Военная организация поздней Римской империи во второй половине III – первой половине IV вв. - Евгений Александрович Мехамадиев

ранг дворцового легиона (legio palatina) четко предполагал, что подразделение с таким рангом изначально размещалось во дворце или в резиденции императора, тогда как отряды, выделенные из состава пограничных гарнизонов, как правило, сохраняли низкий ранг своих «материнских» легионов и продолжали нести службу на границе[394].

Мы же, наоборот, полагаем, что речь идет именно о пограничных легионах, носивших имена Herculia и Iovia, эти легионы определенно создавались правителями-тетрархами для пополнения балкано-дунайской пограничной армии, для усиления защиты дунайской границы, постоянно страдавшей от нападений различных варварских племен. Слова Вегеция о численности данных легионов, конечно же, нельзя рассматривать как ошибку — на наш взгляд, они как раз служат весомым подтверждением в пользу точки зрения А.Х.М. Джонса о том, что в период Диоклетиана и старые, и новые легионы все еще насчитывали по 6000 человек. У нас нет оснований подвергать сомнению сведения Вегеция, поскольку в тот период эффективная защита от варваров (готов, сарматов, квадов и других германских племен) была возможна только при наличии в легионах полного кадрового состава.

Конечно же, выделение вексилляций из пограничных балканодунайских легионов, активно развернувшееся в период Галлиена, привело к уменьшению численности этих легионов, в свою очередь, уменьшение численности легионов негативно сказалось на обороноспособности дунайского лимеса[395]. Соответственно, в середине 270-х гг. новый император Аврелиан вернул вексилляции в балканские провинции, но эти вексилляции дислоцировались там уже в качестве самостоятельных (независимых) войсковых подразделений. Ни Аврелиан, ни Диоклетиан не стали возвращать вексилляции в состав их «материнских» легионов, поскольку для императоров было намного более выгодно использовать самостоятельные вексилляции, всегда готовые к перемещению на любой участок границы. Из этих вексилляций в любое время можно было сформировать полноценную мобильную армию, сам процесс мобилизации войск проходил намного быстрее и эффективней в случае в вексилляциями, нежели чем с тяжеловесными и малоподвижными легионами.

Соответственно, старые балкано-дунайские легионы, возможно, испытывали недостаток в людских кадрах, их численный состав был ниже нормы в 6000 человек, но вряд ли мы можем сказать то же самое о легионах, располагавшихся на Ближнем Востоке — эти легионы практически не были затронуты реформами Галлиена, соответственно, там штатный состав легионов как раз равнялся 6000 человек, эта цифра осталась неизменной для ближневосточного римского лимеса.

Именно поэтому, осознавая относительную слабость дунайских легионов по сравнению с ближневосточными, Диоклетиан решил исправить ситуацию и выравнять баланс сил в балканских регионах за счет новых легионов, носивших имена Iovia и Herculia. Эти легионы были навербованы из населения иллирийских провинций (Паннонии, верхней и нижней Мезии, Македонии, Далмации) и размещались преимущественно на балканском фронте. Но чтобы полноценно улучшить защиту дунайской границы, Диоклетиану неизбежно требовались легионы численностью в 6000 человек, поэтому мы полагаем, что дефицит численного состава старых легионов компенсировался благодаря размещению на Дунае целого ряда новых легионов с наименованиями Iovia и Herculia, данные легионы включали в себя по 6000 человек в каждом, о чем и свидетельствует Вегеций.

