Дом с секретом и его притяжение. Часть 1 - Ольга Станиславовна Назарова

Шушана, которая как раз полчаса назад наблюдала за происходящим в кабинете Соколовского, а потом минут пятнадцать пыталась пригладить на спине вставшую дыбом шёрстку, деловито кивнула и шмыгнула в междустенье.

Разумеется, она прибыла первой и уже ждала хозяина кабинета в центре ковра.

– Шушана, – Соколовский не любил тратить время понапрасну. – Вы не могли бы заблокировать номер Геннадия так, чтобы никто не мог ни войти туда, ни выйти оттуда. Это касается и норушат – с ним сейчас никому нельзя общаться!

– Разумеется, – с достоинством отозвалась норушь, притопнув правой лапкой. – Сделано, – с достоинством отозвалась она.

– Вы – чистое бриллиантовое золото со смарагдами! – от души похвалил её Сокол. – Всё до моего личного распоряжения у нас такого номера нет!

– Поняла, – норушь усмехнулась в усы, решив, что раз такого номера нет, его и не будет…

– Так, Крамеш, ты сейчас полетишь со мной! Ну-ка, вот это прими и спрячь получше! – два пузырька встали на стол рядом с Бескрайновым. – Знаешь, что это?

Крамеш уставился на пузырьки.

– Это… это они?

– Да, та самая вода! Это – мёртвая, это – живая. Мы с тобой сейчас отправимся открывать сундучок, который мне привезли, – Филиппу даже имя лягуха произносить было неприятно. – Так что на всякий случай берёшь их с собой!

У Крамеша на лице возникло такое странное выражение, что Соколовский прервался и несколько раздражённо уточнил:

– Что с тобой такое?

– Мне? Почему вы мне такое доверяете? – от волнения у Крамеша даже голос сел.

– Потому что ты сегодня выиграл у самого себя, – усмехнулся Сокол, вовремя опустив слово «тоже». – Если у тебя хватило ума и самообладания не сломать голову Ивану, то, я думаю, всего этого и для них хватит, – он кивнул на пузырьки.

– Спасибо! – неожиданно выдохнул Крамеш, понимая, что он переведён на новый уровень доверия. – Я не подведу! Клянусь!

– Вот и славно, – кивнул Соколовский, прихватывая из сейфа сундучок и устремляясь к двери.

Крамеш не очень-то понимал, куда именно они едут, сказано ему было выбраться из Москвы по такому-то шоссе, он это и сделал. Вопросов Бескрайнов не задавал, и, хотя ему отчаянно хотелось спросить, что будет с Генчиком, он понимал, что сейчас про это лучше молчать – целее будешь!

– Сейчас справа будет поворот, нам надо туда, – скомандовал Соколовский, когда они уже были в глубоком Подмосковье.

Ещё через какое-то время Соколовский велел остановить машину, припарковав её поглубже в придорожных зарослях.

– Дальше лётом! – скомандовал Филипп, стартуя с земли и прихватив когтистой лапой сундучок.

– Странно, – думал Крамеш, – почему нельзя было подъехать на машине… Куда мы там ехали…

Через некоторое время он понял, почему – старые военные полигоны не предполагали посещения без приглашения.

Сокол приземлился около заброшенного здания, одиноко стоящего в центре перепаханного полигона.

– Так… идеально – никого вокруг, никаких камер, никому не навредим, – он осмотрел горизонт, а потом повернулся к Крамешу. – Ты летишь вооон туда, видишь, рощица?

– Вижу. А вы?

– А я или прилечу сам… Ну или не прилечу. Тогда твоя работа – меня найти и реанимировать. Я буду тут… наверное. Понял? Клюв закрыл и лети! – скомандовал Соколовский, кивнув в сторону рощицы. – Крамеш, это приказ!

Ослушаться прямого приказа Бескрайнов никак не мог, пришлось взлетать и мерно взмахивать крыльями в указанном направлении, про себя костеря на врани́не Соколовского:

– Он что? Жить ррасхотел? Видимо, там что-то такое… ух какое! – и тут до него дошло, что кто-то другой поручил бы опасную работу слуге, рабу – то есть ему!

– Судя по всему, от меня бы там точно ничего не осталось, вот он и полетел сам, – с опозданием дошло до Крамеша, который начал волноваться как-то уж совсем неприлично сильно.

Какое-то время ничего не происходило, а потом внезапно земля вздрогнула, да так, что Крамеша снесло в какие-то кусты, сверху посыпались какие-то обломки, которые отдалённо напоминали о крыше заброшки.

Крамеш стряхнул с себя напа́давший сверху мусор, выпутался из кустов, принял истинный вид и торопливо полетел к… Нет, заброшенного строения там уже не было. Вот котлован – был.

– А Сокол? Где Сокол? – Бескрайнов запаниковал, закружился в воздухе, беспорядочно хлопая крыльями, и тут увидел, как в куче обломков на краю котлована в сторону отлетает кусок стены и из-под него выбирается Соколовский, раздражённо вытряхивая из волос какой-то мелкий мусор.

Крамеш испытал такое облегчение, что едва-едва смог прилично приземлиться.

– Вы целы? – кинулся он к Филиппу.

– Да цел я, цел… я что-то на большее рассчитывал, – он пожал плечами.

– На большее? – почти беззвучно выдохнул Бескрайнов, обведя взглядом разрушения. – Действительно… что там… мелочишка какая-то.

– Я всё слышу! – не оборачиваясь крикнул Соколовский. – Чего ты там в землю врос? Сюда иди!

Он склонился над бетонной плитой, в центре которой установил сундучок. Теперь у него была откинута крышка, а внутри лежала какая-то…

– Тряпка? – удивился Крамеш. – То, что вы искали, исчезло?

– Да что б ты понимал, дурень! – хмыкнул Сокол. – Это платок, а не тряпка. Платок, которым ветер подчиняют! Так махнёшь платком туда, куда тебе надо, крылья расправишь, и тебя ветер понесёт! Немудрено, что карга так сундучок защитила!

– Да уж… – Крамеш безусловно предпочитал просто лететь, а не вот эти вот хитрости. – Защита была эффектной!

– И это как раз является причиной, по которой паразит-лягух останется в гостинице! – сказал Соколовский, доставая платок из сундука. – Представляешь, что было, если бы кто-то нашёл этот сундучок и его открыл?

– Боюсь, много кого не было! – серьёзно отозвался Бескрайнов.

– И болота того не было бы, – согласился Соколовский. – А того паразита как тянет к этим предметам, видимо, потому что на нём родовое проклятие, да не простое, а ломанное.

– А его родичи так могут?

– Нет, я специально проверял – они абсолютно спокойно проплывают мимо таких штук, а Германа прямо тянет к ним.

– И что? Вы его не накажете? – сердито сверкнул глазами Крамеш.

– С чего ты это взял? У меня всё по