Зимний дворец, Дворцовая набережная и Эрмитаж. Прогулки по Петербургу - Алексей Викторович Домбровский

граф Конестабиле из Перуджи, в 1769 г. предложил графу Г.С. Строганову купить картину для Императорского Эрмитажа. Тот известил об этом Александра II. Императрица Мария Александровна изъявила желание приобрести творение Рафаэля, и Александр купил картину для супруги. Покупка вызвала большой резонанс в Италии, и последовал даже запрос в парламент о законности сделки. По желанию императрицы новое сокровище выставили в залах Эрмитажа, после ее кончины картина, согласно завещанию, окончательно вошла в состав музейной коллекции.

Поскольку «Мадонна с Младенцем» написана на доске и находилась в плохом состоянии, ее также перевели на холст. При этом выяснилось, что вместо книги Мадонна держала гранат, символизирующий кровь Христа. Эта картина, одна из двух эрмитажных картин кисти Рафаэля, стала именоваться «Мадонна Конестабиле».

Александр III был скуповат – при нем Эрмитажу на приобретение новых произведений искусства выделялось всего 5 тыс. руб. в год. Чуть ли не единственным приобретением музея за счет этих денег являлась фреска фра Беато Анжелико «Мадонна с Младенцем, святым Домиником и Фомой Аквинским». При этом значительно больше средств император выделял на пополнение своей личной коллекции картин в Аничковом дворце. Впрочем, позднее часть картин из его собрания все же перешла в залы Эрмитажа.

Тогдашний директор князь А.А. Васильчиков был вынужден изыскивать иные пути расширения эрмитажных собраний. Целый ряд картин переехали в Эрмитаж из собраний пригородных императорских резиденций. Поменяли прописку 22 картины голландских художников, ранее висевшие во дворце Монплезир в Петергофе, среди них и картина Рембрандта «Давид и Ионафан». Целый ряд живописных полотен прибыл из гатчинского дворца. 233 терракотовые статуэтки переданы в 1884 г. в дар посланником в Греции П. Сабуровым. Он их приобрел в 1870-х гг. после грабительских раскопок в древнем беотийском городе Танагра.

Весной 1885 г. Эрмитаж смог приобрести коллекцию А.П. Базилевского. Этот русский дипломат, живший в Париже, собирал ее целых 40 лет. Когда Базилевский представил свое собрание на Всемирной выставке в Париже, оно произвело фурор. Там было на что посмотреть – рейнские и лиможские эмали XII–XVI вв., французская и испано-мавританская фаянсовая посуда, изделия из резной кости XIII–XIV вв. и церковная утварь романской и готической эпох, немецкое и венецианское стекло и итальянская майолика, шпалеры, ткани и вышивки, предметов художественной резьбы по деревуи изделия из металла XI–XVI вв., мебель средневековая и эпохи Возрождения и пр.

Пяти тысяч рублей, ежегодно выделяемых Эрмитажу, для такой серьезной покупки явно было недостаточно. Осуществить ее удалось благодаря помощи государственного секретаря А.А. Половцова. Он обратился по поводу покупки всей коллекции целиком к Александру III, отметив, что ее появление в Эрмитаже способствовало бы укреплению авторитета России. Император согласился с доводами Половцова и выделил на покупку 6 млн франков из собственных средств.

В тот же год в Эрмитаж из Царского Села передана коллекция старинного оружия, которую собирал еще Александр I. Она включала в себя несколько комплектов полных рыцарских доспехов, образцы западноевропейского и восточного оружия, русское оружие. На основе этой коллекции и коллекции Базилевского в музее создали новый отдел – прикладного искусства. Вскоре его собрание пополнили предметы XVIII в. из московского Голицынского музея. Оттуда же в Эрмитаж поступили: триптих П. Перуджино «Распятие с Марией, Иоанном, Иеронимом и Магдалиной» (продан за границу в 1931 г.), «Благовещение» Чимы да Конельяно, бюсты римских императоров Антонина Пия и Каракаллы, античные вазы и бронзы, редкие гравюры и рукописи.

Следует также упомянуть, что при Александре III на третьем этаже Зимнего дворца была устроена выставка фарфора и серебра из дворцовых кладовых.

