Венеция. История воды и суши - Алессандро Мардзо Маньо

и слуги не могли видеть друг друга. Салон был украшен великолепными зеркалами, хрустальными люстрами, канделябрами из позолоченной бронзы и роскошным трюмо, поставленным на камин из белого мрамора, отделанного квадратиками из китайского фарфора, на которых были изображены влюбленные парочки во всевозможных позах, способных зажечь воображение… Рядом находилась восьмиугольная комната с отделанными венецианскими зеркалами потолком, стенами и таким же полом — причем зеркала расположены были так, чтобы в тысячах видах отражать каждое движение проникнувшей туда влюбленной четы»[25].

Внешняя лоджия казино Веньер

Почти все описанное Казановой можно обнаружить и в казино Веньер. В центральной гостиной на каждой стене висит по шесть зеркал. Они должны были отражать свет, чтобы комната казалась больше и светлее, а также распалять сладострастные порывы. В комнате слева от входа, так называемой «столовой» (хотя это неподходящее слово, поскольку само понятие появилось лишь в следующем веке), есть два шкафа с вращающейся подставкой для подачи блюд и камин из красного мрамора. Во второй комнате справа раньше был потайной вход, но его заделали во время работ, проведенных в XIX веке. Зато сохранилась лоджия, откуда можно было незаметно наблюдать за улицей. В этой комнате камин сделан из белого мрамора. Фрески с мифологическими сценами нельзя назвать похабными: на них изображены обнаженные тела и порхающие ангелочки. Крючок над лестницей указывает на то, что когда-то здесь висела люстра, а две деревянные решетки в стене нужны были для того, чтобы гости слышали музыку невидимого для них оркестра. Также в стене есть четыре двери, две настоящие и две фальшивые, для симметрии. Количество комнат также соответствует описанию Казановы: их пять. Четыре из них использовались гостями, в пятой была кухня. Есть и шестое помещение, которое предназначалось для музыкантов.

Казино Веньер

Здесь все соответствует вкусу XVIII века: лепнина, пастельные тона (розовый, бледно-зеленый, оттенок слоновой кости), пол с геометрическим узором из мрамора разных цветов. Стены и потолки украшены фресками, двери сделаны из ценных пород дерева (прежде всего красного). Все эти элементы 1750–1760 годов спустя два века были отреставрированы Французским комитетом по охране Венеции, после того как в 1987 году казино Веньер передали в пользование центру французского языка и культуры «Альянс Франсез». Наверное, сегодня это самая красивая языковая школа в мире.

Еще одна мера предосторожности — глазок: один из мраморных изразцов в главном зале приподнимался, и через него можно было увидеть прибывших гостей (этот глазок есть и сегодня, но домофон удобнее). Если у входа в казино посмотреть наверх, то между балками, чуть правее от входной двери, видна обратная сторона отверстия. А если повернуться на 180 градусов, то под мостом Баретери можно увидеть, где раньше располагались ворота для гостей, прибывших в казино на гондоле (сегодня они заделаны). Сами гондольеры говорят, что под мостами скрываются семь подобных потайных входов, но ни один из них сегодня не используется.

Женская республика

Государства в эпоху Старого порядка нередко использовали в качестве своего символа животных — львов, медведей, орлов, змей, лошадей. Венеция же часто обращалась к образу богини Правосудия, то есть к женскому образу. И в самом деле, республика предполагала большее признание женщин, чем это было принято в королевствах или синьориях. Конечно, нельзя говорить о равенстве или эмансипации, однако очевидно, что в Венеции к женщинам относились с большим уважением, чем в других государствах, — например, они имели право наследования. Вдовы могли вернуть свое приданое, а если семья покойного супруга отказывалась это делать, то женщины обращались в суд и выигрывали процессы. Когда издатель Альд Мануций незадолго до своей смерти в 1515 году составлял завещание, он разрешил двум своим дочерям самостоятельно решать, хотят ли они выйти замуж или принять постриг. Кроме того, он призывал их выбирать мужа, исходя из человеческих качеств, а не богатства. Свобода выбора, равно как и пожелание брака не по расчету, а по любви вовсе не были обычным делом в начале XVI века.

Разумеется, не стоит впадать в заблуждение: главная роль женщины из семей патрициев заключалась в том, чтобы производить на свет наследников мужского пола, то есть гарантировать продолжение рода. В синьориях власть принадлежала синьорам, тогда как в республике — семьям патрициев, точнее, мужчинам из этих семей, которые входили в Большой совет и — по крайней мере, в теории — могли стать дожами. Но женщина не была всего лишь аксессуаром: некоторые женщины сыграли заметную роль в истории Венеции.

Джентиле Беллини. «Портрет Катерины Корнаро, королевы Кипра». Ок. 1500

Выше уже упоминались королева Кипра Катерина Корнаро, а также первая женщина, о которой точно известно, что она окончила университет, — Елена Лукреция Корнаро Пископия. Еще раньше, в 1195 году, настоятельница монастыря Сан-Заккария Казота Каизоло вместе с четырьмя монахинями напрямую вела переговоры о судьбе монастыря с властями Вероны, города, который в те времена имел большое значение. А в 1574 году одна из самых известных венецианских куртизанок, образованная женщина и утонченная поэтесса, принимала короля Франции Генриха III, который проезжал через лагуну. В XVII веке прославилась еще одна женщина — певица и композитор Барбара Строцци, незаконнорожденная дочь флорентийского музыканта, проживавшего в Венеции. Подобных примеров немало. Но особенно заметную роль венецианки начинают играть в XVIII столетии, превращаясь в мишень для таких моралистов, как аббат Анджело Барбаро: «Она говорит о политике / в казино и кафе / в постели и на биде / она придумывает новые системы, новые законы / она исправляет республику / наши красавицы / превращаются в сегодняшнего великого Макиавелли».

Катерина Дольфин Трон (1736–1793)

Катерина Дольфин, сначала Тьеполо, а затем Трон, — пожалуй, самая яркая женщина в истории Венеции XVIII века. Она родилась бедной, а умерла богатой. Была женой одного из самых могущественных патрициев Венеции и лишила его шансов стать дожем из-за театральной постановки. До нас не дошли ее портреты, но очень вероятно, что какая-нибудь из картин с общим названием «Портрет знатной венецианки» изображает именно ее. Точно известно, что она была очень красивой и ее красота выделялась даже в Венеции, где красавиц было немало: одним из самых популярных сувениров, который увозили с собой богатые путешественники, стала серия пастельных портретов 12 самых привлекательных знатных венецианок (их автор, Розальба Каррьера, была еще одной выдающейся женщиной XVIII века).

Розальба Каррьера. «Весна». Ок. 1725

Катерина Дольфин родилась в знатной, но обедневшей