Детские кризисы - Виктория Александровна Шиманская

меньше. Постарайтесь быть объективны: если ребенок откроет ящик на кухне и свалит на пол все скатерти – это точно не «красный»: ни ребенку, ни вам, ни скатертям ничего не будет. А вот бутыль с уксусной эссенцией – это точно опасно, и пусть в вашем доме такого лучше не будет.

Эта маркировка объектов тоже не навсегда: те зоны и предметы, которые сейчас вы пометили красным, со временем станут как минимум «желтыми», а «желтые» сейчас – «позеленеют». Чтобы убедиться в этом, представьте, что вашему ребенку уже семь или восемь лет. Будет ли для него «красным» выдвижной кухонный ящик с ножами и вилками? Наверное, нет: он сможет открыть его и без посторонней помощи отрезать себе кусок пирога.

Всякий раз, когда вам кажется, что новые порядки ужасно неудобны, постарайтесь напомнить себе, что в отношении детей любые правила устанавливаются очень ненадолго.

Просто мысленно перенеситесь на год вперед – и поймете, что дискомфорт не навсегда.

Глава 3. Три года: кризис коммуникации

Знаменитые «я сам», «не хочу» и «оставьте меня одного»

О нем уж точно слышал каждый современный родитель. Этот кризис популярен, как гастролирующий артист! Молодые родители ждут его даже с некоторым нетерпением, а родители школьников, чтобы легче пережить разные неприятности, говорят: «Хорошо хотя бы, что ему уже не три года!»

Как мы помним, все возрастные трудности с ребенком – это естественная плата за его развитие. И кризис трех лет так всем известен именно потому, что на выходе из него ребенок приобретает море полезных навыков: осознанную речь, абстрактное мышление, первые ростки креативности, силу воли, а в каком-то смысле и собственное «я».

Парадокс, но кризис трех лет сейчас все реже приходится на три года. Как правило, он начинается на шесть-восемь месяцев раньше, когда ребенок активно осваивает речь.

Все «трехлетние» проблемы с поведением ребенка напрямую связаны с развитием у него второй сигнальной системы[2]. Если совсем просто, то раньше для ребенка источниками информации были невербальные внешние раздражители: тепло, холод, мамин голос, папина улыбка и т. д. А теперь малыш стал активно осваивать речь и условным раздражителем стало слово. Уже не только звук родного голоса, но и смысл сказанных фраз. Это настоящий квантовый скачок, который очень скоро позволит ребенку научиться абстрактно мыслить, читать, рассуждать… а еще – говорить «нет», уличать близких в обмане, требовать исполнения обещаний, преобразовывать мир на свой лад и искренне расстраиваться, если тот не поддается.

В общем-то, неудивительно, что на этом этапе с детьми так трудно! Только мы успели привыкнуть к тому, что малыш стал хозяином своего тела – самостоятельно передвигается, всюду лезет, всем интересуется, – так теперь он еще и встает за пульт управления собственными желаниями. Вот уж вызов так вызов!

Конфликт, лежащий в основе кризиса трех лет, – несовпадение желаний ребенка с его возможностями. Он определенно созрел для того, чтобы изъявлять свою волю, но пока не очень умеет это делать. В результате мы плохо его понимаем, а ребенок все больше волнуется, оттого что не справляется с такой, казалось бы, простой задачей: потребовать то, что ему нужно. Еще одна сторона конфликта: не всегда мир может исполнить твое требование. Иными словами, ты постоянно чего-то хочешь от окружающих – и очень часто не получаешь. Результат – сплошное разочарование.

Обычно взрослые описывают происходящее так: «ребенок отбился от рук», «стал капризничать», «совершенно неуправляемый», «какой-то очень уж хитрый», «слишком самовольничает», «пытается мной манипулировать». За этими фразами стоит одна и та же жалоба: ребенок стал не таким послушным, у него появилось собственное видение и готовность выражать несогласие. То есть он становится самостоятельным. Но разве не об этом мы мечтали с первого его дня? Так, может быть, не стоит жаловаться, что ребенок наконец самовольничает и отбивается от рук?

