Прогноз. Как, наблюдая за погодой, научиться предсказывать экономические кризисы - Марк Бьюкенен

даже пассивные «лимитные» биржевые приказы, если они имеют достаточно большой объем, могут оказывать давление на цены; торговые алгоритмы ощущают их присутствие на рынке и реагируют соответствующим образом. Но в любом случае сделка Уодделла и Рида не носила исключительного характера с точки зрения ее объема, и причиной развития ситуации по наихудшему из сценариев действительно стали действия других участников рынка. Произошедшее выглядит как редкое, но совершенно нормальное для современного рынка явление. Паника очень быстро распространилась благодаря тесной взаимосвязи высокочастотных трейдеров, которые в минуту опасности стали в массовом порядке продавать свои активы, что создало мощный эффект обратной связи. Как и в случае с катастрофой дирижабля «Гинденбург», все, возможно, началось с какой-то конкретной искры, но масштаб последствий объясняется наличием сложившихся на рынке весьма волатильных условий. И именно поэтому мы должны ожидать, что такая ситуация, вполне возможно, возникнет снова.

И, конечно же, все могло быть намного хуже. Из доклада, подготовленного для правительства Великобритании[208] компьютерными специалистами Дэвидом Клиффом и Линдой Нортроп, проанализировавшими риски, связанные с высокочастотным трейдингом, следует, что в тот раз мы еще довольно легко отделались:

По-настоящему кошмарный сценарий стал развиваться бы в том случае, если бы обвальное падение сразу на 600 пунктов, подразумевающее списание в триллион долларов, произошло бы непосредственно перед закрытием торгов: то есть если бы рынки закрылись сразу после резкого падения, не получив шанс на восстановление в тот же день. Увидев, что торги в Нью-Йорке 6 мая завершились рекордным однодневным падением… трейдеры в Токио стали бы реагировать единственным разумным в данных условиях образом: продавать. Высока вероятность того, что на бирже Токио случился бы один из самых мощных в истории внутридневных обвалов цен. Последующее открытие 7 мая европейских торговых площадок происходило бы на фоне беспрецедентных распродаж, зафиксированных сначала в Нью-Йорке, а затем и в Токио. Естественно, что европейские рынки, поддавшись общей панике, тоже перешли бы в режим свободного падения… Единственным, что уберегло нас от такого сценария, стало наличие запаса времени на исправление ситуации. Нам, можно сказать, просто повезло. Во второй половине дня 6 мая 2010 года глобальная финансовая система сумела увернуться от посланной в нее пули.

Мы также должны быть благодарны тому обстоятельству, что выключатель на электронной торговой площадке сработал так, как было задумано. Пятисекундной паузы в торгах оказалось достаточно для того, чтобы алгоритмы «остудили свои головы». Но мы должны четко понимать, что подобные события могут повториться. «Молниеносное падение» непосредственно затронуло только два рынка – фьючерсов и акций. Все прошедшее с тех пор время высокочастотные трейдеры упорно работали над тем, чтобы расширить свой бизнес и выйти на другие рынки, что привело в итоге к дальнейшему расширению и усилению сети финансовых взаимосвязей.

Глобальный хаос инкорпорейтед

8 июня 2011 года своенравный торговый алгоритм вызвал продолжавшееся в течение нескольких минут необычное колебание цен на рынке фьючерсов на природный газ[209]. Изучив эту приведшую к внезапному биржевому кризису серию странных ценовых взлетов и падений, легко заподозрить, что здесь не обошлось без попытки манипулирования рынком. Мошенничество, обман и использование преимущественного положения имеют место в любой системе адаптивных взаимодействующих агентов, даже если эти агенты не являются людьми. Даже в колониях бактерий встречаются «читеры» – мошенники-мутанты, которые получают несправедливое преимущество, используя произведенные сообществом ресурсы и не способствуя при этом их производству.

Однако в большинстве случаев рыночные катастрофы все же не являются результатом чьего-то злого умысла. Мы постепенно, шаг за шагом, смиряемся с происходящими незначительными изменениями, которые, как подразумевается, направлены на улучшение ситуации, но они же незаметным образом создают условия для будущей катастрофы. Прислушайтесь к словам Джона Бейтса, ученого-компьютерщика и главного технического директора компании Progress Software, являющейся крупным поставщиком программного обеспечения для трейдинга, и вы получите внутреннее ви́дение проблем, которые могут ожидать нас в будущем. После «молниеносного падения» рынки пребывают в тревожном ожидании на фоне множества таинственных микрофактурных событий. Боясь заглянуть под «капот» рынка, мы продолжаем двигаться вперед в тщетной надежде на то, что стук и скрежет чудесным образом прекратятся сами собой. На самом деле, предполагает Бейтс, ситуация при таком подходе только ухудшится, и мы столкнемся с чем-то еще более ужасным и более масштабным, чем «молниеносное падение».

Он обращает внимание на то, что высокочастотный трейдинг и другие сложные технологии все более агрессивно расширяют свое влияние, выходя за границы рынков акций и фьючерсов, проникая в сферы торговли производными инструментами, сырьевыми товарами, иностранной валютой и другими классами активов. Вследствие этого, предполагает Бейтс, следующее «молниеносное падение» уже не ограничится конкретными рынками, а приведет к возникновению «эффекта домино, когда произошедший сбой вызовет всплеск крахов, который охватит все классы активов и, возможно, посеет хаос среди участников и регуляторов рынка»[210].

С этим трудно не согласиться. В конце концов, цены акций нефтяных компаний, например такой, как Exxon, зависят от процентных ставок и курса доллара США, а также курсов валют тех стран, в которых Exxon ведет свою деятельность. Они зависят также и от цен на нефть, и от политических событий. Некоторые трейдеры уже начали применять обладающие искусственным интеллектом торговые алгоритмы, которые способны торговать на основе информации такого рода. Какая-либо необычная операция, которую совершает торговый алгоритм, используемый крупным банком или хеджевым фондом, легко может вызвать реакцию, подобную той, что продемонстрировал 6 мая 2010 года высокочастотный маркет-мейкер. Но на этот раз последствия могут оказаться куда более масштабными из-за массовых автоматических продаж самых разных активов, начиная от акций и заканчивая фьючерсами на сырьевые товары. Результат может оказаться весьма плачевным. «Возникнет столпотворение. Торговые системы могут не справиться с потоком биржевых приказов из-за ограниченной пропускной способности каналов связи, торговые площадки прекратят свою работу, бедствие распространится на все классы активов… Я думаю, что мы очень сильно рискуем, относясь к существованию этой опасности без должной серьезности и не предпринимая мер, способных предотвратить подобные события».

Опасения Бейтса резонируют с принципами построения сети взаимосвязанных финансовых учреждений. Как следует из материалов, представленных в предыдущей главе, расширение сети финансовых взаимосвязей, полезное в спокойные времена, может сыграть негативную роль при возникновении проблем. Это опять же вернет нас к вопросу о соотношении эффективности и стабильности. Например, электрические сети построены по «распределенному» принципу и имеют децентрализованную структуру, что повышает степень их эффективности, поскольку допускает повсеместное применение генераторов меньшей мощности. (Попробуйте представить себе возможный альтернативный вариант – некий огромный сверхмощный генератор, находящийся в географическом центре США и равномерно распределяющий электроэнергию по всем уголкам страны.) В ныне