Туда и обратно - Андрей Николаевич Савинков

— Ничего не поменялось… — Задумчиво повторил голос в голове, — и тем не менее ты тут. Не человек, а сущность иного порядка, при том, что Боги ушли за грань ещё при моей жизни… Ты тот, кем не стал я. Чтобы понять, где я ошибся, пришлось просуществовать в виде полумёртвой мумии… Тысячу лет…

— Ты не умер, — чтобы получить ответ, Александру достаточно было сложить два и два. Его самого убили в том самом подземелье Карланда, а главного некроманта, видимо, — нет. — Твои подчинённые не позволили тебе умереть, заперев здесь… Что это? Артефакт, поддерживающий в тебе жизнь?

— О! Ты ничего не знаешь? Как ты вообще нашёл это место, если ничего не знаешь? — В «голосе» собеседника послышалось искреннее удивление.

— Как-как. Ногами, — огрызнулся Серов, которому вся эта беседа с полумёртвой мумией откровенно не нравилась. Впрочем, варианта уйти ему всё равно не оставили, поэтому он постарался немного унять раздражение. Получалось, нужно признать, не очень. — Свалился по лестнице, погонял местных призраков, полюбовался на паутину. Обычный день.

— Я расскажу. Мне некуда торопиться, а тебе — полезно послушать, тем более что мы можем быть полезны друг другу. — Но сначала скажи, что ты знаешь о богах?

— То, что они используют веру людей, и то, что богов в этом мире почему-то нет, а основные культы работают «вхолостую».

— Всё так, но знаешь ли ты, что так было не всегда…

И «Господин» — он представился как «принц Нигон» — рассказал.

Когда-то богов было много. Семёрка — это те, кто в итоге победил в высшей «игре престолов», те, кто смогли сформировать собственный пантеон и выдавить конкурентов. Они привели в этот мир разных разумных существ, формируя таким образом себе паству. Фактически весь мир представлял собой такую себе закрытую ферму, где боги аккуратно содержали кормящую их скотину и пропалывали иногда появляющихся конкурентов.

— То есть рождение богов — это не такая редкая ситуация?

— Редкая, но не уникальная…

Дальше ставка была сделана на людей, и очень долго всё шло своим чередом. Боги получали свою энергию, иногда творили чудеса, иногда позволяли случаться всяким катастрофам, чтобы люди не забывали молиться поусерднее. Короче говоря — обычная такая жизнь.

А потом в семье императора родился младший сын с неожиданно прорезавшимся талантом к магии смерти. Настолько сильным, что его решили удалить из столицы, поскольку этот аспект силы всегда считался… Не очень «благородным». Но шли годы, принц набрал силу, собрал вокруг себя учеников и просто близких по духу людей и в какой-то момент решил, что хочет большего. Взять власть, встать на один уровень с богами.

— Амбициозная цель, — хмыкнул Серов. Он в начале своего пути о подобном и не мечтал, каждый раз решая конкретные узкопрактические вопросы, а то, что в итоге его дорожка вывела в то место, в котором он оказался сейчас, это, считай, просто удача. Цепочка в нужном порядке сложившихся обстоятельств, не больше того.

— Достойная великого человека, — невзирая на проведённое в «капсуле» тысячелетие, принц Нигон, или то, чем он сейчас являлся, явно не растерял повышенного чувства собственной важности.

Ну и в итоге некроманты поставили перед собой амбициозную цель. Поскольку для того чтобы «родить» нового бога естественным образом сил у них не было, а всё население Ноктума с окрестностями явно не дотягивало до того уровня, чтобы обеспечить необходимое количество энергии веры, они решили пойти другим путём. Построить машину, которая сможет «перехватить» идущую богам энергию, так чтобы одновременно устранить конкурентов и возвысить себя.

— Это вообще возможно? — С сомнением протянул граф, всё, что он себе представлял о божественной энергии, говорило о сомнительности такой задачи.

— Для великих умов нет ничего невозможного, — с пафосом ответил древний некромант, но потом добавил: — Однако решение этой задачи в итоге вылилось в годы изысканий, да и результат вышел…

Что-то пошло у некромантов не так, и в итоге машина вместо того чтобы «перехватить» чужую энергию, начала корежить сам божественный план этого мира, что вызвало повсеместные катаклизмы разного рода и… Уход богов. Семёрка, чей культ был в империи официальным и государственным, просто испугалась за свои шкуры и предпочла «отступление» из «зачумленного мира» вместо того чтобы спасать свою паству. Принц сам не смог — а может, и банально не захотел раскрывать свои тайны первому встречному — объяснить, как именно они добились такого эффекта, признав, что вышло это случайно.

— А малые боги? Все эти духи предков и хранители мест?

— На них наша машина почти не повлияла. Слишком слабые там потоки силы, нет, тех, кто рядом с Ноктумом жил, конечно, развоплотило, а остальные и не заметили ничего, наверное…

Уход богов и творящаяся повсеместно дичь магического характера привели, собственно, к развалу империи, которая была весьма плотно завязана на божественное присутствие, ну а потом собравшиеся имперские маги пришли под стены Ноктума и сравняли его с землёй, справедливо решив, что теперь такую язву у себя под боком просто страшно. Если некроты смогли прогнать богов из мира, то со временем для обычных людей тут тоже может стать слишком мало места.

Насчёт «справедливо» — это, конечно, Серов уже додумал сам, древний некромант ругал трусов и «предателей» на чём свет стоит. Причём судя по несколько раз промелькнувшему слову «предатель», вся интрига там была ещё более глубокой, видимо, официальные власти империи изначально тоже тяготились божественной опекой, и весь проект был «совместным творчеством» с целью чуть-чуть прижать небожителей и получить больше свободы для себя. Но получилось как получилось…

— Вот только стать богом самому у меня так и не получилось. В последней битве при штурме города меня зацепило одним крайне гадостным проклятием, и чтобы не дать мне умереть, ученики отнесли меня сюда. Здесь я и провёл следующую… Тысячу лет размышляя над тем, что сделал не так. И только уже здесь я понял, что главной моей ошибкой было держаться за жизнь до последнего, нужно было отбросить человеческое тело, пройти через смерть… Но даже сейчас я не могу этого сделать, данная машина продолжает собирать энергию и не даёт мне умереть.

— И что ты хочешь от меня? — Переспросил граф, уже предполагая ответ.

— Помоги мне умереть. Мне нужно наконец прервать существование физического тела, чтобы уйти «наверх».

— Помочь тебе умереть, — медленно повторил Серов, покатав фразу на языке. — Оригинально. Обычно меня просят об обратном.

— Не убить, — поправил Нигон, и в «беззвучном голосе» вновь прорезалась нотка раздражения. — Убить