Гудибрас - Сэмюэл Батлер

Съел фрукт от женщины, и к нам

Пришло познанье наслажденья

Физического. Стал он тенью

Прекрасной Евы. Коль она б

Не подала тот фрукт, масштаб

Наш никогда бы не развился,

А на двоих остановился.

Выходит, что мужчины нам

Обязаны тем, что их срам

Нашёл в природе примененье.

Где выбор ваш теперь? Решенье

Мы принимаем; стало быть,

И выбор наш. Вся ваша прыть —

Война и судопроизводство.

Стань нашей власть, и в мире скотства

Вмиг поубавилось бы, суд

Стал справедливым бы. Несут

Ответственность за зло мужчины.

Мы вас рожаем, пуповины

Лишаем, отпуская в мир,

Но мы лишь ваш ориентир.

Мы подчиняемся вам, чтобы

Взять власть. Нет в мире ни особы,

Которая была б от нас

Свободна, хоть бы напоказ.

Не афишируем мы власти,

Вид делая, что браки – счастье,

Что вы дороже нам себя,

Что мы смиряемся, любя.

Не лезем мы в дела мужские,

Но правим ими. Так морские

Суда подвластны рулевым.

Штурвальный редко в центре зрим

Боёв, бунто́в и абордажей.

Он не шумит, но он на страже

Всего большого корабля.

Когда кричат с высот: «Земля!» —

То это лишь его искусству

Благодаря. Шестое чувство

Руководит им, а не лишь

Компа́с иль звёзды, так ведь? Мы ж

Все в вас вселяем впечатленье,

Что это вы залог движенья.

Мы, как пресвитер Иоанн[580],

Незримо правим: разных стран

Надеждой был он, все галдели

О нём, но никогда не зрели.

Ещё была, мужской наряд

Понтифика нося, обряд

Творя, папесса Иоанна:

Никто не распознал обмана,

И кардиналы все пред ней

Склонялись. А ещё ясней

Влиянье наше, если Жанну

Д’Арк вспомнить, кто из Орлеана

Попёрла англичан, броню

Надев мужскую. На корню

Они, папесса и девица,

Власть опровергли вашу. Мнится,

Таких примеров больше есть,

Но не хочу я в дебри лезть.

На самом деле все законы

Мы пишем, вы лишь эпигоны;

Решаем мы, хорош иль плох

Вам пост; карьеры вашей вздох

Обязан нам; у мира нету

Оружья против нас; совету

Внимает нашему любой.

Так кто главнее? Головой

Работаем мы. Церкви даже

Под нами: прихожанки в раже

Религиозном – их хребет.

У вас лишь из-за нас монет

Становится побольше, акций

Курс вверх идёт. Мы торговаться

Умеем много лучше вас.

Что продавать вам? На прикрас

Спрос наших изобилье вечно

Растёт с фатою подвенечной.

В публичных диспутах берём

Мы верх всегда, поводырём

Являясь вашим. В магистраты

Всех городков те, кто женаты

Ведь входят, – значит, наша власть

И там. Лишь стоит нам проклясть

Врагов своих, как те из дали

Ползут к нам на коленях. Стали

Посты все в государстве, пусть

Подспудно, нашими. Нам грусть

Неведома, лишь вы грустите.

Содержим в холе мы и сыти

Своих мужчин, без нас они

Все б разнуздались, как слепни.

Кто нас брюхатит, вы иль кто-то,

Решаем мы. Чьему помёту

Наследовать именье, мы

Постановляем. Хоть умы

И блекнут наши по сравненью

С философами, мы в уменье

Жить посрамляем всех их, сэр.

Мы открываем свой вольер

Частенько для французов или

Ирландцев, слуг вернее; были

И случаи, что их детей

Растили мы как богачей,

От вас зачатых. Но такое

Бывает лишь, когда плохое

Содружество являет брак.

Унизить трудно нас. Кулак

Вы поднимаете порою

В припадке яром домостроя,

Но мы за это так вам мстим,

Что вы не рады за прижим.

Так в пьесах нет карикатурней

Ролей, чем тип брутальных дурней.

Мы всё для вас. Осталось нам

Лишь обучиться чуть мечам,

И ваши функции сведутся

К нулям. Вы можете хоть дуться,

Хоть возмущаться, но и в том

Мы вас, конечно, превзойдём.

Пока ж вы режете гортани

За нас друг другу; смысла в брани

Другого, кроме женщин, нет;

Так поступает целый свет.

Мозги вы тужите, пытаясь

Решить задачи в сфере таинств,

А, значит, недоступных. Ваш

Любой прожект, словно паташ[581],

Ужасно медлен. Вы б хотели

Затмить нас, но вы еле-еле

Справляетесь и со своим.

Умом кичитесь вы большим,

Наш полагая воробьиным.

О, как желается мужчинам

Нас переплюнуть, но Бог дал

Им только вялый причиндал,

Что крепнет лишь при нас в наличье.

Чтоб утвердить своё величье,

Салический закон принять

Решили вы, при коем встать

Не вправе во главе мы дома[582].

Господство ваше всё ведомо

Лишь завистью. Что ж, шире пасть!

Вы узурпировали власть,

Поэтому она и ложна:

Быть лучше женщин невозможно.

Конец

Илья Кутик. Сэмюэл Батлер и его «Гудибрас»

Моя задача достаточна трудна – рассказать о поэте, о котором практически ничего не известно. Даже дата его рождения почти два века оставалась предметом дебатов: во-первых, нет сведений о том, когда именно он появился на свет; во-вторых, месяцем его крещения значится февраль 1612 года, из-за чего считалось, что Батлер родился тогда же, пока не выяснилось, что запись была сделана в 1613-м.

Отца его тоже звали Сэмюэлем, и был он мелким помещиком и церковным старостой. В семье насчитывалось шесть детей. Сэмюэла-младшего отдали в дом к сэру Уильяму Расселу, первому баронету Уитли, и он стал его клерком. Где именно Батлер учился – тоже предмет домыслов. Вроде, он закончил Королевскую школу в Вустере, основанную Генрихом VIII в 1541 году, что рядом со знаменитым Вустерским собором. Его дальнейшее образование вновь под вопросом. Похоже, он около шести лет ошивался в Кембридже (другие говорят, что в Оксфорде), но никаких доказательств его учёбы в этих университетах нет. Что же он тогда там делал? Существует мнение, будто он последовал туда за старшим братом и нахватался знаний через него. Но это опять-таки только догадки.

Так или иначе, автор «Гудибраса» был весьма образованным человеком. Что нам известно наверняка, так это то, что Батлер хотел стать художником. Но мечта не задалась: рисовал он плохо, и его рисунками затыкали оконные сквозняки. Он также изучал юриспруденцию, но собственной практики не открыл. В какой-то момент Батлер свёл знакомство с леди Элизабет Грей, графиней Кентской, а через неё подружился с делопроизводителем и юристом Джоном Селденом, который сильно повлиял не сочинения Батлера. После Реставрации 1660 года (возвращения короля на английский престол) он становится не то секретарём, не то дворецким Ричарда Воана, второго графа Карбери, известного роялиста и лорда-президента Уэльса, который периодически жил в своём замке в Ладлоу, на границе Уэльса и Англии. Батлер надзирал за реставрацией замка и как раз там писал «Гудибраса». Начал он поэму в 1658