История Соединенных Штатов Америки. Судьбоносные события страны, прошедшей путь от разрозненных колоний до сильнейшей мировой державы - Генри Стил Коммаджер

широкой полосе от гор и до самого моря, так и для Вирджинии. Слова его оказались отчасти пророческими и для армий Гранта и Ли, которые вступали в фазу самых кровавых сражений войны. Какой контраст с той беззаботностью, с которой страна начинала войну! Северяне вступали в нее с криками «Вперед на Ричмонд!», а южане хвастались своим рыцарским превосходством над «янковским отребьем». Обе стороны мечтали о том, что война окажется кратковременной и славной.

Отзвуки конфликта при форте Самтер немедленно сплотили как Север, так и Юг. Прошедшая по Вирджинии волна негодования оторвала ее от северных штатов и присоединила к Конфедерации. Вирджиния, эта старейшая американская область, дала Югу столицу: в конце июня 1861 г. Джефферсон Девис и его правительство прибыли в Ричмонд. Та же Вирджиния дала Югу наиболее талантливого руководителя – героя Черро Гордо и Чапультепека в Мексиканской войне, бывшего начальника военной академии Уэст-Пойнт и командира армии Техаса – Роберта Ли. Зов его родного штата оказался сильнее зова страны. Присоединился к Конфедерации и Теннесси. На Севере население верхней части долины Миссисипи заявило, что никогда не допустит «ряда таможенных зданий» между собою и Мексиканским заливом, и решительно стало на сторону Союза. Так же поступила и далекая Калифорния. Средние штаты – Мэриленд, Кентукки и Миссури – колебались, они никак не могли принять решения. В течение нескольких дней конфедераты держали в своих руках Балтимор, и был момент, когда казалось, что они захватят также и Сент-Луис. Но в конечном результате эти три штата – штаты Фрэнсиса Скотта Ки, Генри Клея и Томаса Харта Бентона – остались на стороне Союза. На Севере, как и на Юге, партийные разногласия временно отошли на задний план. Символично, что, когда Линкольн выступал со своей первой речью, Дуглас держал его шляпу, тогда как на Юге Александр Стивенс, который всю жизнь был сторонником Союза, стал вице-президентом Конфедерации.

Каждая из сторон располагала в этой войне известными преимуществами. Север был значительно сильнее Юга по численности населения, по промышленным ресурсам и был вообще богаче. По данным переписи 1860 г., двадцать три штата Союза (не считая Западной Вирджинии, созданной из лояльных округов Вирджинии, и вскоре принятого в состав Союза Канзаса) имели приблизительно 22 миллиона жителей, а одиннадцать штатов Юга – немногим больше 9 миллионов (в том числе более 3,5 миллиона негров). Железнодорожная сеть Севера составляла примерно 22 тысячи миль, а Юга – только 9 тысяч миль. Огромным преимуществом Севера являлось то, что там была сосредоточена почти вся промышленность страны: в 1860 г. стоимость промышленной продукции одного только штата Нью-Йорк превышала общую стоимость продукции всех штатов Юга более чем вдвое, а продукция Пенсильвании превышала ее почти в два раза. В течение трех последних лет войны Север самостоятельно производил почти все, что было нужно для ее ведения, тогда как Юг не только зависел от поставок иностранных орудий, лекарств и хирургических приборов, но в значительной мере и от заграничных боеприпасов. Север сохранил в своих руках американский флот и поэтому господствовал на море. Его народное хозяйство было разнообразнее и гибче южного, а спавшая было до момента Геттисбургского сражения иммиграция потом снова увеличилась и обеспечила Северу дополнительные силы.

Преимущества Юга были: воинственный дух населения, захваченные южанами без особых усилий многочисленные форты и арсеналы, хорошо налаженное сельское хозяйство и то, что, ведя оборонительную войну, он располагал внутренними коммуникационными линиями. Но главным преимуществом Юга был тот факт, что для его успеха не требовалось окончательной военной победы: Юг не собирался вторгаться на территорию Севера, ему не нужно было его завоевывать. Ему следовало сражаться достаточно долго и упорно, чтобы Север наконец убедился в невозможности завоевания Юга. Юг мог проигрывать сражения и даже целые кампании, он мог терпеть одно поражение за другим и все-таки иметь возможность выиграть войну, убедив северян, что победа обойдется им слишком дорого и что, в конце концов, лучше позволить каждой части страны идти своей дорогой.

Многие считали, что большим преимуществом Юга были его крупнейшие в мире хлопковые плантации. Люди эти полагали, что Великобритания, которой этот хлопок был необходим для снабжения своих фабрик, выступит на стороне Юга. Вскоре, однако, оказалось, что этот расчет был ошибочным. Англия нуждалась в пшенице Севера не меньше, чем в хлопке Юга. Южане держали себя вызывающе и гордо даже в моменты поражений, но не менее сильной была и решимость северян. Южные генералы были в общем более опытными и лучшими стратегами. Иначе обстояло дело с главами правительств. Президент Линкольн, как государственный деятель, стоял намного выше Джефферсона Девиса, человека сурового, умного и серьезного, которому, однако, недоставало известной широты взглядов. Он подчас позволял вспыльчивости, нетерпению и личным предубеждениям влиять на выносимые им суждения. В общем, сильнее был Север, и Юг всего лишь имел основания надеяться, что Северу будет слишком трудно покорить такую огромную территорию с ее многочисленным и непримиримо настроенным населением.

Иллюзии северян, считавших, что война будет кратковременной, рассеялись после сражения при Булл-Ране. В этом сражении участвовала приблизительно тридцатитысячная армия северян, наскоро сформированная в Вашингтоне и двинутая против равного войска южан, расположившегося в северной Вирджинии на другом берегу р. Булл-Ран, которая протекала в глубокой ложбине. 16 июля северяне прорвались сквозь центральные позиции южан, но подверглись уничтожающему удару со стороны их правого фланга. Вся армия, кроме регулярных частей, обратилась в бегство, запружая дороги людьми, орудиями, покинутыми обозами и конгрессменами, которые прибыли сюда как на пикник в надежде стать очевидцами легкой победы. За этой неудачей последовали новые поражения северян в Миссури и при Боллс-Блаффе на Потомаке, где был ранен Оливер Уэнделл Холмс, впоследствии ставший членом Верховного суда. После этого обе стороны стали готовиться к длительной и отчаянной борьбе.

Война длилась четыре года и закончилась лишь тогда, когда Юг был совершенно истощен. За эту войну страна заплатила ужасающими потерями жизней, имущества и средств. Север мобилизовал в общей сложности около двух миллионов человек, а к моменту окончания войны в его армии оставался приблизительно один миллион. Точное число людей, сражавшихся на стороне Юга, вероятно, никогда не удастся выяснить. Считается, что их было от 700 тысяч до 1 миллиона человек. Северяне потеряли на полях сражения, от ранений и болезней приблизительно 360 тысяч человек, южане – 258 тысяч. Огромные части Юга были совершенно опустошены. Долина Шенандоа была разорена полностью, в Джорджии общая стоимость уничтоженных Шерманом общественных зданий составила 50 миллионов долларов, а частного имущества было потеряно на сотни миллионов. Такие города, как Колумбия, Ричмонд и Атланта, были сожжены