История Соединенных Штатов Америки. Судьбоносные события страны, прошедшей путь от разрозненных колоний до сильнейшей мировой державы - Генри Стил Коммаджер

делу Юга было отмечено подлинным рыцарством. При всех обстоятельствах Ли оставался блестящим и гуманным военачальником. Поражение он принял с большим достоинством и проявил чрезвычайное великодушие, призвав население Юга стать лояльными партнерами своих вчерашних врагов. Все эти черты Ли не могут не вызывать восхищения. Даже недостатки Ли были, в сущности, следствием его достоинств. Он был слишком вежливым и заботливым человеком и поэтому не всегда мог заставить своих подчиненных поддаться его воле. Он был лучшим стратегом, чем тактиком. Благодаря своему проницательному и аналитическому уму, Ли тонко разгадывал намерения противника, умело пользовался данными военной разведки и здраво оценивал силы военных частей и позиций. Своим организаторским талантом, внимательным отношением к мельчайшим подробностям, искренней заботой о людях, отвагой и прекрасной внешностью – всем этим он внушал к себе доверие и завоевал преданность войск. Как и Вашингтон, Ли редко терял самообладание, а если терял, то не надолго. Этот «барин-христианин» был велик в победе и в поражении, в войне и в мире. Пережив войну только на пять лет, он посвятил последние годы жизни делу экономического, культурного и политического восстановления Юга.

На Севере Гражданская война выдвинула еще большего героя – Авраама Линкольна. В первые месяцы войны мало кому удалось по-настоящему оценить этого внешне грубоватого западного адвоката – простого, неуклюжего и не получившего блестящего образования. Его второй военный министр – Эдвин М. Стэнтон называл президента «гориллой», хотя позже объявил, что Линкольн был самым великим вождем, когда-либо жившим на земле. Враждебная печать говорила о Линкольне, как о дураке. Постепенно, однако, страна стала отдавать себе отчет о мудрости его поступков, основанной на тщательном изучении проблем и всестороннем их обдумывании; народ стал ценить его страстную любовь к истине, его неиссякаемое терпение и безграничное великодушие. Если порой казалось, что Линкольн находится в замешательстве и что он колеблется, со временем всегда выяснялось, что президент просто умел выжидать наиболее благоприятного для страны момента, умел сочетать в своих действиях силу с тактом. Он был большим знатоком американского народа и знал, когда следовало остановиться и ждать, чтобы выкристаллизовалось общественное мнение, а когда – смело идти вперед. Он был тонким политиком, но никогда не прибегал к недостойным средствам и был одним из честнейших политических лидеров. Он никогда не пользовался невежеством избирателей, а всегда обращался к их разуму и был настолько добр в делах и мыслях, что на всем протяжении Гражданской войны ни разу не произнес враждебного слова по адресу населения Юга. Он прежде всего стремился объединить страну не в союз, основанный на силе оружия, а в союз, покоящийся на силе убеждений. Даже в тот момент, когда победа Севера была уже совсем близка, Линкольн предложил хорошо заплатить Югу за освобождение рабов. Во внешней политике он был благороден, честен и тверд. Несмотря на то что Линкольну приходилось пользоваться небывало большими полномочиями, он страстно верил в принцип демократического самоуправления и умел добиться преданности народа. К концу войны у него была власть самодержца и полное доверие масс. Красноречие Линкольна росло по мере необходимости. Его речь в Геттисберге, его вторая инаугурационная речь и некоторые из его писем являются ценнейшими памятниками английской прозы. Убийство Линкольна 14 апреля 1865 г. – меньше чем через неделю после капитуляции Юга при Аппоматоксе – явилось внезапным ударом для всей страны, одинаково трагическим событием как для победителей, так и для побежденных. Джеймс Рассел Лоуэлл писал:

«Никогда до этого злополучного апрельского утра столько людей не проливало слез по человеку, которого они никогда не видели, будто вместе с ним ушло из жизни нечто светлое и теплое. Молчаливые скорбные взгляды, которыми в тот день обменивались незнакомые люди, были красноречивее всех надгробных панегириков. Все население переживало утрату близкого».

Наследие войны

Стране предстояло справиться с трудными проблемами приспособления к новым условиям и послевоенного восстановления под руководством нового, неопытного и недостаточно всестороннего президента Эндрю Джонсона. Требования мести, раздававшиеся сразу после убийства Линкольна, еще больше усложняли ситуацию. На арене появились разные эгоистические интересы – как политические, так и экономические. Республиканская партия хотела использовать создавшееся положение для того, чтобы закрепить свою власть, а деловые круги пытались действовать в собственных эгоистических интересах. Заинтересованные в высоких пошлинах промышленные предприниматели, держатели облигаций, стремившиеся к тому, чтобы было сдержано обещание о выплате процентов в золоте, строители железных дорог, которым нужны были земельные наделы, – все они стояли за республиканское правительство.

Некоторые последствия войны были положительными, другие – отрицательными. Война спасла Союз и сделала его нерушимым, но, пройдя испытание огнем, он был уже не тем Союзом, каким был задуман его основателями. Война навсегда отменила рабство, но отменила путем насилия и не позаботилась о благосостоянии освобожденных невольников, о благосостоянии общества, в котором им предстояло жить, и хозяйства, в котором им нужно было работать. Война нанесла удар по аристократической олигархии на Юге, но другого класса, готового принять на себя ответственность за монополизированное ею управление, там не было, и на протяжении целого поколения Юг оставался без талантливых руководителей. Линкольн призывал к «правительству народа, от народа и для народа», однако ни один беспристрастный наблюдатель не мог заключить, что война хотя бы в какой-то мере непосредственно содействовала развитию демократии.

Война оставила после себя ненависть, продолжавшуюся между Севером и Югом десятки лет, не оправдав, таким образом, надежд Линкольна, надеявшегося, что с ней удастся покончить. Война сделала людей более нетерпимыми, особенно на политической арене. На Севере республиканские демагоги еще долго размахивали «кровавой рубахой», то есть апеллировали к существовавшим предубеждениям против южных демократов, для того чтобы получить голоса избирателей. Эта крайняя партийность была очень прискорбна. Прошло двадцать лет после окончания войны, прежде чем президентом удалось стать кандидату Демократической партии, и почти пятьдесят лет, прежде чем в Белый дом попал человек, родившийся на Юге, – Вудро Вильсон. В результате войны на Севере возникла многочисленная категория избирателей-ветеранов, добившихся сильного влияния на политиков. Вскоре они начали требовать от правительства пенсий и заискивавшие перед ними политики с отвратительной беззаботностью стали раздавать им общественные деньги. На социальных и моральных устоях война также отразилась очень отрицательно. Она выдвинула класс людей, жадных до денег и власти, грубых во вкусах и неразборчивых в средствах. Масса американцев, разумеется, оставалась трудолюбивой, добросовестной и патриотической, но вульгарный, крикливый и жадный элемент стал заметнее, чем когда-либо раньше.

Восстановление Юга

Юг был побежден, и теперь предстояло его перестроить и восстановить. На этот процесс ушло лет двенадцать (1865–1877 гг.). Если бы Линкольн остался в живых, он бы настаивал на