Восхождение Морна. Том 12 - Сергей Сергеевич Орлов

— Пять! — заорал Сизый на весь зал так, что хрустальные подвески на центральной люстре тихо дзынькнули. — Даю пять золотых!

Зал вздрогнул, захлебнулся собственным гулом и мгновенно затих — десятки голов как по команде мотнулись вверх, нацелившись взглядами прямо в нашу ложу. А Модест Карпович на сцене застыл с занесённым молоточком, поперхнулся на полуслове и несколько секунд молча хлопал глазами, пытаясь переварить происходящее.

— Пять золотых от… — аукционист сделал вынужденную паузу, с глубочайшим профессиональным замешательством всматриваясь в сияющую, абсолютно счастливую рожу Сизого, — … от господина из ложи господина коменданта! Пять золотых — раз!

Сизый, упиваясь триумфом и чувствуя себя как минимум главным меценатом области, выпятил грудь и рявкнул:

— Шесть!

В зале кто-то тихо хрюкнул. Модест Карпович осторожно откашлялся в кулак и, подбирая самые деликатные выражения, произнёс:

— Господин… вы перебиваете собственную ставку.

— И чё⁈ — ничуть не смутился Сизый, гордо уперев руки в бока. — Моя ставка, хочу — перебиваю! Семь, ёпта! Давай стучи, пока не передумал!

Зал в мгновение слёг. Несколько купцов во втором ряду откровенно заржали, зажав рты руками. Стрешнев мученически вздохнул, закрыл глаза и снова потянулся во внутренний карман за своим шелковым платком, вытирать мгновенно вспотевшую лысину. Вика рядом уткнулась лицом мне в плечо, пряча улыбку, и только мелкая дрожь в её корпусе выдавала бесшумный, сдерживаемый хохот.

С галёрки — там, где внизу толпилась всякая мелочёвка и зеваки — кто-то из чистого хулиганства крикнул:

— Восемь!

Сизый мгновенно нагнулся через бархатные перила нашей ложи, выискивая крикуна внизу.

— Ты кого развести пытаешься, рожа⁈ — рявкнул Сизый на весь зал, перекрывая гул толпы. — Я тебя сейчас найду и в эту пепельницу башкой вколачивать стану! Девять!

Зал внизу откровенно затаил дыхание, сотни голов задрались вверх, на нашу ложу. Модест Карпович на сцене судорожно сжал молоточек, не зная, радоваться ему или звать охрану.

— Десять! — задорно подхватили из нижних рядов. Местные перекупщики чуяли веселье и с удовольствием подливали масла в огонь.

— Одиннадцать! — взревел Сизый, нависая над залом. — Кто ещё раз пасть откроет — лично отсюда вниз сброшу!

— Двенадцать! — тут же отозвался тот же выкрик из зала.

Я сидел в кресле, с ленивым интересом наблюдая за этим представлением. Мечта Сизого о получении пепельницы рушилась прямо на моих глазах, и градус его адекватности стремительно падал к нулю.

— Ну всё, урод, ты сам напросился, — сипло прорычал Сизый.

Он не стал больше ничего кричать и просто перевалился через перила комендантской ложи и махом прыгнул с балкона вниз — прямо в партер, на головы изумлённой публики.

Раздался оглушительный треск ломающихся кресел, чей-то женский визг, грохот и сочный, тяжелый звук удара кулаком в чью-то челюсть.

— Он с балкона прыгнул! — заверещал кто-то из купцов.

— Охрана! Растаскивайте их! — панически закричал Модест Карпович, бахая молоточком по деревянной подставке. — Объявляется технический перерыв! Перерыв, господа!

Внизу моментально закрутилась восхитительная куча-мала. Сизый с радостным уханьем пробивал себе дорогу к дерзкому крикуну прямо через цепи комендантской охраны, наматывая на кулаки чужие отвороты и выламывая спинки дубовых кресел.

Стрешнев схватился за пылающую лысину, вскочил с места и, сочно матерясь, кинулся к выходу из ложи — наводить порядок в заведении, пока его гость не разнёс аукцион до основания. Я же поднялся с кресла и спокойно поправил манжеты.

— Поедем отсюда.

— А как же твоя птица? — с улыбкой спросила она, поправляя корсет.

— Сизый сейчас в своей стихии, ему ничего не грозит, — я кивнул на боковую дверь. — Ну а пока вся охрана растаскивает этот цирк, у нас есть идеальное окно, чтобы тихо забрать нужный мне артефакт и свалить.

Мы скользнули в узкий служебный коридор за ложей, оставив за спиной нарастающий огульный гул, треск мебели и вопли Модеста Карповича.

Пройдя по глухим галереям в самую дальнюю, закрытую часть здания, где располагалась выдача купленных лотов, мы оказались в полной тишине. Просторная комната с тяжёлой дубовой стойкой дышала покойной прохладой — суета аукционного зала сюда попросту не долетала. За стойкой ждал приказчик в строгом костюме.

Стоило мне назвать своё имя, как хозяин без лишних расспросов и проволочек достал из подсобки деревянный ящик, где мирно лежал нужный мне наруч. Видимо, Мозырь уже отдал все распоряжения и предупредил персонал.

Забрав артефакт, мы сразу же повернули назад. На обратном пути я уже собирался ускорить шаг, но Вика резко остановилась.

— Артём… — тихо, со стальными нотками в голосе произнесла она. — Лампа.

Я проследил за её взглядом и заметил, как дальняя лампа в самом конце галереи постепенно теряла свой цвет, словно её медленно засыпали сухой плотной золой. Спустя мгновение свет безнадёжно исчез, оставив после себя лишь горсть мелких искр, которые упали на паркет и сразу же растаяли в темноте.

Следом за ней сереющим полумраком накрыло вторую лампу. Тень по коридору метнулась к нам с нечеловеческой скоростью.

— Вик. За спину, — бросил я, чувствуя, как внутри мгновенно собирается.

— Не дождёшься, — холодно отозвалась она.

Вика мгновенно встала в боевую стойку, готовая отразить любой удар. В тот же миг с треском погасла третья лампа, и галерею захлестнула тьма. Воздух мгновенно сделался сухим и колючим, наполнившись отчётливым привкусом сгоревшего торфа и старого пепла.

Что ж, похоже, уральцам настолько понадобился этот наруч, что они рискнули напасть прямо здесь. Оставалось понять лишь одно, хватит ли мне сил справиться с магом B-ранга…

Глава 19

Силы Судьи…

Темнота, за считанные секунды заполнившая закрытую галерею, буквально пожирала всё вокруг. Я привычным движением вызвал над ладонью язычок родового огня, но пламя мгновенно сжалось, словно свеча под перевёрнутым стаканом. Оно сделалось маленьким, синеватым и абсолютно тусклым. Пепел глушил мою магию прямо на корню, методично подавляя любой источник света.

Главный виновник этой аномалии вычислялся мгновенно. Из всей уральской троицы скандалистов моя Оценка показала нормальный боевой дар только у финна с B-рангом. Двое его спутников, судя по скромным системным плашкам, годились исключительно на роль поддержки.

Ситуация складывалась крайне любопытная. В недавнем бою с Тихоном мой истинный огонь без труда пожирал пепельную магию, а здесь он откровенно захлёбывался и сдавал позиции. И логика здесь могла быть только одна. Думаю, тёмный жрец владел дикой, сырой мощью, которой абсолютно не умел управлять, отчего мой огонь легко сжёг его чары. Финн же действовал со знанием дела и явно превосходил меня в боевой мастеровитости. Этот парень отлично понимал, против кого вышел и с чем конкретно