К концу XIX в. Эрмитаж приобрел большую известность не только в России, но и в Европе. Многие коллекционеры считали за честь, если их собрания пополняли собрания эрмитажные. Так, в Эрмитаже в 1910-е гг. появились по завещанию Строгановых полотна итальянских мастеров и коллекция сасанидского серебра, а по завещанию А.З. Хитрово – серия английских портретов XVIII в. В дар Эрмитажу передал несколько полотен из своей коллекции П.Н. Дурново, среди них картина «Апостол Павел» кисти Эль Греко.

Ученый-этнограф П.П. Семенов-Тян-Шанский предпочел уступить свою коллекцию из более чем 700 картин голландских и фламандских художников Эрмитажу за сумму вдвое меньшую, нежели предлагали иностранные покупатели. А в 1914 г. Эрмитажное собрание пополнилось картиной Леонардо да Винчи «Мадонна с Младенцем» («Мадонна с цветком»).

Эта картина ранее принадлежала известному коллекционеру и знатоку генерал-лейтенанту А.И. Корсакову. После его смерти в 1821 г. она перешла в руки богатого нижневолжского купца и мецената А.П. Сапожникова. В сохранившемся в Государственном архиве Астраханской области «Реестре картинам г-на Александра Петровича Сапожникова», составленном в 1827 г., под первым номером числится «Божья Матерь, держащая Предвечного Младенца на левой руке…Мастер Леонардо да Винчи… Из коллекции генерала Корсакова».

Его дочь, Мария Александровна, вышла замуж за архитектора Л.Н. Бенуа, и картина досталась ей по наследству. В 1912 г. она решила ее продать. Лондонский антиквар Дювин предложил за «Мадонну» 500 тыс. франков, но в России развернулась компания по сбору средств на покупку картины. Собрать удалось 150 тыс. руб., но М.А. Бенуа согласилась уступить ее за эту сумму, чтобы полотно кисти Леонардо осталось в России. В память об этом «Мадонна с Младенцем» получила еще название – «Мадонна Бенуа».

С началом Первой мировой войны работа музея приостановилась. Часть экспонатов в 1917 г. вывезли в Москву. Прежде всего, эвакуировали коллекции драгоценностей и драгоценных камней. Не трогали только картины.

Во время февральских и октябрьских событий 1917 г. Эрмитаж и его коллекции не пострадали. Но после Октябрьского переворота их судьба сложилась непросто.

Судьба эрмитажных коллекций в советское время

В первые годы после установления советской власти в Зимний дворец, который объявили Дворцом искусств, и в Эрмитаж поступило огромное количество произведений искусств. Это были отдельные предметы и коллекции из национализированных петроградских особняков и дворцов – Аничкова, Мраморного, Строгановского, Шереметевского и др. Картины, скульптуры, мебель посуда и т. п. поступали и из пригородных дворцов и усадеб, из пригородных царских резиденций – Гатчины, Петергофа, Царского Села. Так, например, в Военной галерее 1812 г. появились 4 портрета солдат Роты дворцовых гренадеров, которые раньше хранились в Царском Селе. Из Москвы в Эрмитаж вернулись эвакуированные туда ценности.

В Эрмитаже появилась уникальная коллекция византийских икон и монет, а также древних документов (египет ские папирусы, клинописные таблички Междуречья), собранная известным историком, членом-корреспондентом АН Н.П. Лихачевым (племянником археолога и нумизмата А.Ф. Лихачева). Из Археологического общества передали коллекцию средневековой мусульманской бронзы, собранную председателем Общества графом А.А. Бобринским (археологом и праправнуком Екатерины II). В 1922 г. из Академии художеств поступили полотна европейских художников XIX в., которые ранее в эрмитажном собрании практически отсутствовали – это полотна Ф.В.Э. Делакруа, Т. Руссо, Ж. Дюпре, Н.В. Диаза, А.Г. Декана, Ж.Б.К. Коро, К. Тру айона, Ж.Ф. Милле, которые долгие годы собирали члены семьи графов Безбородко-Кушелевых. В Академию художеств коллекцию, известную как Кушелевская галерея, передали в