Холмс. Гарольд Холмс - Miledit

— Шерлок, — голос Ватсона был напряженным, — присяжные вынесли вердикт. Невиновен. Его оправдали. Недостаточно доказательств. Недостаточно доказательств, Шерлок! Этот человек взломал Тауэр, Банк Англии и тюрьму, надел королевскую корону и написал твое имя на стекле, и им недостаточно доказательств!

— Присяжные испугались, — спокойно сказал Холмс. — Уверен, человек, который смог взломать Тауэр, мог связаться с присяжными даже из тюремной камеры.

— Ты спокоен? — в голосе Ватсона прозвучало недоумение. — Шерлок, его оправдали! Он на свободе!

— Да, спасибо, я понял. Нет нужды повторять дважды.

— Он придет к тебе! Ты понимаешь это? Он придет на Бейкер-стрит!

Шерлок отложил скрипку и посмотрел в окно, выходящее на улицу. Внизу, у входа, никого не было. Пока.

— Я знаю, Джон. Я жду.

В трубке повисла тишина. Потом Ватсон выдохнул — тяжело, с присвистом.

— Я уже еду.

— Не нужно.

— Шерлок…

— Джон, если он придет, он придет один. Он не будет устраивать перестрелку на Бейкер-стрит. Это не его стиль. Он захочет поговорить, а разговоры — не твоя сильная сторона.

— Это оскорбительно.

Шерлок сбросил вызов. Тишина в гостиной была абсолютной — миссис Хадсон ушла к подруге, Гарольд находился у родителей в поместье, Джон отсутствовал. Момент для встречи был подобран идеально. Холмс ничуть не удивился, когда вскоре со стороны лестницы послышались шаги.

— Приятное местечко. Уютное. Я всегда представлял его именно таким.

— Ты представлял мою гостиную? — Шерлок обернулся и посмотрел на Джеймса Мориарти, стоящего в дверях.

— Возможно.

— Что ж, ну вот ты и в ней. Присаживайся. Чай?

— Не откажусь.

Мориарти прошел к креслу, сел, вытянул ноги и начал отбивать пальцами на коленке незамысловатый ритм.

— Угадай, зачем я здесь? — спросил он.

— Пришел похвастаться? — предположил Холмс.

— Чтобы поболтать, — поправил тот.

— У тебя был время. Ты мог найти себе любого другого собеседника.

— О, другие были. Лучшего не нашлось.

— Итак, — заметил Шерлок, подавая Мориарти чашку, — ты оправдан. Мои поздравления.

— Это было несложно. Люди так легко пугаются, Шерлок. Ты не замечал? Достаточно показать им тень, и они уже видят монстра. Достаточно прошептать имя, и они уже слышат угрозу. Я даже не прилагал особых усилий.

— Зачем ты это сделал? — Холмс подался вперед. — Зачем вообще полез в Тауэр? Ты мог оставаться в тени, продолжать свою… работу. Ты выбрал публичность. Для чего?

Мориарти улыбнулся. Улыбка была широкой, почти детской, но глаза оставались холодными.

— Неужели не понял? Разочаровываешь, Шерлок. Мне казалось, ты умнее. Маркетинг, чистой воды маркетинг. Ты представляешь, сколько преступников по всему миру готовы платить деньги, чтобы получить доступ к секретной информации? К банковским счетам? К тюремным камерам? Раньше они платили своим взломщикам, своим хакерам, своим информаторам. А теперь? Теперь они знают: есть человек, который может открыть любую дверь. В прямом и переносном смысле.

Он откинулся на спинку кресла, закинул ногу на ногу.

