История Каролингов - Леопольд-Август Варнкёниг

близкий друг Эббона, хотя и был сильно скомпрометирован, избежал осуждения. Мы не видим ни одного из епископов Бельгии среди осуждённых или низложенных. Они, без сомнения, остались верны императору, своему государю и соотечественнику. В списке епископов, присутствовавших на соборе в Меце, мы находим имена епископа Эрарда Льежского и Теодорика Камбрезийского[107].

Некоторые осуждения, как например Агобарда и Бернхарда Вьеннского, были ещё произнесены на съезде в Кремьё близ Лиона в июне 835 года. Поведение епископата, без сомнения, стало причиной большого собора, состоявшегося сразу после этого в Ахене, и статута реформы, который там был принят[108]. Согласно господину Пертцу, вопрос о разделе империи не был возобновлён в Кремьё, как полагают вместе с Питу и другими господа Фориэль и Химли. Мнение этих авторов основывается на оспариваемой господином Пертцем[109] точке зрения, что акт раздела 830 года принадлежит к 835 году. Во всяком случае, несомненно, что Юдифь добилась от своего супруга, либо тогда, либо вскоре после того, чтобы он вновь определил долю своего сына Карла; но этот акт вскоре был заменён новым разделом, принятым в Вормсе в 837 году[110].

Согласно Ведекинду, ссылающемуся на Нитхарда и анналы Пруденция, Людовик Благородный дал тогда своему сыну Карлу большую часть Бельгии, страну между Маасом и Сеной до Бургундии; всю Фризию, следовательно, также нынешнюю Голландию и часть Зеландии; вдоль границ саксов и рипуариев графства Мойлла, Хеттра, Хаммоланд и Мазагауви[111]; территории Вердена, Туля, Орнуа; паг Беденсис в Люксембурге; Блезуа, Перш, Бар-сюр-Об и Бар-сюр-Сен; Бриенн, Труа, Осер, Лан, Гатине, Мелен, Этамп, Шартр, Париж и территорию, простирающуюся вдоль Сены от Парижа до моря[112]. Епископы, аббаты, графы и вассалы этих стран принесли присягу на верность своему новому государю[113].

Однако Людовик Благородный старел, и Юдифь начинала опасаться, как бы здание, которое она с таким трудом возвела, не рухнуло после смерти её супруга. Срочно нужно было найти опору для её сына Карла. Она вновь обратилась к Лотарю, который, уже будучи коронованным императором, не замедлил бы, в случае чего, осуществлять верховную власть в империи. Его несколько раз приглашали, в частности в 836 и 838 годах, на собрания, на которых должен был присутствовать его отец. Лотарь, наконец, приехал в 839 году на большой съезд, проведённый Людовиком Благородным в Вормсе в конце мая. Тогда было заключено соглашение; оно было тем легче сделать, что король Пипин Аквитанский только что умер (13 декабря 838 года) и было решено не позволять его сыновьям наследовать ему[114].

Людовик Немецкий на встрече со своим отцом в замке Бодман[115] на Боденском озере вынужден был довольствоваться Баварией и несколькими присоединёнными землями. Таким образом, почти вся монархия оставалась подлежащей разделу между Лотарем и Карлом. Император разделил её на две части, восточную и западную, включая королевство Италию, и предоставил Лотарю выбор[116]. Граница, отделявшая их, начиная от Италии, была такова, что Аоста, область Вале (Валлис), область Во до Женевского озера и правый берег Роны до Лиона входили в восточную часть. Оттуда граница шла вдоль Соны до пределов Лотарингии и Шампани, а затем вдоль Мааса до моря. Савойя, Дофине и Прованс оказывались в западной части[117]. Лотарь выбрал восточную часть. Вся Бельгия к западу от Мааса до моря, следовательно, отходила к уделу Карла. Территория, занимаемая сегодня городом Льеж, была разделена надвое Маасом; правый берег, или квартал За-Маасья, принадлежал Лотарю, левый берег – Карлу; или, если угодно, первый входил в состав Германии, второй – Франции.

Этот последний раздел возбудил гнев Людовика Немецкого и сыновей Пипина; но император быстро овладел Аквитанией, жители которой принесли присягу на верность Карлу в сентябре 839 года в лагере под Клермоном[118]. Когда затем он узнал о вторжении Людовика в Саксонию и Тюрингию, он выступил против него и отбросил его в Баварию; оттуда он отправился в Вормс, куда пригласил своего сына Лотаря на конференцию. Но внезапно заболев, он велел перенести себя на остров на Рейне напротив Ингельхайма[119]. Именно там, под шатром, он скончался 20 июня 840 года[120] на руках своего верного Дрогона. Он перед смертью простил своего сына Людовика и провозгласил Лотаря императором, поручив его защите Юдифь и Карла и приказав передать ему скипетр, корону и меч – символические драгоценности императорской власти.

Так умер сын Карла Великого. С ним сошёл в могилу, как говорит господин Химли, даже призрак единства империи: ибо уже давно самой империи фактически не существовало. Престиж великого имени Карла Великого был единственной связью, которая, казалось, ещё соединяла между собой её различные части. Аквитанцы, галло-франки, германцы, итальянцы, хотя и признавая ещё номинальное верховенство одного императора, инстинктивно отделились друг от друга. Быть может, было бы счастливо для этих народов, если бы их разделение было окончательным и династические притязания больше не ставили бы под вопрос их национальности.

§ 5. ВЕРДЕНСКИЙ ДОГОВОР[121].

Прежде чем заняться Верденским договором, нам необходимо вспомнить события, которые к нему привели. После смерти своего отца Лотарь дал знать нации, что он вступил во владение императорской властью; что он накажет мятежников и вознаградит верных. Его признали императором во всей монархии[122]. Одним из его первых актов было восстановление своего сторонника Эббона на архиепископской кафедре Реймса; с этой целью в Ингельхайме был собран синод, и там была произнесена абсолюция прелата[123].

Можно было предвидеть, что Лотарь, давно коронованный император и вновь утверждённый в этом достоинстве отцом на смертном одре, не замедлит воспользоваться своей императорской властью и будет претендовать по отношению к своим братьям на ту же верховную власть, которую осуществлял его отец. Можно было также предвидеть, что он не оставит своему брату Карлу все территории, которые в 839 году были ему приписаны с его собственного согласия. Он попытался успокоить этого юного принца несколькими благосклонными словами, но одновременно уговорил его ничего не предпринимать против сыновей его покойного брата Пипина в Аквитании, не посоветовавшись с ним.

Между тем Людовик Баварский уже собрал свои войска и занял большую часть Германии. В конце концов он разбил лагерь близ Франкфурта. Лотарь, видевший себя опережённым в своих враждебных замыслах, выехал из Италии в августе, остановился в Вормсе и пришёл лагерем к устью Майна; но, далеко не спеша дать бой, он заключил перемирие до 1 ноября. В этот промежуток он хотел обратить своё оружие против Карла; он оставлял Людовику его завоевания, надеясь отобрать их после того, как раздавит брата. Но Карл не преминул вооружиться против давно известной лживости Лотаря. Оставив часть своей армии в Аквитании, чтобы занять Пипина II, он двинулся на