Сказание о второстепенном злодее 2 - SWFan

обречена на гибель. К чему это приведёт? Где она сейчас? Что будет делать? И возможно ли, что однажды я пожалею о том, что по собственной воле решил изменить траекторию сюжета?

Честно? Не знаю.

Я слишком устал, чтобы думать о таких вещах. Сил не было даже на то, чтобы использовать 5700 гилингов, которые привезли солдаты, опустошив казну округа, и выбрать себе Продвинутую технику. Потом этим займусь, а сейчас — спать.

Стоило мне закрыть глаза, как я почувствовал, что на меня наваливается долгожданный, сладкий сон…

А затем я проснулся и увидел однорукую девушку с отверстием в груди, которая стояла прямо перед моей кроватью, отражая своим единственным глазом холодное сияние луны.

Я вздрогнул, рывком сел в постели и поспешно включил кристальную лампу.

Почему она здесь? Нет, глупый вопрос. Правильнее спросить: зачем?

— Что ты тут делаешь? — спросил я приглушённым голосом, припоминая, что за окном дежурили солдаты.

Катерина молча опустила голову. Она походила на щенка, которого бросили посреди дождливой улицы и который теперь растерянно смотрит по сторонам, не понимая, что делать и куда пропал его хозяин.

Я поджал губы. Разве она не слышала мою тираду на вершине башни? Антон Савин хотел поймать её и использовать для создания целой армии големов. Конечно, я не мог этого сделать, пока у меня не было артефакта для переноса душ, но теперь она сама принесла его мне. Прямо на блюдечке с золотой каёмочкой.

— Ты дура? О чём ты думала, когда сюда заявилась?

Голова Катерины опустилась ещё ниже. Затем девушка достала из кармана небольшую записную книжку и карандаш и стала писать. Несколько секунд спустя Катерина вручила мне книжку. Я принял её и пробежал глазами по выверенным строчкам:

«Я НЕ ЗНАЮ КУДА ЕЩЁ».

— Что куда? Куда бежать?

Она кивнула.

— Когда тебе говорят бежать, ты должна бежать как можно дальше.

Катерина снова протянула руку за книжкой.

«ДАЛЬШЕ — КУДА?»

Сложно… Это будет сложно.

— Явно не ко мне. Почему ты вообще решила, что это хорошая идея?

«Я — ТВОЯ».

А?

«СВОИ ВЕЩИ НУЖНО БЕРЕЧЬ. ТЫ ДОЛЖЕН МЕНЯ БЕРЕЧЬ».

В этом смысле… Я прокашлялся. У неё явно были не самые адекватные представления о социальных отношениях.

«+ДЕМОН НАРУШИЛ ТВОИ ПЛАНЫ»

«+ТЫ ХОЧЕШЬ ОТОМСТИТЬ»

«+Я ХОЧУ ОТОМСТИТЬ, Я ХОЧУ ВЫКОЛОТЬ ДЕМОНУ ГЛАЗА»

«+++»

После этого многозначительного уравнения Катерина сложила руки (руку) на груди и устремила на меня свой бездушный и требовательный взгляд.

Её мир ограничивался одной-единственной деревней, а число знакомых можно было пересчитать по пальцам. Если её сейчас выгнать, очень скоро она одичает, как ребёнок-маугли, и с высокой вероятностью её подстрелит случайный охотник, пока она будет блуждать по лесу. В текущем состоянии её запросто могли принять за опасного монстра.

«Мы в ответе за тех, кого приручили…»

Я вздохнул, поднялся с постели и принялся расхаживать по комнате.

— Ладно, — сказал я наконец. — Сделаем так…

Катерина самую малость приподняла голову.

— Сам я не смогу воспроизвести тебя, и одного голема явно недостаточно для целой армии, поэтому… Поэтому придётся использовать тебя как… то, чем ты являешься.

Катерина непонимающе наклонила голову. Собственно, сам я тоже не понял, что сказал.

— Сперва мы с тобой отправимся в лабораторию Сириуса, — заявил я. — Нужно будет заменить твои повреждённые детали. Прямо сейчас ты выглядишь так, будто сбежала из Сайлент Хилла.

Катерина озадаченно хлопнула своим единственным уцелевшим глазом.

— Впрочем, нет. Сам я не смогу заменить твои элементы. Для этого мне нужен учёный… Знаю. Ей как раз не помешает компания. Но вот как тебя туда доставить… Хм… Сколько ты весишь, напомни? — спросил я задумчивым голосом, оценивающе разглядывая марионетку.

…

…

…

Спустившись в лабораторию Сириуса, где солдаты уже собрали в кучу все записи и инструменты доктора, я отыскал подходящий ящик и спрятал туда Катерину. Затем упаковал и всё остальное, что показалось мне полезным.

Действовать нужно было быстро, пока не проснулись Алекс и остальные. К счастью, всё прошло гладко, и вскоре «посылка» оказалась в руках капитана Багратиона, который пообещал доставить её по назначению.

Не знаю, как скоро это должно было произойти, — когда нам пришло время возвращаться в Академию, солдаты всё ещё зачищали окрестности от монстров, — но это уже не важно. С глаз долой — из сердца вон. Всегда приятно переложить свои проблемы на другого человека.

И уже на этом арка третьего Полевого задания действительно подошла к своему…

Впрочем, мне кажется, или каждый раз, когда я так говорю, история неожиданно решает продолжиться? Тогда беру слова назад. Арка, разумеется, продолжалась: и когда я, мои одноклассники и учёная делегация погрузились на корабль, и когда мы отправились назад в Академию, в гробовой тишине, поскольку мои отношения с героями и особенно Сашей, которую я отказался спасать (дважды), теперь были особенно неловкими, и когда мы вернулись и получили новые медальки.

Всё это время я находился в напряжении и действительно расслабился только тогда, когда наконец прошёл в свою комнату и свалился на кресло возле окна. Мне стоило больших усилий затем приподняться с него и проверить свою корреспонденцию. Как оказалось, пока меня не было, мне пришло сразу несколько писем, причём некоторые из них были очень долгожданными…

Глава 40

Письмо, письмо и выбор

За время моего отсутствия мне пришло сразу несколько писем, среди которых было одно особенно долгожданное: его отправили из родового поместья Савиных.

В своё время я просил отца Антона экстрадировать Гимона на территорию Империи, но ответа не получил. Это было тревожное обстоятельство. Я постоянно строил разнообразные теории, чтобы объяснить случившееся. Но вот, кажется, сейчас всё разъяснится, подумал я, открыл конверт…

…и сразу почувствовал лёгкое разочарование.

Автором письма был вовсе не родитель Савина, а «фамильный дворецкий». Кажется, Антон знал этого человека, поскольку тон письма был одновременно вежливым и фамильярным:

«Юный господин, ваш отец получил ваше письмо и велел мне помочь вам с этой прискорбной проблемой…»

И так далее. На самом деле новости были хорошими. В законах Лапланда обнаружилось несколько лазеек, которыми умелые (и дорогие) юристы могли воспользоваться, чтобы вернуть Гимона на территорию Империи. Дворецкий, Игорь, писал, что работа в этом направлении уже ведётся.

В то же время он заметил, что мой отец крайне недоволен подобной «неурядицей» и настаивает, чтобы впредь я вёл себя более сдержанно, избегая таких «происшествий».

У меня было стойкое ощущение, что лорд Савин применил несколько более грубые слова, но да не суть. Видимо, у Антона с отцом были не