Чудо на войне. В окопах атеистов нет - Павел Алексеевич Астахов

Его опыт и личный пример очень помогли многим ребятам, ставшим инвалидами в ходе Чеченских войн. Однажды знакомый доктор из военного госпиталя позвонил Валерию Анатольевичу с фразой: «Приезжай. Еще один жить не хочет». Тот прибыл вечером, чтобы никто не видел, переоделся в госпитальную пижаму и утром на коляске выехал в коридор. Поездил по палатам, познакомился ребятами. Они видели, что он такой же, как они, простой, безногий, и ничего о нем не знали. А через пару дней он надел протезы, парадный китель, звезду Героя и как ни в чем не бывало завалился в палату: «Так, я в магазин, кому чего купить?» И это оказалось лучшим лекарством.

Прошло несколько месяцев, Валерий Анатольевич сел посмотреть какую-то передачу по телевизору и вдруг увидел, как парень прыгает с парашютом, и услышал знакомую фамилию. Затем этого парня показывают крупным планом, а он говорит: «Мне страшно повезло встретиться в госпитале с Валерием Бурковым, который без двух ног прыгал с парашютом. И я решил, что тоже прыгну». По собственному признанию будущего отца Киприана, у него в тот момент на глаза навернулись слезы и появилась мысль, что только ради этих ребят стоило остаться без ног, чтобы они не совершили самоубийство. «Если мы проходим через испытание, – решил он тогда, – то это для того, чтобы послужить другим».

После Афганистана в нем, по его словам, появился некий внутренний стержень, он по-другому стал понимать ценности и смысл жизни, окрепли принципы, которые воспитывали в нем родители, а принципы эти были по сути христианскими. Они и помогли Валерию Анатольевичу пройти последующие искушения властью и деньгами без вреда для души.

Жена Ирина удивлялась: муж работает с утра до вечера, деньгами большими ворочает, но не в дом несет, а больше по людям раздает. Но ему и правда всегда нравилось помогать другим, в этом он чувствовал свое предназначение.

Валерий научился вести бизнес и зарабатывать большие деньги, однако они не приносили ему удовлетворения. Душа продолжала свой вечный поиск, а Господь шел ей навстречу с распростертыми объятиями.

В детстве родители с маленьким Валерой почти не говорили о духовном, но в их деревенском доме стояли иконы. А первой «вестницей» Бога стала для него бабушка-соседка из деревни Повалиха Алтайского края, куда он приезжал погостить еще дошкольником. Она всегда ходила в черном одеянии и не выпускала из рук Библию. Однажды Валера спросил: «А что она делает?» И услышал в ответ: «Молится. С Богом разговаривает». Тогда он не понял смысла этой фразы, но зато по живости ума сразу захотел прочесть эту загадочную книгу, которую она носила с собой. Желание его осуществилось лишь в 2010 году.

Первый раз Валерий Анатольевич вошел в храм в 1992-м, причем случилось это в Риме, где проходила международная конференция по проблемам инвалидов. На этой конференции он познакомился с владыкой Питиримом (Нечаевым), и после очередного заседания тот устроил Буркову экскурсию по городу, в ходе которой они заходили в православные и католические храмы и беседовали о православной вере. По признанию Валерия, таких людей он раньше не встречал – все лицо митрополита Питирима будто излучало свет. А беседа с ним оказала огромное влияние на всю дальнейшую жизнь Буркова.

Через два года Валерий принял крещение. Хотя это решение и не было полностью осознанным, но стало еще одним шагом к Богу.

Правда, надев на шею крест, он даже не подозревал, что отныне станет мишенью для врага рода человеческого. Неожиданно для самого себя вскоре после крещения Валерий Анатольевич вдруг потерял меру в употреблении алкоголя. Появился синдром похмелья, начались провалы в памяти, запои. Кузьмич, врач, который оперировал его в Афгане, четко сказал: «Тебе нельзя пить». Валерий пытался завязать, но снова и снова срывался. Жена уже не выдерживала, собиралась оставить его, многие друзья от него отвернулись.

Так Бурков жил до лета 1999-го, а потом вдруг бросил пить в один день. Тогда он думал, что ему помогли несгибаемая воля и твердый характер, но теперь, уже став отцом Киприаном, он уверен, что это была Божья помощь. Ведь он тогда не просто «завязал», а полностью исцелился. И с тех пор его не тянет ни на алкоголь, ни на табак. Как отрезало! Господь вновь, как в юности, остановил его в грехе. «Я тогда потерял меру, – говорил Валерий Анатольевич впоследствии, – а мог и душу».

Но свою дорогу к храму он отыскал лишь в конце нулевых. Несмотря на признание и успех в мирской жизни, в душе Валерия по-прежнему царила пустота. Он ощущал себя в тупике, чувствовал зловещее одиночество и разочарование во всем.

В своих духовных поисках Бурков однажды приехал в Саввино-Сторожевский монастырь в Звенигороде, где познакомился с отцом Пантелеимоном (Гудиным), который в конце концов стал его духовным отцом.

Через год Валерий впервые в жизни причастился. И, по его словам, это причастие стало своего рода присягой: он присягнул на верность Христу. Тогда же произошла и первая настоящая исповедь. И вот теперь все действия будущего отца Киприана были осознанными.

В том же 2010 году он столкнулся с настоящим чудом. В тот день ему пришлось ехать на машине с товарищем, имевшим «проблемы по алкоголю». Они отправились в Центр Иоанна Кронштадтского, который в те времена занимался алкозависимыми, и дальше у них случилось целое приключение. Вот что отец Киприан рассказал мне, когда я попросил его изложить эту историю:

– Мы выходим, садимся в машину, я включаю зажигание, машина заводится – и вдруг ужасный стук из-под капота, такой мощный металлический звук. Открыли капот, посмотрели. Непонятно, откуда этот звук идет: и не из мотора, и не там, где вентилятор стоит, а будто из пустого места. Поехали в автосервис. Там диагностируют, смотрят – все нормально. А стук идет. Я спрашиваю: «Ехать-то можно или нет?» Не знают. Но мы все-таки, поскольку долго ждали встречи, отправились дальше. Ехал я не быстро, со скоростью километров 30–40 в час. Мы даже останавливались пару раз из-за этого стука, страшно было. И вот выхожу из последнего поворота, буквально только прикоснулся ногой к педали газа, и… Знаете, как говорил потом мой двоюродный брат, который с нами ехал: «Такого я еще никогда не видел, чтобы машину вдруг подхватило, понесло, развернуло в воздухе – и… на два дерева». А надо сказать, эта