Лесная избушка Анатолия Онегова - Анатолий Николаевич Грешневиков

Один из рассказов «Игрушки лисят» Анатолий Онегов читал моим сыновьям вслух, когда гостил у нас дома. Нас всех тогда очаровал свежий поэтичный язык автора и его любовь к животным. Георгий Корольков умело выводил предложение за предложением: «В густых сумерках я различал только силуэты лисят. Они что-то катали лапами, приседая и повизгивая от удовольствия. Казалось, что зверьки играют с мячами, только очень тяжелыми, словно налитыми свинцом.

Ночью я слышал сердитое рычание взрослых лисиц, повизгивание и возню лисят, но ничего не видел. Наплывшие густые облака снова затянули небо, спрятали луну, и лес заволокло непроглядным мраком.

А когда прохладный рассвет разбудил ранних птиц, возле норы никого не было.

Я выбрался из укрытия, размялся, подошел к утоптанной площадке, где ночью играли лисята, и увидел три глиняных шарика величиной с кулак. Взял один, разломил – внутри был камешек.

На камешки, которые катали лисята, налипла влажная глина, и получились глиняные мячики – лисьи игрушки. Дети есть дети, всем играть хочется. Лисятам игрушек не покупают, вот и приходится самим изобретать».

Размышляя над прочитанными рассказами Королькова, я пришел к выводу, что он научился и наблюдательности, и раскованности в стилистике у своего учителя Анатолия Онегова. Более того, его магнетически привлекала простота и завершенность формы онеговских рассказов.

Корольков осознавал значимость и влияние Онегова на своё творчество. И, будучи благодарным человеком, платил добром за добро. Причем, платил в разы больше, чем принято думать. Он стремился поддерживать учителя во всех его делах, в политических схватках, в газетных дискуссиях. Напишет Онегов в журнале «Наш современник» рецензию на книгу незнакомого писателя, и Корольков шлет доброе письмо редактору, в котором говорит о важности таких публикаций. Выступит Онегов в газете «Советская Россия» или в «Правде», или в другой центральной печати в защиту природы, как Корольков тут же откликается и благодарит автора и коллектив редакции за смелую позицию.

Выходит в Риге книга Онегова «Диалог с совестью. День шестой», и Корольков в рецензии «День прозрения», опубликованной 17 мая 1991 года в газете «Литературная Россия», пишет: «Не всё и в нашем народе идеально, не огражден он от напастей, соблазнов и изъянов. Об этом тоже говорится в “Дне шестом” открыто и честно. А иначе – нельзя. Только мы и можем сказать правду о себе. А то ведь как много “доброжелателей” лукавых, что норовят “воспитывать” и направлять на свой путь».

Основной и довольно частой темой многих публикаций в печати у Онегова была тревога за сворачивание государственной политики в области экологического образования. Издательства редко выпускали книги о природе. В институтах исключали природоведческую литературу из учебного процесса. Не мог Онегов согласиться с такой безответственной и пагубной политикой, потому принес в газету «Правда» критическую статью, а когда там в её публикации отказали, отдал статью в журнал «Охота и охотничье хозяйство», где к его мнению и позиции всегда относились с глубоким уважением. После того, как там состоялась публикация материала в виде интервью, Корольков написал редактору. И его слова поддержки, оформленные в статью «Открывая глаза – открывать мир» в декабрьском номере журнала за 1985 год, прочли все читатели, кому не была безразлична дискуссия о судьбе природоведческой литературы и экологического образования. Корольков, в частности, писал: «Прочел в № 7 вашего журнала интервью с писателем А. С. Онеговым. Я не охотник, у меня нет ни охотничьего оружия, ни снаряжения, я не держу охотничью собаку. Природу я познаю с помощью иных средств. Но к охоте и охотникам отношусь строго, слежу за охотничьей литературой, стараюсь быть в курсе охотничьих дел и проблем. Понятна тревога А. С. Онегова за русскую советскую природоведческую литературу, которая исключена из педагогического процесса. А ведь книги Аксакова, Тимирязева, Огнева, Формозова, Кайгородова, Спангенберга, Лесника, Зворыкина, Мантейфеля и других могли бы стать пособием и по ботанике, и по зоологии».

Что двигало Корольковым, когда он так поступал, когда защищал позицию Онегова?! Желание угодить учителю, возможность заработать авторитет и гонорар?.. Ни то, ни другое. Мне, как ученику Онегова, вполне были понятны гражданские мотивы поступка молодого коллеги по перу, ведь я сам делал то же самое – засыпал редакции газет и журналов такими же письмами поддержки. Наша общая задача заключалась не в том, чтобы порадовать учителя, какие хорошие кадры он вырастил, ни тем более в том, чтобы польстить ему, а в простом желании – доказать и утвердить на высоком правительственном уровне значимость охраны природы, так как от культуры отношения к природе зависит здоровье природы, а, следовательно, и человека. Тут и я, и Корольков были просто-напросто едины с Онеговым. И нам хотелось, чтобы нас не только услышали, но чтобы наши ряды выросли многократно. Именно так выражал нашу выстраданную позицию Корольков, когда писал в журнале «Охота и охотничье хозяйство»: «С воспитания любви к природе начинается в человеке всё самое главное – доброта, соучастие, сострадание – чувства, без которых невозможно становление нового человека и нового общества. Природа – это основа, фундамент, без которого всякая мораль, этика, идеология окажутся на поверку неустойчивыми, ненадежными».

Онегов мог гордиться такими учениками. Не зря он вел на всесоюзном радио передачу «Школа юннатов». Ему удалось взрастить плеяду настоящих защитников природы. Корольков среди всех нас отличался и особой преданностью, и ярким талантом, и готовностью жертвовать собой ради общего и государственно значимого природоведческого дела.

После каждого нового издания книги Онегова я просил Королькова написать на неё добрую рецензию с тем, чтобы опубликовать в районной газете «Новое время». И тот охотно откликался, писал не формально, а с душой, с желанием привлечь к ней как можно больше читателей. Так, например, его рецензия на книгу Онегова «Еловые дрова и мороженые маслята» под заголовком «Воспитание доброты» породила большую очередь в библиотеку. Многие читатели газеты приходили ко мне с просьбой дать почитать эту популярную, разрекламированную книгу. Красота природы, её тайны, её необычайная притягательность так тепло, душевно и достоверно были описаны Корольковым, что вызвали широкий отклик в душах людей. Так было задумано. Так исполнено. Призыв автора пойти вместе с ним в поход и познать загадочный мир природы звучал так: «Задатки исследователя заложены природой в каждом из нас. Нужно лелеять этот интерес, дополнять его всё новыми впечатлениями. Важно не утрачивать способность удивляться, восхищаться прекрасным, любить хрупкий живой мир, непревзойденный по красоте своей и совершенству. И, что удивительно, оказывается, что красота – это не только то, что заповедано, но и то, что мы топчем, загрязняем, обижаем,