— Тауэр, Банк Англии, Пентонвиль — это была презентация. Демонстрация продукта. Я показал клиентам, на что способен. И поверь мне, после этого у меня не будет отбоя от желающих приобрести мои услуги. Универсальный код. Программа, которая взламывает любую систему — это ли не мечта? В мире закрытых дверей тот, у кого есть ключ, — король. Видел, как мне идет корона? И вот у меня есть ключ от всех дверей. Ты представляешь, сколько стоит такая игрушка? Я уже подсчитал. Мне могло бы хватить до конца жизни. И моим детям. И детям моих детей. Если бы я собирался заводить детей, конечно. Но — упс! — я не собираюсь.

Он замолчал и посмотрел на Шерлока с выражением, которое трудно было расшифровать.

— Кстати, о детях. Как поживает твой мальчик? Гарольд, кажется? Мы с ним так интересно поболтали в прошлый раз. Очень умный ребенок. Не по годам. Такие… необычные способности. Или я ошибаюсь?

Холмс не изменился в лице, но напрягся.

— Гарольд в полном порядке.

— О, он в поместье Холмсов, не так ли? — Мориарти изобразил восхищение. — Прекрасное место. Я слышал, там отличная охрана. И сад, говорят, замечательный. Твоя матушка, кажется, увлекается розами? Да, да, я что-то такое читал в светской хронике. Хотя, конечно, читать и видеть своими глазами — разные вещи. О, нет-нет, не бойся, — Джеймс поднял руки в жесте примирения. — Я не собираюсь причинять вред твоему очаровательному отпрыску. Это было бы… неспортивно. И потом, он мне правда понравился. Такой спокойный. Такой рассудительный. Большинство детей в его возрасте ноют, плачут, зовут маму. А твой сын просто сидел и смотрел на таймер. И улыбался. Как будто ему было интересно. Как будто он знал, что выберется. Очень умный мальчик. Очень. Иногда мне казалось, что я разговариваю с тобой, только моложе и… менее циничным, что ли. Хотя цинизма в нем тоже хватает. Он сказал, что я скучный. Представляешь? Ребенок назвал меня скучным.

— Он прав.

— Возможно. Возможно. Но это не делает его менее интересным. Скажи, Шерлок, как ему это удалось? Выйти из запертой комнаты? Взломать замок? Выбраться? Я до сих пор не могу понять, как он это сделал. Никаких лазеек, и все же — пусто. Испарился! Ну прямо-таки Дэвид Копперфильд! Как он это сделал, Шерлок? Будь я менее рациональным, поверил бы в магию.

Последнее слово он произнес с легкой усмешкой, как будто шутил. Но в его глазах не было смеха. Он проверял. Зондировал почву. Хотел увидеть, как Шерлок отреагирует.

— Гарольд, как ты правильно заметил, умен, — спокойно сказал Холмс. — Он нашел способ.

— О, я уверен. — Мориарти снова улыбнулся. — Я уверен, что у него есть свои… таланты. Кстати, передавай ему привет, когда вернется от достопочтенной матушки. Скажи, что дядя Джим о нем помнит и когда-нибудь докажет, что совсем не скучный.

Он поднялся с кресла и начал медленно расхаживать по гостиной, разглядывая книги, трогая корешки, рассматривая череп.

— Знаешь, Шерлок, — сказал он, не оборачиваясь, — я ведь не только ради того, чтобы поговорить о твоем сыне, пришел. Хотя это было приятным дополнением.

— Что еще?

Мориарти остановился у окна. Его пальцы снова начали выстукивать по подоконнику какой-то ритм, и Шерлок машинально запомнил его.

— Я пришел сказать тебе спасибо.

— Спасибо?

— Ты сделал меня знаменитым, — Мориарти обернулся. — Ты говорил в суде обо мне как о «консультанте по преступлениям». Как о «пауке в центре паутины». Ты создал мне репутацию, Шерлок. Ты сделал меня легендой. Каждый преступник в Европе теперь знает мое имя. И все благодаря тебе.

— Я говорил правду.

— Правду? — Мориарти рассмеялся. Смех был громким, неестественным, почти истеричным. — Шерлок, милый, правда — это то,