинд Л. Б., Якубович М. П. из Наркомторга СССР, Берлацкий из Госбанка СССР. Эти лица и составили Союзное бюро ЦК РСДРП меньшевиков, участвуя в нем попеременно, с временным фактическим отходом, хотя основное ядро было достаточно устойчивым (Суханов, Громан, Шер, Соколовский, Гинзбург, Залкинд, Якубович)». Постепенно ЦК РСДРП наладила связи с другими антисоветскими политическими организациями, в частности с «ТКП» в лице Кондратьева. В ходе этих взаимоотношений наметилось размежевание в практической вредительской работе. РСДРП проводила вредительство в системе товарообращения, а вредительство в области сельского хозяйства осуществлялось «ТКП». Была попытка создать блок и с инженерным центром, но из-за резких расхождений было решено установить с ним только информационную связь. Эта связь с другими контрреволюционными организациями для партийного руководства была важна, так как показывала взаимодействие этих организаций по срыву проводимых ВКП(б) экономических реформ.

17 декабря 1930 г. Громан рассказал, что член заграничного ЦК РСДРП Абрамович нелегально приезжал в СССР летом 1928 г. В связи с тем, что Громан болел, встречи его с Абрамовичем были кратковременны. Тот предлагал проведение новой тактики, которая должна была быть направлена на обострение в мировом масштабе борьбы между II и III Интернационалом и на борьбу с новым курсом ВКП(б). По его мнению, мировой капитализм не только стабилизировался, но и встал на путь прогрессивного развития, поэтому имеются все шансы на победу над коммунизмом вне СССР. В этой борьбе РСДРП имела коалицию социал-демократов в лице партий II Интернационала. В связи с этим заграничный ЦК пришел к выводам об изменении тактики в сторону: «во-первых, допустимости даже желательности интервенции и, во-вторых, в направлении дезорганизаторской работы в советских учреждениях, предприятиях и в самой коммунистической партии путем всяческой поддержки правой оппозиции и развития ее тенденций в сторону поворота к социал-демократизму». В этом и выражались основные директивы заграничного ЦК РСДРП[344].

М. П. Якубович 13 декабря отразил контакты «Союзного бюро ЦК РСДРП(м)» с заграничным ЦК, которыми ведали В. В. Штерн и В. Г. Громан. По поводу проведения вредительской работы отметил, что «Союзное бюро» ЦК санкционировало участие членов РСДРП во вредительской работе как в промышленности, на транспорте, так и в других хозяйственных организациях и учреждениях планово-экономического порядка. Ее проведение было необходимо для ускорения наступления необходимой ситуации для совершения контрреволюционного переворота[345].

25 декабря 1930 г. ОГПУ присылает Сталину очередную партию протоколов допросов: В. Г. Громана от 24–25, 22, 16 декабря; А. Ю. Финн-Янотаевского от 24 декабря; В. В. Шера от 24 декабря; Л. Б. Залкинда от 24 декабря; А. Н. Гинзбурга два от 18 и от 19 декабря; И. Г. Волкова от 17 и 19 декабря; А. Л. Соколовского от 15 и 22 декабря; М. Н. Якубовича от 17 декабря; Л. Н. Юровского от 15 и 16 декабря; А. И. Антокольского от 14 декабря; М. Н. Иоффе от 18 декабря; Н. Н. Виноградского два протокола от 17 и 19 декабря и Е. И. Рабиновича от 18 и 22 декабря[346].

В. Г. Громан 16 декабря в ходе следствия рассказал о причинах изменения тактики заграничного ЦК РСДРП. По его мнению, это было связано с тем, что меньшевики разделились на две группы. Первая – это теоретики считавшие, что построение социализма в одной стране невозможно. Другая – более значительная часть – начала вместе с буржуазией бояться социализма. Это могло повлечь быстрый переход большинства мирового пролетариата на позиции Коминтерна и грозило смертью социал-демократии. При таких условиях у обеих групп возникла идея новой тактики – «тактики активной связи с мировой буржуазией в форме интервенции и возрождения тактики саботажа в форме дезорганизаторской работы или вредительства»[347].

