Прогноз. Как, наблюдая за погодой, научиться предсказывать экономические кризисы - Марк Бьюкенен

количество выпадающих осадков, температура воздуха, влажность или любая другая из измеряемых величин. В тех случаях, когда эти колебания строго случайны, значение r растет как квадратный корень из t, или как t1/2. Херст установил, что расширение разливов Нила происходит быстрее, чем следует из приведенной формулы, то есть r растет не как квадратный корень из t, а как t0,7. Для обозначения показателя, который характеризует связь между размахом вариаций и временем, будем использовать букву «h». Для Нила h=0,7. Это означает, что за колебаниями вверх или вниз, как правило, следуют дальнейшие колебания в том же направлении, поэтому исследуемый показатель отдаляется от нуля быстрее, чем можно было бы предполагать. Как выяснилось, данный подход применим для рыночных трендов на коротких интервалах времени.

В 2010 году физик Реджинальд Смит обнаружил, что краткосрочные движения цен акций, начиная примерно с 2005 года, характеризуются значением показателя Херста, превышающим 0,5[200]. Его данные показывают, что значение h постепенно росло в период с 2002 по 2009 год с 0,5 до примерно 0,6 с некоторыми колебаниями. Данное повышение означает, что рынок на коротких промежутках времени совершает более агрессивные колебания.

В этом нет ничего удивительного. Это всего лишь означает, что на рынках в масштабе краткосрочных интервалов (нескольких минут) проявляются те же паттерны, которые ранее были зафиксированы на более длительных интервалах времени – часовых, дневных и недельных, с периодическими всплесками волатильности при их наложении. Учитывая эту возрастающую волатильность и скорость совершения сделок высокочастотными трейдерами, естественно будет предположить, что они стали более пугливыми, постепенно утрачивая контроль во все более опасных условиях современного мира.

Напомним, что спред между ценами покупки и продажи отражает ту сумму с каждой сделки, которую, по мнению маркет-мейкеров, необходимо взять, чтобы они могли получать прибыль. Ее можно рассматривать как страховую премию, которую маркет-мейкеры взимают, чтобы покрыть естественные риски своего бизнеса. Очевидно, что размер страховой премии увеличивается с возрастанием рисков, и эти риски действительно растут, поскольку вероятность возникновения сильных ценовых движений за короткие временные интервалы становится все более высокой. Маркет-мейкеры не хотят оказаться в ситуации Майка Маккарти. Чем выше ценовая волатильность, тем больше вероятность того, что цена акций успеет упасть прежде, чем маркет-мейкер успеет продать их кому-то еще. В периоды высокой волатильности высокочастотные маркет-мейкеры увеличивают свои спреды, поскольку им приходится чаще обжигаться в условиях непредсказуемого хаоса.

Таким образом, для маркет-мейкера вполне естественно расширять границы выставленных цен на покупку/продажу в периоды сумасшедшей рыночной нестабильности, и иногда они делают это довольно резко. Высокочастотный трейдинг – это рискованный бизнес, и сделки, совершаемые маркет-мейкерами на турбулентном рынке, по праву можно назвать опасно «токсичными», если не «ядовитыми». Поэтому разработчики торговых алгоритмов видят смысл в том, чтобы сделать их более «пугливыми» и даже предусмотреть возможность их выхода из игры, когда ситуация становится слишком опасной. В итоге высокочастотный трейдинг вполне может способствовать сужению спредов в спокойные периоды, но вызывает прямо противоположный эффект в периоды рыночной нестабильности. Эндрю Холдейн, исполнительный директор Банка Англии, в своей речи, произнесенной в 2011 году, высказался по этому поводу следующим образом:

Ничуть не смягчая стрессовые ситуации, высокочастотный трейдинг, похоже, напротив, способствует их осложнению. Повышение ликвидности и сужение ценовых спредов, которые достигаются в спокойные периоды, очевидно, могут быть лишь иллюзорными эффектами… Спреды между ценами покупки и продаживо время «молниеносного падения» не просто расширились, они стали огромными. Ликвидность исчезла. Алгоритмы действовали на автопилоте… Цены в этот момент отражали имеющуюся информацию не просто неэффективно; они сместились настолько, что перестали учитывать ее[201].

Если интерпретация Холдейна корректна, то следует признать, что в сердцевине современных рынков заложен потенциально взрывоопасной механизм, способный за очень короткий промежуток времени вызвать цепную реакцию положительной обратной связи. Для бесперебойной работы рынки нуждаются в ликвидности, особенно в стрессовые периоды. Но стресс, даже продолжительностью в миллисекунды, может заставить торговые алгоритмы маркет-мейкеров обратиться в бегство. Увеличение волатильности приводит к снижению ликвидности, что, в свою очередь, приводит к возрастанию волатильности, и так далее по спирали. В принципе, такая цепная реакция может возникнуть в любой момент.

На самом деле, нечто очень похожее на это происходит в наше время примерно по десять раз на дню.

Шипы и разломы[202]

«Посмертное вскрытие», которое производится после значимых событий, произошедших в любой динамической системе, представляет собой сбор улик и доказательств, способных объяснить, что именно произошло и почему это случилось. Такая экспертиза позволяет получить большой объем информации, но все это тоже лишь часть истории. Часто более полезным оказывается обнаружение таких данных, которые не связаны с какими-либо очевидными крупными событиями, но при этом способны раскрыть нам детали, позволяющие лучше понять базовые процессы, на основе которых возникают кризисы. Если бы мы изучали движение литосферных плит исключительно после землетрясений, мы могли бы прийти к выводу, что земля под нашими ногами всегда остается в состоянии покоя – кроме тех случаев, когда здания рушатся, а по тротуарам разбегаются трещины. Лишь чувствительные сейсмические датчики позволили обнаружить, что земная кора подвергается непрерывным землетрясениям, но они настолько слабы, что их невозможно почувствовать без специального оборудования.

Заинтригованный как нераскрытой тайной «молниеносного падения», так и многих последующих событий меньшего масштаба с участием тех или иных акций, физик Нейл Джонсон решил взглянуть на рынки с точки зрения геофизики. Используя базу данных биржевых котировок, собранную компанией Nanex, он совместно с другими исследователями, включая генерального директора Nanex Эрика Хансэйдера, изучил записи всех движений цен акций на нескольких биржах за пятилетний период, поставив цель – обнаружить необычные события[203]. Их старания не прошли даром. На коротких временных интервалах они выявили более 18 тыс. случаев, когда цены на отдельные акции за полторы и менее секунд делали по меньшей мере десять направленных вверх или вниз «тиков» [204] подряд, что приводило к росту или падению цены как минимум на 0,8 %. Это не слишком много, но следует учитывать, что многие из этих мини-взлетов и мини-обвалов – исследователи назвали их «шипами» и «разломами» – происходили менее чем за десятые доли секунды, то есть действительно мгновенно, если рассматривать это через призму человеческого восприятия. В каждом случае цены вновь восстанавливались на прежнем уровне в течение примерно десяти секунд.

Собранные данные показывают, что такие события происходят примерно по десять раз в день. Типичные «шип» и «разлом» представлены на рис. 9, который показывает, насколько быстрыми и жестокими могут быть такие ценовые движения.