Собрание сочинений. Том 3. Ремесло - Виктор Борисович Шкловский

Если Николаю Тормозу удалось остановить развитие прозаического мастерства Шевченко, если он оторвал Шевченко от друзей, заставил его проделать литературную эволюцию изолированно, то те люди, которые считали себя друзьями Шевченко, докончили убийство.

В мартовской книжке «Основ» за 1862 г. было напечатано объявление о продаже прозаических сочинений Т. Г. Шевченко на великорусском зыке. В объявлении было указано, что после смерти украинского поэта «осталось одиннадцать рукописей, в которых заключаются литературные (довольно слабые) сочинения поэта, писанные на великорусском языке прозой».

Было указано, что они переписаны «на серой плохой бумаге».

Продавались эти сочинения как крепостная семья: порознь, но без права публикации, так сказать, на вечное заключение. Цены были указаны от 10 руб. до 40 руб.

Впоследствии оказалось, что рукописи никуда не были проданы. Это был ложный след.

Рукописи остались у националиста Костомарова. Часть их была опубликована в 1880‑х годах.

Таким образом проза великого писателя была изъята мнимыми его друзьями из обращения.

Она издана сейчас, но и сейчас не разыскано два прозаических произведения Шевченко.

Замечание объявления о слабости повестей неверно.

Повести «Наймичка» и «Варнак» написаны еще до ссылки, в 1844 г. и в 1846 г. В первой повести рассказывается о покрытке, девушке, которая родила сына.

Их сентиментальность должна была смягчить резкость темы. Особенно ясно это в повести «Варнак».

«Варнак» рассказывает о благородном преступнике. Крепостной случайно получает образование. Барин отнимает у него невесту. Крепостной мстит. Сам акт мести приписан не герою, а его сообщникам.

Мы не будем рассказывать содержание всех повестей. Иногда повести кажутся вариантами одной и той же темы. Почти во всех них рассказывается о судьбе крепостного, случайно получившего образование.

В 1853 г. была написана повесть «Княгиня». Она сделана в очерковой форме. Рассказывается в ней о том, как выдали женщину за князя. Он разорил имение жены, разорил всех ее крестьян, в результате имение сгорело, жена сошла с ума, а ребенка приютил соседний мужик.

В эту повесть, которую Шевченко пытался напечатать в «Современнике», писатель включил места необыкновенной резкости.

Рассказывается о том, как была разорена деревня.

Слушатель-крестьянин перебивает рассказчиц: « Мне только вот что кажется чудным, – перебил ее хозяин, – как вы не догадалися его пьяного задушить, да сказали б, что умер с перепою или просто сгорел».

Повесть «Капитанша» похожа на повесть «Княгиня». Это рассказ о верной дружбе музыканта-барабанщика Тумака, участника похода во Францию, с француженкой, увезенной русским офицером из Франции. Француженка умирает. У нее остается дочка. Старый барабанщик воспитывает девочку. Ее похищают у него. Повторяется судьба матери. Тумак разыскивает похищенную девушку. У нее уже ребенок.

Он женится на соблазненной девушке. Повесть кончается описанием сельской свадьбы приемной дочери Тумака с ее хозяином-чудаком, идеалистом-помещиком.

Сюжетно сильнее всего построена повесть «Несчастный». В нем дано очень сильное описание мест, где протекала ссылка Шевченко.

Поэт выбирал темы, в которых он мог бы слить свою оренбургскую неволю с рассказами о родине. Так написан «Несчастный», так сделана повесть «Близнецы».

«Несчастный» – это ссыльный дворянин, рядовой, отправленный матерью на военную службу за непочтительность.

«Несчастный» – имя его Ипполит – не герой повести. Он полуидиот, находящий наслаждение только в пляске. Но история его матери, которая сама провела детство в оренбургских степях, история женщины-хищницы, борющейся за богатство для сына, и история гибели ее сына, изгнанного мужа, болевшего пасынка, история падчерицы, отданной не то в мастерскую, не то в публичный дом, вся атмосфера дворянского захолустья даны совершенно по-новому.

В повести «Прогулка с удовольствием и не без морали» рассказывается история однорукого героя, солдата, защищавшего Севастополь, попросившего вместо награды выкупить сестру из крепостной неволи.

