Как полетели динозавры: ящеры-квадрокоптеры, обратные птицы и их потомки - Андрей Юрьевич Журавлёв

ящеры облегчили заднюю часть своего скелета: половина хвостовых позвонков у них имела воздухоносные полости. Отличались они и зубами — с заметным загибом назад. Последние мегарапторы, жившие накануне «динозаврового конца света», тоже доросли до величественных размеров — до 7 м в длину и 1000 кг массой.

Что касается прямых предков тираннозавра, то один из древнейших среди них — килеск, возрастом 168–166 млн лет, — жил в среднеюрской Сибири (его остатки обнаружены в Березовском карьере у г. Шарыпово на юге Красноярского края; рис. 3.4.3). Ранние тираннозавроиды несли на черепе высокий гребень с несколькими обширными окнами, растянувшийся у некоторых форм от начала носовых костей до самого затылка (рис. 8.9).

Рис. 8.9. Реконструкция скелета килеска (Kileskus aristotocus), найденного С. А. Краснолуцким, длина черепа 0,5 м; среднеюрская эпоха (168–166 млн лет); Берёзовский карьер, Шарыповский район, Красноярский край (Краеведческий музей г. Шарыпово)

Возможно, гребень играл ту же укрепляющую роль, что и сросшиеся носовые кости у поздних видов. В рост эти ящеры пошли, уже превратившись в настоящих тираннозаврид, в Восточной Азии и Ларамидии в позднемеловую эпоху. К самому ее концу на западном острове Северной Америки появились альбертозавр, дасплетозавр и, наконец, тираннозавр. Один из местных тираннозаврид — нанукзавр (Nanuqsaurus) — забрался даже на крайний север Аляски, лежавшей в то время еще заполярнее, чем ныне. Правда, жизнь в суровых условиях, где по полгода в потемках приходилось разыскивать добычу, сказалась на его размере: он стал в два с лишним раза мельче южных родственников. А в монгольском центре Азии тогда же возникли грациозный и слегка рогатый алиорам (Alioramus) и меньший брат-близнец тираннозавра — тарбозавр-герой (Tarbosaurus bataar), открытые во время советских экспедиций в Гоби (рис. 8.5, 8.10). Эти разноразмерные хищники неплохо уживались друг с другом, поскольку охотились на животных очень разной массы.

Рис. 8.10. Череп алиорама (Alioramus), длина черепа 0,5 м; позднемеловая эпоха (72–68 млн лет); Баянхонгорский аймак, Монголия (Центральный музей монгольских динозавров, Улан-Батор)

Потеснить и вытеснить кархародонтозавров тираннозавроидам удалось, возможно, благодаря более высокому уровню обмена веществ. Не случайно тираннозавр отличался от сходного по массе кархародонтозавра заметно большей поворотливостью. Да, перьев, косвенно указывавших на теплокровность, у него не было. Однако при такой массе ящер больше нуждался в избавлении от излишков тепла, поэтому и шкура у него состояла исключительно из угловатых гладких чешуек мелкого (до 1 мм) размера. А вот ранние тираннозавроиды, такие как дилун и даже полуторатонный ютиранн (Yutyrannus), кутались в некое подобие перьев — длинные (15–20 см) нитевидные монофиламенты, очень похожие на пикнофибры летающих ящеров. Оба жили на территории Северо-Восточного Китая, совсем нежаркого в середине раннемеловой эпохи (среднегодовая температура воздуха +10 °C). Эпоха вообще курортными температурами не радовала, и северные ледники временами наползали на приполярные кромки континентов.

Приходится допускать, что по темпам обмена веществ тираннозавр находился где-то между львом и драконом (комодским). Это допущение проверяемо по строению скелета. Многочисленные черепные воздушные пазухи, расположенные в области внутреннего уха и под мыщелками, а также полости в квадратной и сочленовной костях не только облегчали череп, но и охлаждали мозг. Особенно важны были разветвленные околоносовые пазухи, зажатые между «переносицей» и нёбом, заходившие в слезную, верхнечелюстную, скуловую кости и сопряженные с предглазничными окнами. Сокращение и расслабление челюстных мышц срабатывали словно меха, благодаря которым воздух продувался сквозь эти щели. И тогда испарительное охлаждение не давало мозгу перегреваться, как у птиц. У крокодилов подобного механизма нет.

Кроме того, 10 шейных и 13 спинных позвонков, тела пяти сросшихся крестцовых позвонков и шейные ребра вмещали объемные воздухоносные полости. Последние, как мы уже знаем на примере строения завропод, свидетельствуют о «двойном» птичьем газообмене. Усиливала дыхательный процесс необычно устроенная грудная клетка. Мощные позвоночно-реберная и реберно-поперечная связки, следы крепления которых запечатлелись в виде тонких бороздок и морщинок на поверхности грудных позвонков и ребер, стягивали ребра в общий каркас. Первая из них, волокнистого строения, обволакивала суставные выступы, образуя своего рода муфту, поддерживавшую вес костей. Передние гастралии расширились и плотно срослись, образуя подобие грудины, и все вместе они, будучи широкими и стреловидными, замыкали грудную клетку снизу. Эта огромная конструкция расширялась и сжималась как единое целое, прогоняя мощный воздушный поток через трахею, легкие и объемные мешки.

С таким дыханием и чрезмерный перегрев, и сильное остывание ящеру точно не грозили. Рос и взрослел тираннозавр тоже быстрее, чем кархародонтозавры, — ростовые зоны в длинных костях у него заметно шире. Теплокровность же, даже в первом приближении, косвенно указывает на возросшее число нейронов в мозге.

Более объемный мозг особенно помог тираннозавру и его предшественникам в «борьбе» с кархародонтозаврами. Среди ящеров сходной массы тираннозавр был самый мозговитый: этот орган занимал более 40% объема мозговой полости (ее длина 28 см), а масса больших долей составляла почти половину таковой всего мозга (около 200 г). Те же показатели у кархародонтозавра и крупного аллигатора колебались в пределах 37 и 42% соответственно. (У продвинутых — в сторону птиц — манирапторов, а также у настоящих птиц, млекопитающих и птерозавров объем мозга совпадает с занимаемой им в черепе полостью.) Покоился этот орган в спинномозговой жидкости под защитой твердой мозговой оболочки, образующей также стенки венозных коллекторов (последние очень хорошо просматриваются на микротомограммах).

Еще один важный параметр — коэффициент энцефализации — достигал 2,57 против 1,06 и 1,84 у двух вышеназванных рептилий. (Если кто-то уже подзабыл, что такое коэффициент энцефализации, обращайтесь к главе о пситтакозавре.)

Положение 12 пар основных черепно-мозговых нервов, каждая из которых проходила по собственным каналам в соответствующих костях, как всегда, помогает разобраться в строении мозга. Заметны были основные отделы. Средний из них как бы служил слегка горбатым мостиком между конечным и задним. Конечный мозг выглядел увеличенным в сравнении с таковым у прочих крупных динозавров, включая кархародонтозавра, и разделялся на полусферы.

Крупные обонятельные луковицы, находившиеся в основании объемной носовой полости, соединялись с остальным мозгом укороченными и утолщенными каналами. Размер этих луковиц в определенной степени отражал