Код Дурова 2: Telegram, глобальная власть и опасная свобода слова - Николай Викторович Кононов

Но затем Дуров стал прислушиваться к разговорам оперативников и понял, что вряд ли его арестовали спецслужбы. Впереди замерцала пробка, и на микроавтобусе включились сирена и мигалка.

Когда Дурову начали зачитывать список обвинений, он понял, что участь пешки в геополитической игре его миновала, и успокоился. Сам набор статей ясно указывал, что впереди нудная, но явно не спровоцированная —[39] тяжба:

Сговор с целью администрирования онлайн-платформы для обеспечения возможности проведения незаконных транзакций в составе организованной преступной группы.

Отказ предоставить информацию по запросам государственных органов.

Соучастие в распространении хакерских программ, распространении изображений несовершеннолетних порнографического характера организованной группой, распространении наркотиков, а также соучастие в мошенничестве организованной преступной группой.

Отмывание денег, полученных в результате действий организованной преступной группы.

Предоставление криптографических услуг, направленных на обеспечение конфиденциальности, без обязательного декларирования.

Незаконное предоставление и импорт средств криптографии.

•••

После публичного поражения с Gram тотем действовал аккуратно, и проекты TON Foundation развивались без лишнего шума. В 2023 году Telegram еще раз выпустил облигации – на этот раз на 270 млн долларов. Пятую часть этих бумаг приобрел сам Дуров на средства, которые выручил от продажи биткоинов и других криптовалют.

Но и на этом дело не кончилось. «В начале 2024 года у нас опять стали кончаться деньги, и мы опять выпустили облигации, – вспоминал он. – Я все время как будто сгребал свои фишки в казино, выдвигал их вперед и играл на все». На этот раз ценные бумаги ушли за 330 млн долларов.

Параллельно Дуров возобновил переговоры о продаже доли в Telegram. С ним на связи были «ангел» Иэн Осборн, старый знакомый Юрий Мильнер и инвестор проектов Илона Маска Александр Томаз. По словам Дурова, обсуждалась стоимость компании в 30 млрд долларов, но он считал, что справедливая оценка – это 100 млрд, поэтому сделка развалилась.

Стало понятно, что раз за разом выставлять фишки слишком утомительно и следовало придумать что-то, что вывело бы Telegram на прибыль. Написанный «людьми, близкими к Рогозову» аналог магазина приложений App Store, только внутри самого Telegram, начал приносить доход в виде комиссий со встроенных покупок в мини-приложениях. Однако Apple засекла это и заявила, что целый список приложений нарушает правила ее экосистемы.

Надо было срочно что-то придумывать. Через приложение на iOS мессенджером пользовалось лишь 20% пользователей, но они приносили 80% дохода. С приложениями под Android экосистемы Google дело обстояло ровно наоборот. Но при этом Apple всегда жестко диктовала условия и давала понять, кто тут супертехнофеодал, а кто так, лендлорд экономкласса…

Когда в 2018 году кремлевские хакеры пытались заблокировать Telegram, власти давили и на Apple. Со слов Дурова, чуть ли не месяц он лично писал письма эппловским менеджерам, чтобы те утвердили обновление приложения Telegram, но из Apple тонко намекали, что хорошо бы Telegram для начала перестать сопротивляться блокировкам в России. Если бы в такой ситуации тотем пошел навстречу и выкатил обновления мессенджера во всех странах, кроме России, Apple получила бы шанс использовать против Telegram аргумент «они сами сдались».

Дуров взбеленился и опубликовал пост о том, что Тим Кук и команда встали на сторону Кремля. После чего стал ждать, что произойдет. Но ничего не произошло, сначала пост будто не заметили. «Это был ва-банк: если бы они выдержали удар, мне было бы уже нечего делать», – признавался Дуров.

Пост увидели журналисты The New York Times и написали статью под заголовком «Telegram сообщает, что Apple блокирует его обновления из-за диспута с Россией». Но и после ее выхода ничего не происходило день, второй, третий. Дуров потерял надежду и уже хотел выкатывать обновление везде, кроме России, как пришло письмо из Apple: обновление утверждено.

В общем, монетизировать игры и другие мини-приложения в Telegram надлежало аккуратнее. Тотем прибег к чему-то вроде челночной дипломатии.

Без шума и пыли Дуров ввел свою внутреннюю валюту – звезды, которыми можно было расплачиваться за покупки в играх и т. д. Причем через кошелек Wallet, принадлежащий The Open Platform, которую возглавил все тот же Рогозов. После чего Telegram предложил Apple делить комиссию от транзакции этих звезд. Логика была такая: наше приложение – ваше устройство, нам процент – вам процент. По словам Дурова, это было серьезное изменение парадигмы, и, чтобы его одобрить, Apple пришлось созвать совет «на уровне Тима Кука».

Заручившись согласием Apple, Дуров обратился к разработчикам мини-приложений, которых собрал вокруг себя TON Foundation во главе с Рогозиным. Суть его речи заключалась в следующем: одна там корпорация зла вечно норовит забанить ваши приложения, но нам наконец удалось с ней договориться о разделе комиссии, и, кажется, это не такой уж и плохой шанс для вас, тем более что мы поможем вам продвигаться в Telegram…

Сообщество покивало, и звезды были узаконены. Дуров вздохнул с облегчением, потому что от него отстали две главные немезиды: могущественное государство и лояльная ему корпорация-спрут.

Тем временем началась —[40]. Кремлевские политические консультанты посоветовали губернаторам и мэрам заводить каналы в мессенджере Дурова, чтобы мгновенно информировать граждан о важных событиях и угрозах. Бюрократы взяли под козырек и заодно получили выгодный канал быстрой обратной связи.

В Украине такие же каналы завели главы военных администраций и те же мэры с губернаторами, а также сам президент Владимир Зеленский. Оповещения о налетах, сведения о погибших и раненых, отчеты о пожарах и разрушениях – вот что наводняло каналы украинских чиновников, и конца-края этому безумию видно не было.

Тем острее было чувство нереальности происходящего у Дурова, потомка украинской знати, когда, отрубившись после трех суток бодрствования, он проснулся в тюремной камере с умывальником и смрадной дырой в полу.

•••

Дуров попал за решетку из-за того, что недооценил minor threats – второстепенные, но существенные угрозы своей свободе. Взбунтовались спецслужбы стран, которые Telegram давно раздражал недостаточным усердием в борьбе с наркоторговлей, распространением детского порно, отмыванием денег и далее по списку. И если претензии бразильских властей, которые возмущались разгулу оппозиции в Telegram, удалось уладить дипломатическим визитом Перекопского к Болсонару и компании, то с Европой, где интернет регулировался все жестче, договориться было нелегко.

Например, до 2022 года власти Германии не могли достучаться до Дурова. Хотя им очень хотелось: во время пандемии ковида в Telegram гнездились немецкоязычные антипрививочники, сторонники теории заговора и много кто еще. Компания получала письма, но не отвечала на них.

При этом Дуров вовсе не исчез из публичной