А. М. Гинзбург, бывший консультант ВСНХ СССР и профессор института им. Плеханова, 18 декабря рассказал о дезорганизаторской деятельности, которую проводила организация меньшевиков. Исходя из установок «Союзного бюро ЦК РСДРП(м)», считалось, что ее проведение могло привести страну к товарному голоду. Согласно показаниям Гинзбурга, «в ВСНХ СССР организовалась вредительская группа в составе – меня, Долгова А. К., Шейна С. Д., Штерна А. Б., Соколовского А. Л., Белоцветова В. А. Это был основной костяк вредительской организации, разветвленной по всем отделам ВСНХ. В мою вредительскую группу входили: Улицкий Я. С., Гальперин М. Б., Абрамович С. Д. – все беспартийные. Вредительская деятельность моей группы заключалась в том, что в представляемых нами конъюнктурных обзорах неверно характеризовалось положение промышленности и давались неправильно практические выводы, что затрудняло промышленное строительство». Он заверил следователя, что в дальнейших показаниях этот вопрос будет изложен более подробно. По научно-исследовательской линии вредительство, по мнению Гинзбурга, выражалось в том, что работа по эффективности капиталовложений, связанная с определением географического размещения промышленности, задерживалась умышленно[348].

Следствие продолжалось, 27 декабря 1930 г. Менжинский направляет Сталину очередные протоколы допросов: А. Ю. Финн-Янотаевского два от 25 декабря; А. М. Сахарова от 21, 22 декабря; М. И. Тейтельбаума от 25, два от 26 декабря; К. Г. Петунина от 26 декабря; М. П. Якубовича от 25 декабря; А. Л. Соколовского от 25 декабря 1930 г.[349]

25 декабря 1930 г. М. П. Якубович в дополнение и уточнение сведений по вопросу об отношении РСДРП к интервенции сообщил, что эволюция в отношении РСДРП и ее руководящих органов к вопросу об интервенции совершалась непрерывно, но в 1926–1927 гг. совершился крутой перелом в позиции ЦК РСДРП (берлинского) в этом вопросе. С этого времени ЦК производит переоценку политического и экономического значения интервенции и приходит к выводу, что при складывающейся внутри обстановке и определяющем курсе компартии на дальнейшее углубление социальной революции вооруженная интервенция буржуазно-капиталистических государств будет оказывать положительное влияние на положение трудящихся. Предполагалось, что война вызовет явления жестокой экономической разрухи и принесет страдания для трудящихся классов СССР, но наступление этой разрухи является неизбежной при существующем курсе советской власти. В условиях интервенции продолжительность этих явлений окажется значительно меньшей. Решающим моментом в оценке избранной тактики РСДРП в отношении интервенции был вопрос о точке зрения на нее второго Интернационала, который должен был явиться рычагом выступления международного пролетариата в пользу интервенции, без которого русская социал-демократия оказалась бы в смешном и жалком положении. То, что показал на допросе Якубович, он якобы почерпнул из бесед, происходивших в его присутствии между руководящими деятелями Союзного бюро ЦК РСДРП – В. В. Шером, В. Г. Громаном, А. Б. Штерном, Н. Н. Сухановым и А. М. Гинзбургом[350].

28 декабря 1930 г. ОГПУ направляет И. В. Сталину протоколы допросов на К. Г. Петунина от 26 декабря и М. И. Тейтельбаума от 27 декабря 1930 г.[351]

К. Г. Петунин 26 декабря 1930 г. рассказал об отношении РСДРП к интервенции, отметив, что в этом вопросе произошла эволюция. После отрицательного отношения к интервенции в 1920 г. партия перешла прямо на противоположную позицию. Об этом он впервые узнал от Дана. При их встрече в Берлине в ноябре 1927 г. Дан сообщил, что перелом в этом вопросе наметился