Код Дурова 2: Telegram, глобальная власть и опасная свобода слова - Николай Викторович Кононов

2018 году в Иране, мы столкнулись с дилеммой: в отличие от России иранского трафика уже тогда было слишком много. Мы финансово не могли позволить себе оплачивать все прокси-серверы и IP-адреса для того, чтобы все иранцы смогли продолжать пользоваться Telegram. Но нам удалось обойти блокировки в Иране через децентрализацию и перенос контроля самим людям. Мы создали платформу для обхода блокировок со встроенной монетизацией при создании сторонних прокси-серверов (то есть инструментов обхода блокировки). Мы сделали так, чтобы владельцы прокси-серверов смогли показывать любой рекламируемый ими канал на первом месте в списке чатов для всех пользователей, подключившихся через их прокси-сервер. В результате прокси-серверы стали быстро окупаемым бизнесом, и иранское правительство не смогло ничего этому противопоставить: они уже боролись не с нами, а с собственным же голодным населением.

Конечно, мы – одна из немногих площадок, которая периодически проводит массовые опросы пользователей по важным вопросам (в том числе рассылками). Мы прислушиваемся к пользователям, но роль этого инструмента я бы не переоценивал. Считаю, что для движения вперед нужно давать максимальную власть каждому индивидууму, а не некоему абстрактному диктату большинства пользователей, которое не обязательно заинтересовано в долгосрочном успехе всей площадки.

Смысл запуска экосистем вроде каналов и миниаппов внутри Telegram заключается в создании социальных лифтов, которые позволяют людям самореализоваться и принести пользу обществу. Подавляющее большинство каналов и миниаппов было создано не мегакорпорациями или известными бизнесменами, а новыми амбициозными игроками, о которых ранее часто никто не слышал. Поэтому я не согласен с Вашим ощущением о смысле этих экосистем в возможности «бизнесменам стричь массы». В целом разделение на «бизнесменов» и «массы» считаю в нынешнюю эпоху неверным. В широком смысле каждый из нас – и бизнесмен, и представитель масс. Задача нашей платформы (и интернета в целом) – в том, чтобы любой представитель масс мог стать «бизнесменом» через принесение пользы обществу в том или ином виде – как автор контента/канала, как художник стикеров, как создатель миниаппа и т. д. Именно поэтому на нашей платформе достигают успеха не мегакорпорации, а обычные ребята из Набережных Челнов. Например, <ссылка на историю анонимного разработчика мини-приложения> – без инвесторов и команды в одиночку уже заработал более 3 миллионов долларов за 5 недель. И таких немало.

Основные выигравшие на миниаппах – это новое поколение без серьезных денег и связей. Они достигают успеха и, кстати говоря, во многих случаях приносят пользу массам, которые находятся в не самых выгодных условиях изначально. Например, условные тапалки вроде NotCoin или Major раздали токенов на десятки миллионов долларов пользователям из бедных стран типа Нигерии или Бангладеш, воспользовавшись положительной ситуацией на крипторынке, подпитываемом главным образом американскими инвесторами. По сути, блага на наших глазах переливаются из сытых стран в менее сытые, делая мир чуть более справедливым и эффективным. И это тоже явление, в котором я вижу прямой социальный прогресс.

На мой взгляд, этот текст был продуктом личной веры, намертво сросшейся с предпринимательским целеполаганием. И все же я не выдержал и переспросил Дурова насчет ключевого для меня вопроса – хотел бы он по-настоящему перевернуть игру?

Тогда между нами состоялся диалог, который я хочу процитировать целиком.

– Вы чуть иначе поняли мой вопрос. Я спрашивал не о делегировании пользователям голосования по продуктовым и бизнес-вопросам, а о гражданском органе, который следил бы за прозрачностью происходящего в Telegram – то есть за тем же общением с госорганами, за борьбой с преступностью, за соблюдением прав пользователей. Этот орган мог бы состоять не из самих юзеров (хотя модель со жребием никто не отменял), а из гражданских организаций и объединений. Что думаете по этому поводу? Даже если рассуждать с точки зрения выгоды, гражданский контроль с опорой на активистов явно выгоднее государственно-спецслужбистского… или нет?

– А как выбирать гражданские организации и объединения? В конечном итоге все они кем-то финансируются… Ведь само по себе объявление организации себя «гражданской» не делает ее автоматически независимой. Есть довольно здравое, как ни странно, требование к Very Large Online Platforms в рамках европейского Digital Services Act, которое обязывает площадки иметь внешний аудит их модерационных процессов в Евросоюзе. Сторонний аудит смотрит случайные выборки жалоб, анализирует то, как они были обработаны, тестирует систему сам через анонимные жалобы и т. д. То есть похоже на финансовый аудит, но сугубо в модерации. Мы в этом направлении хотим двигаться независимо от того, обяжет ли нас регулятор, потому что полезно иметь больше надзора над командами модераторов, да и с точки зрения PR-претензий от регуляторов это дополнительная линия защиты.

Вы предлагаете такое же еще и для аудита того, какие данные выдаются в рамках официальных запросов? Хочется максимальной конкретики, я бы тогда смог обдумать. Сама по себе идея здравая, но дьявол в деталях: как отбирать аудиторов, как увольнять, какие данные им доступны, какие данные они могут разглашать. Подозреваю, впрочем, что к этому все придет в мире больших соцсетей. Точно так же, как все пришло к публикации ежеквартальной аудированной финансовой отчетности в мире публичных компаний.

– Смотреть на неоднородность их доноров и их динамику. Например, Access Now, которые проводят RightsCon, или Tactical Tech довольно прозрачны и подчеркнуто независимы от доноров. Но есть и активистские инициативы другого типа, которые не поднимают гранты, а действуют в общественных интересах бесплатно.

Да, я имею в виду не только аудит модерации, но и аудит соблюдений прав человека, свободы слова, обращения с данными пользователей. А также голос (но не контроль) в принятии стратегических неимущественных решений. Для обычного фаундера это может показаться опасным безумием, но, как Вы сами заметили, регуляция соцсетей развивается в эту сторону, и, пока за тобой не пришли государства, лучше взять в союзники наднациональные объединения единомышленников, нет?

Доступ к данным и их разглашению Вы можете аккуратно регулировать в той мере, в какой считаете нужным. Как и другие аспекты. Безусловно, ряд конфликтов интересов возникнет, но к ним можно подготовиться заранее. Поскольку Вы единоличный собственник, можно объявить процедуру отбора и ротации этих общественных наблюдателей в том дизайне, в котором Вы считаете нужным. На мой взгляд, совершенно необязательно ее организовать только как классический аудит – туда могут быть включены и закрытые дискуссии, и общественные слушания. Можно пойти от противного и сделать акцент на прозрачности проблематичных областей, в которых слабы другие глобальные платформы: алгоритмы ньюсфида в Х, назойливая реклама в Facebook, цензура у Ваших китайских конкурентов.

– Я думаю про некоммерческие организации по правам человека. Честно говоря, знаю эту