Укротитель Драконов V - Ярослав Мечников

злости. Ну вот. Эти люди до сих пор живы, Рэн. Они видят, как ты приходишь сюда, знают, что я тебя жду. Теперь ты просишь меня встать перед Кругом за Громовой Очаг. За тебя. Представляешь, что они скажут?

Ярость поднялась так быстро, что он сам не успел понять, какое именно слово её вызвало. Рэн взял Вельду за талию, резко пересадил на постель и встал. Она качнулась, опершись рукой о мех, затем подняла на него лицо. Накидка сползла с плеча; Вельда подтянула её и выпрямилась, пока он стоял над ней, пытаясь вернуть дыханию ровность.

— Ты сейчас рассуждаешь как девчонка с того самого полёта, — сказал он. — Посмотри на себя, Вельда. Тебя слушает Очаг. Наши ровесники уже хоронят своих детей, а ты всё ещё ждёшь смеха у старой поилки. Те годы прошли. Нам пора думать о том, кому останутся эти горы.

Её лицо стало неподвижным. Рэн видел, что напугал её, и всё же продолжил, потому что остановиться сейчас оказалось трудно.

— Когтю нужен Владыка Стай. Аррен способен им стать, и его ещё можно направить. Ему до сих пор требуется то, что у него однажды отняли. Место в доме. Признание собственной крови. За это он будет слушать, будет стараться, я видел.

— Ты так уверен, что понимаешь его?

— Я сомневаюсь каждый день. Иногда смотрю и сам думаю, кто сидит передо мной. А потом вспоминаю привал по дороге сюда. Я учил его держать длинное дыхание, объяснял работу Нити и видел в его глазах ненависть ко мне. Он едва терпел каждое слово. Когда получилось, сразу посмотрел, заметил ли я. Ждал одобрения, Вельда. До боли знакомо ждал.

Возможно, он придавал тому взгляду слишком большое значение. Эта мысль уже приходила прежде, однако Рэн всякий раз возвращался к тому же воспоминанию. Слишком ясно сын тогда обрадовался собственному успеху, слишком быстро попытался спрятать ожидание похвалы.

— Для меня в этом остался мой сын, — произнёс он тише. — Достаточно, чтобы за него бороться. А Вейр пользуется всем, что видит, и ты прекрасно знаешь цену его заботе об обычае.

— Знаю, — ответила Вельда. Она сидела прямо, положив ладонь на мех возле себя. — Голос можешь поберечь. Я тебя слышу.

Рэн отвернулся к окну. В стекле слабо отразилась его собственная грудь со старым шрамом. Некоторое время он смотрел на это отражение, затем провёл рукой по лицу.

— Значит, понимаешь, ради чего он затеял проверку, — сказал он. — Громовых удобно ослабить сейчас, пока отец стар, а внука можно поставить перед всеми и назвать чужим. Только через несколько лет этот внук способен стать хранителем Очага. Драконы пойдут за ним, и у гор появится защита, которую придётся учитывать даже Трону.

— Он может уйти вслед за тобой, — спокойно произнесла Вельда. — Ты ведь уже говоришь о дверях столицы. Здесь снова останется старый дом с людьми, которые будут ждать редких прилётов.

Рэн повернулся к ней. Раздражение понемногу отпускало, и за её словами наконец проступил вопрос, на который следовало ответить серьёзно.

— При дворе от него может оказаться ещё больше пользы, — сказал он, подходя ближе. — Послушай меня теперь внимательно. Ты знаешь, какое место занимает Ловчий?

Вельда слегка кивнула. Рэн сел рядом, оставив между ними немного места, и продолжил уже негромко:

— В распоряжении Трона он пока единственный Владыка Стай. Через его руки проходит всё больше драконов. Каждое новое поручение прибавляет ему силы, а вместе с ней растёт число людей, которым приходится искать его расположения. Император это видит. Ему нужен ещё один человек с таким даром, связанный с ним достаточно крепко.

Вельда повернула голову. Теперь она слушала совсем иначе.

— Ты собираешься привести ему Аррена.

— Могу привести. Молодого, ещё нуждающегося в обучении, с долгом перед Троном за будущее место. За его спиной будет стоять Чёрный Коготь. Представь, что получат роды, поддержавшие его с самого начала. Мы годами просим о вещах, которые в столице решаются за один разговор, Вельда. Теперь у нас может появиться право самим начинать этот разговор.

Он задержал взгляд на её лице, давая сказанному улечься.

— Вейр считает ближайшую кладку, а я рассчитываю на то, что ты сумеешь посмотреть дальше. Поддержать Громовой Очаг сейчас разумно для вашего дома.

Она опустила глаза и прикусила нижнюю губу. Эту привычку Рэн тоже помнил давно: так Вельда делала, когда действительно начинала что-то обдумывать и забывала следить за выражением лица. Он подождал. В жаровне осыпался уголь, и женщина машинально повернула голову на звук, всё ещё оставаясь внутри собственных мыслей.

Кажется, нужные слова всё-таки нашлись.

Рэн придвинулся, взял её лицо в ладони и осторожно поднял. Она посмотрела на него снизу вверх; возле рта оставалось напряжение.

— Мне нужно твоё Белое Крыло, — сказал он. — Твоё слово перед старшими. Ты можешь сделать так, чтобы они услышали, что стоит за этим делом.

Вельда чуть раскрыла губы, затем взгляд её снова опустился. Он коснулся большим пальцем её щеки.

— Скажи. Что ты хотела?

Она помолчала, будто ещё надеялась удержать слова при себе, и наконец выговорила с той лёгкой хрипотцой, которая теперь слышалась сильнее:

— Я отдала бы многое, чтобы однажды ты сказал: «Мне нужна ты». Просто обо мне, Рэн. Чтобы я могла услышать собственное имя и хоть немного побыть с этим.

Он снова поднял её лицо.

— Мне нужна ты.

Вельда смотрела долго. Рэн выдержал её взгляд, прекрасно зная, какой смысл она вкладывала в эти слова и чего именно ждала. Он дал ей обещание чувства, которого в нём не было. Она, вероятно, понимала это с той же ясностью; но всё-таки её ладонь поднялась к его запястью и осталась там, удерживая возле щеки.

Эту ложь она примет. От уверенности в этом Рэну сделалось тяжело, однако отступать он уже не стал.

— Я… — Вельда сглотнула, провела языком по пересохшей губе. — Я поддержу тебя.

В голосе осталось продолжение. Рэн убрал ладони с её лица, позволяя ей выпрямиться, и некоторое время ждал.

— Но? — спросил он наконец.

Вельда поправила край накидки на груди. Когда она снова посмотрела на него, во взгляде уже появилась привычная собранность старшей Белого Крыла.

— Аррен возьмёт жену из нашего Очага. По древнему обычаю, перед родами. Белое Крыло скрепит поддержку браком, и тогда моё слово получит основание, которое все поймут. С этим я смогу прийти к старшим.

Рэн медленно кивнул, хотя соглашаться вслух пока не спешил. Условие было разумным, вполне обычным для союза такого значения. И всё же за ним чувствовалось что-то личное. Возможно, Вельде требовалось однажды увидеть, как