Восхождение Морна. Том 12 - Сергей Сергеевич Орлов

лишь легкое прозрачное марево, и в огромной галерее снова установилась полная тишина. Наруч на моей правой руке всё ещё гудел тяжелым низким гулом, переваривая запертую внутри чужую энергию, а Вика уже полностью без сил висела на моих руках.

Я аккуратно свернул крылья за спиной, разжимая объятия, и полностью погасил родовой огонь.

Тяжело дыша, я осторожно опустился на одно колено и помог Вике сесть прямо на испещренный трещинами паркет. Девушка едва держалась на ногах, полностью вычерпанная быстрым рукопашным боем. Корсет её платья треснул по шву, и порванная ткань съехала в сторону, обнажая левое плечо и часть бледной груди, покрытой свежими ссадинами.

Я расстегнул и скинул свой пиджак, после чего накинул его Вике на плечи, закрывая порванное платье.

Она благодарно кивнула и судорожно запахнула плотную ткань у подбородка. И только в этот момент, когда первый адреналин начал спадать, до меня с запозданием дошел смысл сказанных уральцем слов.

«Бездна никогда не прощает предателей…»

Получается, Всеволод когда-то работал на Бездну?

Глава 20

Право знать

Я сидел на корточках перед Викой и пытался переварить услышанное, но мозг откровенно саботировал этот процесс. С одной стороны хотелось просто плюнуть, списать всё на глупую провокацию сбежавшего бандита и дальше спокойно заниматься своими делами.

С другой стороны вставал логичный вопрос, а не пойти ли мне прямо сейчас к деду и не спросить ли у него напрямую, какого вообще хрена он скрывал подобные вещи и намеренно утаил факт того, что в свое время плотно работал с организацией, которая по всем ощущениям заведовала чуть ли не половиной всей преступной деятельности в Империи.

И ведь самое хреновое в этой истории заключалось в том, что я до сих пор не имел ни малейшего понятия об их реальных мотивах. Тот же самый Тень. Кто этот мужик на самом деле? Чего он добивается? И по какой именно причине он решил мертвой хваткой вцепиться именно в меня?

В башке даже мелькнула совсем дикая и параноидальная мысль. А что если мой дед изначально являлся засланным казачком и вся эта история с «предательством» представляла собой обычную операцию прикрытия?

Ему просто создали идеальное алиби. Сделали вид, будто он в свое время плотно работал с Бездной, досконально изучил их внутреннюю кухню, а потом резко осознал весь ужас происходящего, ушёл и встал на сторону добра. Очень удобная позиция. Внучок спросит, а дед с доброй улыбкой позовет прогуляться и всё покажет. А потом мы абсолютно случайно забредем вон в тот темный и подозрительный переулок, где меня благополучно и прикончат.

Хотя если судить трезво и без лишних эмоций, подобная схема выглядела чересчур сложной.

Судя по всему, у Всеволода в прошлом действительно существовали какие-то контакты с Бездной. И это было откровенно хреново. Потом они что-то не поделили и их дорожки разошлись. Это уже выглядело как плюс. Но при этом дед совершенно точно вел собственную игру, о которой мне не торопился рассказывать. И это снова возвращало ситуационный баланс в глубокий минус.

Два жирных минуса на один сомнительный плюс. Картинка вырисовывалась так себе.

В любом случае строить дальнейшие планы и принимать какие-то окончательные решения до прямого разговора со стариком не имело никакого смысла. Слишком мало вводных. Да и тяжелый бронзовый артефакт на правой руке требовал к себе немедленного внимания.

Дело в том, что наруч банально не снимался. А я ведь предпринял несколько вполне конкретных попыток избавиться от этой штуки.

Сначала нащупал на внутренней стороне запястья место, где раньше соединялись бронзовые створки, и просто потянул их в стороны. Но их там больше не было. Вместо ремней и треснутого металла на моей руке теперь сидел сплошной панцирь. Он ощущался абсолютно гладким, тёплым и не имел ни одного шва.

Тогда я достал нож из сапога и попробовал поддеть край лезвием. Острие просто скользнуло по поверхности, как по стеклу, и не оставило даже царапины. Отложив клинок, я резко встряхнул рукой в надежде сбить его инерцией, но наруч на это движение отозвался лишь коротким недовольным гулом.

Ладно. Значит, пока будем носить.

Чтобы лучше понять, с чем именно придется иметь дело, я сразу запустил Оценку. Если раньше при виде этой вещи дар выдавал четыре скупые строчки, будто продавец в лавке, которому стыдно признаться в незнании происхождения своего товара, то теперь системное описание ощутимо расширилось.

«Боевой наруч Судьи. Бронза. Возраст: около трёхсот сорока лет. Свойства: вмещает и удерживает истинный пепел; в руках Судьи изымает и запечатывает чужую божественную силу. Признан: Артём Морн. Содержимое: пепел, ранг A, чужой, запечатан. Реальная цена: неизвестно».

Из всего этого списка сильнее всего цепляла строчка про содержимое. Вся эта серая масса, которую финн успел в меня выплеснуть, а также все остатки его магического резерва, высосанные артефактом, теперь находились прямо у меня на предплечье и были спрессованы до солидного ранга A.

Запертая магия сидела там тихо и не пыталась прорваться наружу, но при этом непрерывно гудела, точно трансформаторная будка во дворе моего детства. Вроде бы просто стоит металлическая коробка и никому не мешает, а подходить к ней близко без лишней надобности всё равно желания не возникает.

Что конкретно делать с этим багажом энергии, я пока не представлял. Зато отчетливо понимал другой факт: представители Бездны сделают всё возможное, чтобы вернуть это добро обратно. И нужен им будет не только сам Наруч с запечатанным внутри пеплом, но и моя рука, на которую артефакт так удачно прирос.

Ну ничего, перебьются.

Хотя практических вопросов к работе Наруча у меня оставалось ещё очень много. Могу ли я сам как-то использовать этот запечатанный пепел? А если распоряжаться этой магией нельзя, то куда ее вообще сливать? Какой у артефакта предел вместимости? И способен ли он впитывать только пепельную магию или сожрёт вообще любую стихию?

Впрочем, системное описание прямо говорило про изъятие именно божественной силы. Из этого напрашивался простой вывод: штука заточена строго против всяких жрецов, послушников и прочих фанатиков, черпающих мощь у своих покровителей. Ну и против самих богов, если уж дойдет до крайности.

Хотя где я, а где боги. Находить себе неприятности подобных масштабов в мои ближайшие планы точно не входило.

— Артём…

Вика всё так же сидела на паркете, судорожно запахнувшись в мой пиджак. Он был ей явно велик в плечах и длинный в рукавах, отчего дочь императора сейчас смахивала на обычную студентку, которую парень провожает до общаги после затянувшейся вечеринки. Правда, смотрела она не на меня, а на моё правое предплечье.

— Наруч… словно живой! — выдохнула она. — Он же сам на тебя наделся… Я видела!

— Я тоже видел, — отрезал я.

— И что это вообще