Все тайны романа «Мастер и Маргарита» - Виктория Крапива

Тридцатые годы ознаменовались модой именно на большие оранжевые абажуры (фр. abat-jour – буквально приглушитель света) в виде полусферы из проволочного каркаса, обтянутого тканью с бахромой по нижнему краю. Подвешенные к потолку, они обычно давали слабый свет, но создавали иллюзию уюта.

«…и из всех окон, из всех дверей, из всех подворотен, с крыш и чердаков, из подвалов и дворов вырывался хриплый рев полонеза…»

Регулярное радиовещание началось в РСФСР в 1924 году, с 1925 года приемники проводного вещания начали массово устанавливаться в жилых домах и к тридцатым годам стали вездесущим атрибутом советской жизни. В стране с изначально очень низким уровнем грамотности радиовещание выполняло прежде всего информационную функцию – для большинства радиоточка была единственным источником новостей о событиях в мире.

В конце 1920-х годов радио попытались использовать в образовательных целях, просвещая неграмотное население по самым разным вопросам. Но через несколько лет эту программу свернули. В основном эфирное время заполнялось официальными сообщениями, текущими новостями, трансляцией заседаний и спектаклей, чтением разрешенных литературных произведений и исполнением музыки – патриотических песен, фольклора и классики. Вещание велось с 6 утра до 24 ночи, в помощь домашним радиоточкам на заводах и фабриках, на улицах и площадях, в скверах и парках, в военных частях и тюрьмах устанавливались громкоговорители-рупоры, работавшие почти непрерывно. Звуки радио сопровождали человека везде, постепенно превратившись из средства оповещения и передачи сигналов учебной тревоги в рупор советской пропаганды. Количество документальных и нейтрально-информационных программ сократилось до минимума, а последние ростки инициативы и самодеятельности были уничтожены к 1937 году, когда созданный незадолго до этого Всесоюзный комитет по радиофикации и радиовещанию при СНК СССР утвердил единую эфирную радиосетку – отныне радиовещание управлялось централизованно и было жестко регламентировано.

Бурка

Бурка – традиционная верхняя мужская одежда у народов Кавказа – длинный войлочный плащ без рукавов, защищающий от ветра и дождя.

«В рупоре голос командовал…»

Под рупором (голл. roeper) здесь имеется в виду переговорная труба, через которую голосовые команды-заказы передавались из ресторанного зала на расположенную в подвале кухню. Такие устройства до сих пор используются на пароходах, например для связи между капитанским мостиком и машинным отделением.

«…неотложных вопросов об убранстве колонного Грибоедовского зала, <…> и о прочем, связанном с прискорбным событием»

Начиная с 1920-х годов в сознании граждан СССР выражения «колонный зал» и «прискорбное событие» были неразрывно связаны с Колонным залом Дома Союзов, где традиционно проходили церемонии прощания с видными государственными и культурными деятелями, ушедшими из жизни. Дом Союзов, здание в стиле классицизма, расположенное на углу Охотного ряда и Большой Дмитровки, с конца XVIII века и до 1917 года было закреплено за Благородным собранием и соответственно перестроено под его нужды. После национализации дом был передан Центральному совету московских профессиональных союзов и стал Домом Союзов, а Большой зал бывшего Благородного собрания переименован в Колонный.

Начало этой традиции – проводить в Колонном зале особо важные панихиды – было положено в феврале 1921 года, когда состоялась церемония прощания с революционером Петром Кропоткиным. В последующие годы в Колонном зале прощались с партийными лидерами и видными деятелями В. И. Лениным (1924 год), М. В. Фрунзе (1925), Ф. Э. Дзержинским (1926), С. М. Кировым (1934), В. В. Куйбышевым (1935), М. Горьким (1936), с 13 воздухоплавателями, погибшими при крушении дирижабля СССР-В6, отправленного для эвакуации экспедиции И. Д. Папанина, с летчиком В. П. Чкаловым (1938) и многими другими.

Стоит отметить, что в Грибоедовском доме (то есть в реальном доме Герцена, послужившем его прототипом) не было и самого колонного зала, подходящего для такого рода мероприятий. Дом Союзов, в отличие от «Грибоедова», находится буквально в пяти минутах ходьбы от Александровского сада, мимо которого в романе двигалась странная похоронная процессия, привлекшая внимание Маргариты. Логично предположить, что дальнейший путь катафалка и трех сотен сопровождающих пролегал на Новодевичье кладбище, ставшее в те годы вторым по значимости после некрополя у Кремлевской стены.

Лихач

Лихач – извозчик на щегольском экипаже, запряженном хорошей лошадью.

Козлы

Козлы – сиденье для кучера в передней части экипажа.

Вредитель

Вредитель – термин, в переносном смысле впервые появившийся в советской прессе в 1925 году и к концу десятилетия превратившийся в серьезное обвинение. Вредительством назывались действия, направленные на подрыв советской экономики, работы государственных органов или общественных организаций. В уголовном кодексе отдельной статьи за вредительство тогда еще не было, обвинение выносилось по другой статье – «контрреволюционная деятельность», которая предполагала расстрел с конфискацией имущества, а при смягчающих обстоятельствах – лишение свободы на срок от пяти лет. Процессы против «вредителей», с конца 1920-х годов носившие массовый характер, использовались государственным и партийным руководством СССР для прикрытия собственных просчетов в экономике и переложения ответственности за свои ошибки на других.

Кулачок

Кулачок, то есть кулак – принятое в советском обиходе и литературе уничижительное название зажиточных крестьян, пользовавшихся трудом наемных работников. Их подозревали в получении значительных нетрудовых доходов, что вызывало негативное отношение к ним, вплоть до причисления к классовым врагам. Значение понятия «кулак» менялось в зависимости от смены курса ВКП(б) – начиная с середняка, некоего переходного явления от капитализма к социализму, и заканчивая эксплуататором, которого нужно уничтожить как класс.

В житейском смысле кулак – человек с мелкими эгоистическими интересами и ограниченным мировоззрением.

Пролетарий

Пролетарий (лат. proletarius — производящий потомство) – в марксистской трактовке это социальный класс, для которого единственный источник средств к существованию – продажа собственной рабочей силы. Он лишен капитала и, в отличие от ремесленников, не владеет ни средствами производства, ни произведенной им продукцией.

«Пролетариям нечего терять, кроме своих цепей» – эту цитату из «Манифеста Коммунистической партии» (1848) К. Маркса и Ф. Энгельса знал каждый советский школьник. В СССР пролетарии были объявлены гегемоном – движущей силой общественного развития. Это социальное устройство называлось диктатурой пролетариата – самого «передового» общественного класса, которому предстояло построить коммунизм, уничтожив класс капиталистов. Происхождение из пролетариев, в крайнем случае – из сельской бедноты давало огромные преимущества в карьерном плане, будь то литературное поприще, наука, искусство или партийная линия, и воспринималось как доказательство лояльности и преданности режиму.

И когда Иван Бездомный, обличая Рюхина, называет того кулачком, который только маскируется под пролетария, он на самом деле выдвигает очень серьезные обвинения. Спасает Рюхина только то, что Иван Николаевич уже себя скомпрометировал в глазах окружающих и на слова «сумасшедшего» никто