Бои за Днепровские острова. Солдаты Отечества - Михаил Иванович Федоров

Я понял: Измайлов там жил до переезда в Лиски.

Антон Аркадьевич:

– Был четверг, и говорит: «На выходные приеду. Я сам из Ростова». Я говорю: «Какой вопрос. На такси покатаю». Одним словом, встретились. «Вот город, вы же по нему ездите». И я стал ездить, узнавать. Межгород. Немножко поработал, кухню понял, купил себе «Газель» работать на себя. Спокойно. ИП. Свой бизнес. Четыре дня работаю, два дома, 70 тысяч за четыре дня я получаю.

– На руки…

– Я доволен, жена довольна, семья накормлена… Чистыми в месяц у меня выходило 230, 240 тысяч. Это не считая расходы на «Газель», на топливо. На «покушать в рейсе, на сигареты». Это я не считаю…

8. Началась война. Мытарства при уходе на фронт

Антон резко:

– Началась война… Началась мобилизация. Я прихожу к военкому.

– В Краснодаре? – спросил я, ни в коем случае не желая оборвать разговор.

Мы дошли до главного.

– Нет, здесь в Лисках. Прихожу, ему: «Где моя повестка? Всем соседям пришла, а мне нет». – «Ты кто?» – «Измайлов. Я же сюда приехал, на воинский учет встал на случай войны. “Газель” поставил на учет и сам встал». Я говорю: «Где моя повестка?» – «Подожди». Он куда-то ушел. Часа два его ждал. Он вернулся злой, как черт: «Что ты мне голову е…шь, Антон? У тебя четверо детей. Иди на х… отсюда!» Ну, один в один. Я: «Что такое?» – «Да меня поставят за тебя раком! У меня итак…» А вижу, в военкомате бардак. Бумаги по столам разбросаны. Я: «Ну и хрен с тобой». Ушел. Я думаю: «Что делать? Ладно, нельзя по мобилизации. А как доброволец?» Я прихожу, он: «Я тебя не возьму, у тебя четверо детей. И в Воронеж можешь не ехать, я позвоню и все».

– Призывают, когда не хочешь; не берут, когда хочешь.

– «Ну и черт с тобой!» – махнул рукой. Работаю. 2023 год начинается, и хохлы начинают бить по Шебекино[60]. И получается, что мы туда поехали, тесть захотел машину купить. Мы туда поехали, я увидел разбомбленные здания, куда прилеты были. «Ах вы, суки!» Короче, с женой разговариваю: давай, дорогая поженимся. «Да зачем деньги тратить, время тратить. Тебе что, и так плохо живется?» Я: «Надо же все узаконить».

– Двое детей…

– Да. Я же не говорю, куда я собрался. Не знает, что ходил в военкомат, права свои качал. «Давай, поедем в Питер. Погуляем. Не в каком-то вшивом ресторане будем, а на Дворцовой площади». Уговорил. Приезжаем в Питер, я ее знакомлю с мамой, с братьями. Я ее знакомлю со всеми. Вожу ее по городу. У нее вот такие глаза, – округлил пальцы. – Фонтанка. Дворцовая площадь. Я жене: так и так, надо к маме сходить. Она: сходи. Я иду к маме. «Мам, так и так. Война пришла в Россию. Если бы они там клубились, как змеи, я бы не пошел. Не моя работа. А так, бьют по России. Я же мужчина. Ты же меня в армию отправляла». Она: «Иди, сынок. Ты вернешься». Домой прихожу. Жене говорю: «Все, надо на войну ехать». Я ей аргументы, в другой интерпретации. Она: «С мамой будешь договариваться сам». Я говорю: «Я уже договорился. Она меня отпускает». – «И я тебя отпускаю». Я в военкомат, становлюсь на учет.

Щебекино после обстрела

– В Питере?

– Да, в Воронеже же нельзя. Там даже не спрашивают: что, кого. «Заполняй». Заполнил бумаги. Мне: в такое-то время в такое-то место приедешь. Надо подписать контракт. Военком: «Слушайте, мы вас хотим устроить на работу в “Ленэнерго”». Хочет, чтобы я от лица этой организации пошел.

– Наверно, им разнарядку спустили, и он чешется…

Антон Аркадьевич:

– «Вам заплатят за это денежку». Я: «Ну, почему нет». Он дает мне номер телефона человека, я звоню, тот говорит: «Я завтра за вами заеду. Все устроим». Приехал, привез в офис, я заполнил анкету, они меня приняли на работу, тут же уволили, поставили меня на денежное довольствие 50 тысяч в день и еще 500 тысяч разовая выплата от кампании. Вот это мне подфартило!

– И им хорошо, и тебе…

– Мне говорят: «Какой ты фартовый, у тебя везде получается». Я говорю: «Я не виноват. Мне компания предложила». Все, я в военкомат, заключаем контракт, они мне дают семь дней на сборы. Пьянки, гулянки, свадьба. А как, я же на войну ухожу. Мне моя: «Все, по-любому давай». Расписались, погуляли по Питеру, сходили к Цою в котельную. Свадебный кортеж туда приехал, все обалдели. Там он работал, там сейчас кафе-музей.

– Оторвались…

– И 7 июля 2023 года нас привезли сюда, в Воронеж, в Погоново. Две недели нас драли, как сидоровых коз.

– Что значит драли?

– Тренировали. Драли, как малолеток последних. Я уезжал в армию был 94 килограмма, через две недели я весил 70. Инструктора – огонь, командир батальона – отличнейший мужик. Позывной «Филин». Это 138-я отдельная бригада, питерская.

– А почему здесь?

– У нее отделение. Замечательный состав инструкторов. Очень много хитростей показывали. Рассказывали, как ходить, как бродить, как стрелять, куда стрелять, в каких случаях, как ползти… Короче, под танком мы лежали, на танке катались, мы делали все, что делают на передовой. У нас не было свободной минуты. Мы приходили и просто падали, как «зеленые духи» в армии. Я был в шоке. Я лежал и ржал: «Пацаны, никто дедовщину не вспомнит?» – смеялся. – Нас перевели в 283-й полк 3-й батальон по недобору у них людей. Он находился в Белоруссии. И после марша справедливости вагнеров его перевели, а вагнеров на его место. 283-й полк из Белоруссии перевели в Погоново. И меня перевели в 3-й батальон.

– С одной части в другую перекинули.

– Да, перекидывали с 6 часов утра до 7 вечера.

– Ты им мешал?

– Нет, у них свои заморочки. Я уже дисциплинированный мальчик. Перевели меня в 283-й полк 3-й батальон. Прихожу в блиндаж, там кровати, пол бетонный. И вижу эти лица, я, извините за выражение, наркоманов, алкашей. По лицам я вижу, там человек шесть, ну, семь, нормальных. Я смотрю на этих людей, которые через две недели собираются ехать на войну, и думаю: «Бля, куда я попал?» Нахожу командира роты. Мальчик, молодой, только окончил Новосибирское училище. Взводник такой же, оттуда же. Вот эти два лейтенанта, один командир нашего 3-го взвода, другой – нашей 8-й роты. «Е…б твою мать, чего мне делать?» Пишу рапорт: «Прошу меня