Военная организация поздней Римской империи во второй половине III – первой половине IV вв. - Евгений Александрович Мехамадиев

Еще один закон от 27 мая 349 г. предписывает, что «если какой-либо воин будет отправлен в отпуск трибуном или начальником или по необдуманному решению (трибуна или начальника) покинет военную службу или знамена, пусть тогда за каждого воина трибуны и начальники внесут в казну по пять фунтов золота» (Si quis miles per commeatum dimissus fuerit a tribuno vel praeposito aut inconsulto eodem ab obsequio militari signisque discesserit, per singulos milites tribuni et praepositi quina pondo auri fisco inferant — CTh. VII. 1. 2). Закон был издан в Сирмии (провинция верхняя Мезия, средний Дунай) императором Констанцием II (средний сын Константина I Великого), правившим в восточных провинциях империи (Малая Азия, Ближний Восток, нижнедунайские регионы), соответственно, действие закона распространялось именно на эти провинции.

Закон от 11 октября 340 г[367]. уточняет, что «никто из звания комитов, трибунов, начальников или воинов пусть не вымогает у хозяев, оказывающих им гостеприимство, матрацы, древесину и оливковое масло, против воли хозяев» (Ne quis comitum vel tribunorum aut praepositorum aut militum nomine culcitas lignum oleum a suis extorqueat hospitibus nec volentibus — CTh. VII. 9. 2). Несомненно, данный закон имеет в виду классическую для позднеримской армии ситуацию, когда войско, находившееся в походе или возвращавшееся из похода, временно останавливалось в том или ином городе и на основании права постоя квартировалось по домам отдельных граждан, жителей города. Мы полагаем, что закон говорит о полевой (экспедиционной) армии, т. е. мобильной армии, пребывающей в состоянии военного похода, об этом свидетельствует упоминание комитов.

Как детально проследил и установил М. Коломбо, комитами были офицеры, в отличие от препозитов или трибунов командовавшие целой группой вексилляций, и эти вексилляции входили в состав экспедиционной, а не пограничной, армии. Более того, комиты были непосредственными начальниками препозитов и трибунов, они осуществляли общее военное командование над экспедиционной войсковой группой[368]. Соответственно, на примере закона CTh. VII. 9. 2 мы вновь видим, что и в IV в. препозиты и трибуны продолжали служить в полевой армии, вместе с комитами они формировали командную структуру этой армии.

Вместе с тем, цитированные законы показывают, что, как и в предшествующую эпоху (т. е. во второй половине III в.), в первой половине следующего, IV в., препозиты и трибуны были прикомандированы к отдельным войсковым гарнизонам, командовали отдельными войсковыми соединениями. Законы четко фиксируют связь этих офицеров со своими гарнизонами, возлагают на препозитов и трибунов ответственность за продовольственное обеспечение подвластных им воинов и пытаются предотвратить случаи финансовых злоупотреблений со стороны трибунов и препозитов. Не исключено, к примеру, что закон CTh. VII. 4. 1 подразумевает тех трибунов и препозитов, которые командовали пограничными войсковыми соединениями, поскольку, в частности, в законе упоминаются начальники пагов, т. е. сельских общин, и амбаров (praepositi pagorum et horreorum), которые должны были подготовить продовольствие для последующего распределения воинам. Следовательно, речь явно идет не о крупных городах внутри провинций или об императорских резиденциях, где обычно размещались экспедиционные войска, а о пограничных регионах, где дислоцировались небольшие крепости и служившие в них гарнизоны.

Если же вновь возвращаться к вопросу о пребывании препозитов и трибунов в императорской резиденции, можно обратить внимание на довольно показательный факт — даже в таком недостоверном (если не сказать — вымышленном[369]) источнике, как «Жизнь святого дукса Галликана», отразился факт службы препозитов в императорской гвардии. Согласно житию, Галликан был военачальником, который одержал победу над готами во Фракии, вблизи Филиппополя, эти события произошли в эпоху Константина (поскольку в тексте упоминается только один император Константин, без коллеги-соправителя в лице Лициния, можно предположить, что боевые действия развернулись в период единоличного правления Константина, т. е. между 324 и 337 гг., а в этот период, как известно, состоялась только одна экспедиция против готов — в 332 г., в реальности эту экспедицию провел старший сын Константина, Константин-младший, будущий Константин II).

Текст сообщает, что по приказу Константина дукса Галликана сопровождали два офицера, препозит Иоанн и примицерий Павел (atque ipse Joannem praepositum et Paulum primicerium meum), во дворце же находились «все комиты и префекты» (comites omnes et praefecti)[370], которые даже уговаривали Константина, чтобы он отдал свою дочь в жены Галликану в награду за то, что Галликан одержал победу над врагом. Автор жития рассказывает, как во время сражения с готами Галликан понес серьезные потери и в связи с этим вкладывает в уста главного героя, от лица которого он ведет повествование, слова о том, что «все трибуны и мои воины сдавались врагам» (et omnes tribuni et milites mei se hostibus dedidere (sic)), поскольку варваров было слишком много, а молитвы и жертвоприношения языческим богам (в основном Марсу) не помогали.

Когда же и сам Галликан, осознавая безвыходность своего положения, принял решение сдаться на милость победителю, те самые препозит Иоанн и примицерий Павел, которые сопровождали дукса (Paulus et Joannes, quorum alter praepositus, alter primicerius est)[371], призвали его обратиться с молитвой о помощи к христианскому Богу. Галликан последовал их совету и в результате одержал решительную победу над врагом.

Конечно же, вымышленность многих сведений жития совершенно очевидна, но для нас важно другое — даже этот источник подтверждает, что офицеры в должности препозита служили в императорской гвардии, непосредственно во дворце Августа, либо командовали соединениями экспедиционной армии, в равной мере то же самое можно сказать и о трибунах, которые выступили вместе с Галликаном против готов.

Теперь позволим себе вернуться к вопросу о функциях дуксов. На основании целого ряда эпиграфических и агиографических источников В. Кюхофф предположил, что новое (административное, бюрократическое) значение полностью и окончательно закрепилось за словом dux в эпоху Тетрархии, между 293 и 309/310 гг. По мнению исследователя, в отличие от времен Галлиена, в период Тетрархии дуксы возглавляли уже отдельные провинции, точнее — все военные силы той или иной провинции, все ее войсковые гарнизоны, т. е. произошла регионализация должности дукса. Теперь эти офицеры были связаны с определенной территорией, на которую распространялась их власть. Как отмечает В. Кюхофф, процесс регионализации дуксов в первую очередь затронул восточные провинции империи, развернулся именно в этих регионах, тогда как в западной половине империи дуксы стали командовать отдельными провинциями уже в более позднюю эпоху[372].

Мы разделяем позицию В. Кюхоффа, более того — в наши задачи не входит разбор всех известных на сегодняшний день эпиграфических или нарративных источников, упоминающих различных территориальных дуксов эпохи Тетрархии, с учетом обилия таких источников поставленная задача была бы просто невыполнимой. Мы хотели бы обратить внимание на другой аспект — фактически, источники