ОСНОВНАЯ ЗАДАЧА В ПЕРИОД КРИЗИСА – УВИДЕТЬ ЗА ИСТЕРИКАМИ И КАПРИЗАМИ ЛИЧНОСТЬ

Не сомневаюсь, вы с самого начала считали своего ребенка самостоятельной личностью. Знали, какая игрушка его сейчас больше всего забавляет, спрашивали, куда вы пойдете гулять сегодня, признавали за ним право любить пюре из груши и ненавидеть пюре из морковки (или наоборот). Но теперь воля ребенка зайдет намного дальше бытовых предпочтений. Он может просто наотрез отказаться есть то, что ему невкусно, и попытки настоять вызовут бурю протеста. Может, услышав в вашей речи «к врачу пойдем», разрыдаться и спрятаться под стол. Может прирасти к качелям и не уходить с них по два с половиной часа – и с совершенно каменным лицом выслушивать ваши уговоры. Как будто вам назло!

На самом деле никакого злого умысла по отношению к вам у ребенка нет и быть не может: он ощущает, что вся его жизнь зависит от вас.

Дети готовы на очень многое, чтобы увидеть в глазах своего близкого взрослого одобрение. Мощная движущая сила ребенка – желание каждую секунду нравиться маме и папе.

Но кризис трех лет дарит ему и другую силу, в противовес – умение осознавать себя как автономного человека. Один из признаков начала этого кризиса – слово «я» в речи ребенка. Раньше малыш мог говорить про себя в третьем лице: «Варя играет», «и Леве тоже сок налить», а теперь уверенно кричит: «я», «мне», «меня»! Когда вы в шутку называете ребенка другим именем («Чижик ты мой» или «Что же ты за чудо»), он может обиженно ответить: «Я не Чижик, я Наташа». Это тоже верный знак, что ребенок на совершенно новом уровне осознает себя, понимает, кто он. Нет нужды объяснять, насколько наше мышление связано с речью: вместе с открытием собственного «я» ребенок понимает, что, кроме послушания, есть и другой стимул – его собственное желание.

Самое полезное, что мы можем сделать для развития личности ребенка, – это не мешать ему хотеть и действовать по собственной воле. Если прямо сейчас он понимает, что не хочет есть суп, а у вас всегда есть возможность не вливать в него суп всеми правдами и неправдами – лучше оставить человека в покое. В этот момент в мозге ребенка формируется важнейшая нейронная связь – между его желанием и возможностью встроить это желание в окружающую действительность. Если я не хочу есть суп, значит, могу его не есть. Если хочу сегодня пойти не на ту площадку, где гуляю обычно, а на другую – значит, могу там оказаться.

Этот опыт всемогущества, ощущение податливости и гибкости мира крайне важны для дальнейшего успеха и благополучия ребенка. Если я не хочу оставаться на этом ужасном месте работы, я могу уйти. Если мне очень хочется вдруг взять и переехать в Австралию – это реально.

Значит ли это, что любому желанию ребенка нужно потакать? Конечно, нет! Вы остаетесь родителями, вы здесь взрослые и точно знаете, когда можно, а когда нельзя. Скажем, отказаться от супа перед большой прогулкой – так себе идея, ведь быстро проголодаешься. Идти к врачу делать прививку все равно надо, иначе можешь серьезно заболеть. Совсем не есть овощи – значит недополучить полезной клетчатки, и т. д.

Во всех случаях, когда дать ребенку волю не получится, вам придется опираться на правила, которые вы заранее, вместе с ребенком, четко и непоколебимо установили. Не заставлять, не обманывать, не торговаться, а именно апеллировать к правилам, которые в данном случае выполняют еще и роль границ. Если же ситуация в них не описана – приводить аргументы, объяснять причину, искать оптимальное решение. И потом дополнить этим кейсом свой неукоснительный свод.

Это сложный путь, но он же поможет сформировать другие нейронные связи, не менее важные. Вы даете ребенку уверенность в том, что мир не враждебен твоей воле, но все же какие-то «хотелки» придется задвинуть. Так закладывается устойчивость ребенка к неудачам, готовность к тому, что все пойдет не так, как он хотел. Если в определенные моменты вы настаиваете на правильном решении и объясняете ребенку, почему все будет не так, как он хотел, шанса его избаловать просто нет.

ИТАК, В БЛИЖАЙШИЙ ГОД-ПОЛТОРА ВАМ ПРЕДСТОИТ РЕШИТЬ СРАЗУ НЕСКОЛЬКО ЗАДАЧ:

• видеть за капризами ребенка проявления его воли;

• находить возможности «выгуливать» его волю, позволять ему поступать так, как хочется;

• в случаях, когда это невозможно, опираться на заранее установленные правила.

Конечно, вероятны и такие ситуации, когда позволять нельзя, в правилах такого еще не описано, а обсуждать и договариваться нет времени. Помните, как вы делили свой дом на «красные», «желтые» и «зеленые» зоны?