Солдат, его личная драма в связи с только что прошедшей войной – тема новая для тогдашней литературы, и тема, так и не завершенная в ней.

Повесть «Художник» толкуют только как историю выкупа крепостного художника из рук помещика.

Помещик описан Шевченко очень реально. Это «амфибия» и «свинья в торжковских туфлях». Но трагедия художника у Шевченко не начинается крепостным правом и не кончается им. Он ставит свою историю в цепь биографии лично свободных, но сдавленных временем героев.

Герой мой тоже, хотя и не так блестящее, но тем не менее аристократическое поприще начал растиранием охры и мумии в жерновах и крашеньем полов, крыш и заборов. Безотрадное, безнадежное начинание. Да и много ли вас, счастливцев гениев-художников, которые иначе начинали? – Весьма и весьма немного! В Голландии, например, во время самого блестящего золотого ее периода. Остаде, Бергем, Теньер и целая толпа знаменитых художников (кроме Рубенса и Ван Дейка) в лохмотьях начинали и кончали свое великое поприще. Несправедливо бы было указывать на одну только меркантильную Голландию. Разверните Вазари и там увидите то же самое, если не хуже. Я говорю потому – хуже, что тогда даже политика наместников святого Петра требовала изящной декорации для ослепления толпы и затмения еретического учения Виклефа и Гуса, уже начинавшего воспитывать неустрашимого доминиканца Лютера. И тогда, говорю, когда Лев Х и Леон II спохватились и сыпали золото встречному и поперечному маляру и каменщику, и в то золотое время умирали великие художники с голоду, как, например, Корреджио и Цампиери.

Герой выкуплен товарищем. Он свободен. Он может ходить к Брюллову, он может рисовать.

Художник выкуплен, он перестал быть крепостным, он стал вольным бедняком. У него есть сердце, и начинается история, когда-то нарисованная другим художником – Федотовым.

Первая картина прогремела. Художник связан бедностью, он должен копировать самого себя. Он раскрашивает литографии для магазинов. Его новая картина не докончена. Он пьет, сходит с ума, как Федотов.

Рассказчик едет в больницу «Всех скорбящих».

Меня к больному не пустили, потому что он был в припадке бешенства. На другой день я его увидел, и если бы не сказал мне смотритель, что N такой-то – художник NN., то сам бы я никогда его не узнал, – так страшно изменило его безумие. Он меня, разумеется, тоже не узнал, принял меня за какого-то римлянина с рисунка Пинелли. Захохотал и отошел от решетчатых дверей.

Повесть «Художник» не только автобиографична.

В ней Шевченко слил свою судьбу с судьбой Федотова.

Биография художника начинается крепостной неволей и кончается бедностью и сумасшествием.

В этой повести Шевченко рассказал о погубленном таланте художника Тыранова и о гибели гениального Брюллова.

Повесть кончается рассказом о судьбе незаконченной картины бывшего крепака «Мадонна» и фразой:

Незабвенный Карл Великий (Брюллов) уже умирал в Риме.

В своей автобиографической повести Шевченко показал, что участь художника-бедняка не легче участи художника-раба. Здесь Шевченко идет рядом с повестями Гоголя «Невский проспект», «Портрет».

Много есть в старой литературе страшных рассказов про художников. Кроме гибели физической, люди часто гибли, теряя талант. Так погиб герой гоголевской повести «Портрет».

Он начал скупать все лучшее, что только производило художество. Купивши картину дорогою ценою, осторожно приносил в свою комнату и с бешенством тигра на нее кидался, рвал, разрывал ее, изрезывал в куски и топтал ногами, сопровождая смехом наслажденья… Никогда ни одно чудовище невежества не истребило столько прекрасных произведений, сколько истребил этот свирепый мститель. На всех аукционах, куда только показывался он, всякий заранее отчаивался в приобретении художественного создания. Казалось, как будто разгневанное небо нарочно послало в мир этот ужасный бич, желая отнять у него всю его гармонию.

Это описание кажется фантастичным.

Но вот что пишет в 1858 г. Кулиш про шевченковские повести:

…я б у тебя купил iх усi разом да й спалил.

Мы