Портальщик Частная практика - Михаил Антонов

но чувствуя, как сердце колотится от возбуждения, направился обратно к портальной площади. Открыл малый портал, шагнул — и вот я уже на поляне у стен замка. Стражники ждали меня. Вместе с ними вернулся в замок.

В комнате я первым делом запер дверь. Потом сел за стол, глубоко вздохнул и только тогда достал шёлковый мешочек. Развязал тесёмки, вытряхнул содержимое на ладонь.

И замер.

Агат был совершенен. Идеальная сфера, нужного размера, отполированная до зеркального блеска. Камень переливался мягкими, медово-золотистыми и дымчато-серыми полосами, которые сходились к полюсам сферы завораживающим узором. Я чувствовал, как внутри него дремлет огромный потенциал.

Бережно положил его на стол. Рядом поставил плошку, банку с клеем, серебряный порошок. Замешал состав — тщательно, до идеальной однородности. Раскрыл трактат старого магистра на нужной странице.

Обмакнул кисть в чистый клей, провёл тончайшую полоску по срезу одной половинки. Соединил. Шар снова стал целым, и линия стыка была почти незаметна.

Теперь — самое главное. Обмакнул кисть в серебряный состав и, затаив дыхание, начал выводить рунную вязь на идеальной поверхности агата. Кисть скользила по камню, серебряная вязь ложилась ровно.

Работал, не дыша, боясь шелохнуться. Время остановилось. Существовали только я, кисть и совершенный камень в моей руке.

Закончив начертание, я отложил кисть и, несмотря на то, что нужно было торопиться, пока клей не схватился, всё же взял трактат и тщательно сверил каждую руну с изображением в книге. Всё было идеально. Ни одной ошибки, ни одного лишнего штриха.

Взял трофейный кинжал, приставил остриё к линии стыка и аккуратно, с величайшей осторожностью, разделил сферу на две половинки. Лезвием снял остатки клея с плоскостей.

Теперь нужно было дать составу высохнуть. Время тянулось невыносимо медленно. Я смотрел на половинки, боясь моргнуть, боясь, что они исчезнут, что это сон. Чтобы отвлечься от томительного ожидания, я начал считать про себя. Раз, два, три, четыре…

Считал медленно, размеренно, успокаивая дыхание и веря, что к концу счёта состав высохнет. Сто пятьдесят, сто пятьдесят один, сто пятьдесят два…

За окном, казалось, время замерло. Не слышал ни звуков замка, ни шагов в коридоре. Только тихий голос внутри меня отсчитывал цифры.

Четыреста восемьдесят семь, четыреста восемьдесят восемь, четыреста восемьдесят девять…

На пятистах я выдохнул и положил ладони на обе половинки. Закрыл глаза. Нашёл внутри себя те нити силы, что пронизывали всё вокруг, и начал вливать её в камень.

И тут произошло нечто неожиданное.

Раньше, когда я вливал силу в любой артефакт — в сумку, в камень возвращения, — я всегда ощущал лёгкое, но отчётливое препятствие. Будто материал нехотя принимал мою магию, будто мне приходилось преодолевать невидимую плотину, проталкивая силу внутрь.

Сейчас всё было иначе.

Агат не просто принимал силу — он всасывал её. Жадно, стремительно, будто тысячелетиями ждал этого момента. Магическая сила хлынула из меня потоком, который я не мог контролировать. Пытался дозировать, пытался остановиться, но камень тянул и тянул, высасывая всё, что я мог дать.

И не только магическую силу.

Почувствовал, как вместе с магией из меня уходит и что-то ещё. Жизненная сила. Та самая, что заставляет сердце биться, а лёгкие дышать. Агат впитывал и её, становясь всё теплее под моими ладонями, наливаясь внутренним свечением.

Я слабел с каждой секундой. Руки задрожали, перед глазами поплыли круги, в ушах зашумело. Понял, что если не остановлюсь сейчас, камень высосет меня досуха.

Собрав последние силы, я рванул руки от половинок. Это было похоже на то, как отдираешь примерзший к металлическому столбу язык — больно, с усилием, с ощущением, что что-то рвётся. Но оторвал.

Половинки лежали на столе, слабо мерцая внутренним светом, а я откинулся на спинку стула, тяжело дыша, чувствуя, как по лицу катится пот, а руки трясутся мелкой дрожью.

До меня медленно дошло осознание: созданный мной артефакт обладал чудовищной ёмкостью. Он впитал в себя не просто магию, но и часть моей жизненной силы. И при этом он даже не был близок к насыщению. Сколько же в нём потенциала? И сколько силы потребуется, чтобы полностью зарядить его?

В этот момент в дверь постучали.

Вздрогнул, посмотрел на окно и только сейчас заметил, что солнце стоит уже высоко. Прошло несколько часов? Я потерял счёт времени.

— Мастер Андрей, обед, — донёсся голос Миланы.

С трудом поднялся со стула. Ноги были ватными, тело казалось чужим. Пошатываясь, я добрался до двери и впустил служанку.

Милана вошла, быстро оглядела меня, но ничего не сказала. Только поставила на стол поднос, на котором дымилась глубокая миска.

Сел, машинально взял ложку. Суп был густой, наваристый, с крупными кусками мяса, картофелем, морковью и зеленью. Аромат чеснока и лаврового листа щекотал ноздри. Я отправил в рот первую ложку, вторую, третью — и почувствовал, как по телу разливается тепло, как возвращаются силы, как отступает та странная пустота, что оставил во мне агат.

Съел всё до последней капли. Голова прояснилась, руки перестали дрожать, слабость отступила.

— Спасибо, Милана, — сказал я, и голос мой звучал уже твёрже.

Она кивнула, собрала посуду и вышла. Встал, поправил мантию. Пора было работать дальше. Вышел из комнаты и направился к портальной поляне — встречать возвращающиеся караваны.

И вот я снова на портальной поляне. Пятеро стражников наблюдают за мной, но я не обращаю на них внимания — пытаюсь понять свои ощущения после вкусной трапезы и небольшой прогулки. Вроде бы меня отпустило то состояние опустошения, что оставил во мне агат. Силы вернулись, голова ясная.

Обратился к нитям силы, пропустил их через себя… и открыл портал. Скорее даже жалкую пародию на портал — такой, какие я открывал ещё в академии, когда только учился. Мерцающая арка вышла кривой, нестабильной, края её дрожали и грозили схлопнуться в любую секунду.

Напрягся, ухватил ещё один пучок нитей, пропустил через себя, усиливая поток силы, направляя его в портал. Медленно, по миллиметру, растягивал арку до среднего размера. Не буду скрывать, эти действия заставили меня напрячься до скрежета зубов. Кое-как, но я вытянул портальную арку до стандартного размера.

Отошёл, чтобы не попасть под копыта тяжеловозов. Просто стоял в стороне и контролировал портал, не сводя с него глаз. Все пятнадцать повозок одна за другой выходили из портала. Последними вышли Ганс