Совсем иная ситуация сложилась в период т. н. второй Тетрархии, т. е. уже после отречения Диоклетиана (305 г.). В житии воина-мученика Орентия и его сподвижников (сослуживцев) содержится рассказ о том, как Орентий воевал с готами (скифами) в начале своей карьеры — по словам автора жития, Орентий и его будущие сослуживцы «родились в правление царей Диоклетиана и Максимиана» (ὑπῆρχον ἐπὶ Διοκλητιανοῦ καὶ Μαξιμιανοῦ τῶν βασιλὲων) и впоследствии в качестве рекрутов сначала размещались в сирийской Антиохии, т. е. на Ближнем Востоке, а затем прибыли на дунайский лимес, во Фракию, для борьбы с готами (ὁρμώμενοι μὲν τῶν ἀφ' ἡλίου ἀνατολῶν, στρατευὸμενοι δὲ μετὰ χιλίων διακοσίων τηρὼνων ὑπὸ Ῥὼδονα κουβικουλὰριον ἐν τῇ Ἀντιοχὲων πὸλει, οἳ καὶ ἦλθον ἐν τοῖς Θρᾳκῴοις μέρεσι ταχθέντες εἰς λεγεῶνα καλούμενον Λεγεάνδρου — «они направились из восточных земель — в составе 1200 рекрутов они служили в городе Антиохия под командованием кубикулария Родона, и они достигли земель Фракии, (где) их зачислили в так называемый легион Легеандра»)[396]. Житие уточняет, что война с готами развернулась «совсем недавно после смерти Диоклетиана, когда Максимиан получил царскую власть» (ἄρτι μετὰ τὴν τελευτὴν Διοκλητιανοῦ Μαξιμιανὸς τὴν βασιλείαν κατασχὼν)[397].

Уточним, что автор жития допускает сразу несколько фактических ошибок, а также один явный анахронизм — 1) как известно, в 305 г. Диоклетиан не умер, а всего лишь добровольно отрекся от престола; 2) после Диоклетиана власть над балканскими и восточными провинциями получил не Максимиан, а Максимин (Галерий); 3) должность дворцового евнуха — кубикулария — стала частью государственного аппарата империи только начиная с VII в., не ранее, как об этом свидетельствуют византийские свинцовые печати. С VII в. придворный штат кубикулариев резко повышает свое значение, коренным образом меняет свою роль — теперь кубикуларии превратились в полноценных государственных чиновников, они во многом формировали кадровый состав центральной администрации, особенно в таких ведомствах, как финансовое управление и делопроизводство[398]. Слова о кубикуларии в житии явно отражают тот факт, что текст был написан не ранее VII в.

Тем не менее, историческая основа сведений жития, на наш взгляд, заключается в упоминании точной численности рекрутов, вошедших в состав загадочного легиона Легеандра — 1200 человек, что предельно примечательно. К сожалению, мы не можем идентифицировать войсковое подразделение, где служили Орест и его сподвижники, с каким-либо из известных нам легионов балкано-дунайских провинций, но, с учетом цитированной выше статьи М.П. Шпайделя, вполне можно предположить, что Легеандр — это имя собственное. Другими словами, Легеандр — это имя командующего легионом, как правило, легионами командовали офицеры в должности префекта.

Соответственно, под легионом Легеандра фактически можно понимать любой легион балкано-дунайских провинций, но, на наш взгляд, предпочтительнее все же видеть в этом легионе один из старых легионов, который дислоцировался на дунайском лимесе еще со времен раннего Принципата (I–II вв.). Напомним, житие уточняет время действия — «совсем недавно после смерти Диоклетиана» (ἄρτι μετὰ τὴν τελευτὴν Διοκλητιανοῦ), это свидетельствует, что события произошли в 305/306 гг., а значит, сведения о численности рекрутов скорее следует отнести к старым, уже давно существующим легионам, нежели чем к новым легионам с названиями Iovia и Herculia.

Крайне сложно поверить, что легионы Iovia и Herculia, только недавно созданные на дунайском лимесе и насчитывавшие в период Диоклетиана по 6000 человек в каждом (согласно Вегецию), внезапно, в 305/306 гг., были раздроблены на более мелкие соединения численностью в 1200 человек. Если же мы исключаем возможность раздробления новых легионов Iovia и Herculia, тогда, в свою очередь, житие Орентия подсказывает, какова была численность старых балкано-дунайских легионов в период Тетрархии. Судя по всему, именно они как раз и насчитывали 1200 человек,