Детские кризисы - Виктория Александровна Шиманская

Везде, где ребенок может сам решать, что делать и как быть, ему горит «зеленый свет». Там, где есть несколько вариантов развития событий, вы включаете «желтый» и садитесь за стол переговоров. Вам остается также «красный свет» – на случай, когда обсуждать и пояснять нет времени, есть реальная опасность, и тогда вы имеете право просто схватить ребенка за шиворот и не дать ему побежать на красный свет или упасть с высокой горки. Разъяснения и пополнение свода правил в этом случае можно перенести на потом, когда верное решение уже принято и беда предотвращена.

Старайтесь в любой ситуации, независимо от ее «цвета», принимать эмоции ребенка по поводу запретов: он имеет право негодовать, что вы не дали ему съехать с опасной горы, и горевать, что не разрешаете третье мороженое подряд. Ваш жесткий запрет или неготовность сразу выполнить волю ребенка могут не выглядеть как наказание, это совсем необязательно. Вы можете сочувствовать, понимать, признавать законность чувств вашего трехлетки – и тем не менее использовать «красный» или «желтый свет».

Еще один нюанс: старайтесь всегда объяснять свое решение или сомнение, кроме «красных» ситуаций. «Пойдем домой, потому что я так хочу» – это слабый аргумент, который убеждает ребенка только в том, что не нужно никаких объяснений: просто у родителя «хочу» сильнее, чем у него. Аргументы «мы пропустим мультфильмы» или «не успеем приготовить маме ужин» гораздо более объективные и в долгосрочной перспективе учат мыслить, искать рациональный путь.

Добавлю еще, что испытываю глубочайшее сочувствие к родителям трехлеток. Сама помню, как это бывает сложно – жить в состоянии постоянных переговоров, уговоров, объяснений, аргументов… Как это сложно – быть в любой момент готовой к очередному восстанию против моих правильных и разумных действий, и как же хочется иногда просто взять своего драгоценного ребенка поперек живота, посадить в коляску и повезти туда, куда тебе надо, без всяких объяснений, просто потому, что я взрослая и знаю, что делаю!

Но я так же твердо знаю, что, если начну так делать, мне и моему ребенку потом будет только сложнее, потому что личная воля и потребность, как вода, всегда найдут трещинку, чтобы прорваться наружу. Лучше уж дать им возможность сразу разливаться свободным потоком, чем потом страдать от внезапных наводнений. Это еще и привычка «на вырост»: все-таки и в семь, и в десять, и в четырнадцать лет ребенку лучше открыто говорить родителям о своих чувствах и желаниях, а не действовать тайком на свой страх и риск.

ВАШ РЕБЕНОК: ЧТО ОН ИСПЫТЫВАЕТ В ТРИ ГОДА?

Единственный, кому я сочувствую больше, чем родителям трехлетки, это самому трехлетке. Он находится примерно в таком же положении, как человек, который никогда в жизни не видел автомобилей, но которого вдруг посадили за руль, показали, где газ, и велели ехать. Наши разум и чувства представляют собой не менее сложный механизм, чем автомобиль или самолет, а на обучение времени практически не дается: надо сразу как-то с ними жить, успевая за каждым новым апгрейдом.

С одной стороны, это ужасно интересно: игрушки, прогулки, еда, другие дети – все кажется приключением и вызывает живой эмоциональный отклик. С другой стороны, от этих аттракционов ужасно устаешь (именно поэтому детям в три года по-прежнему очень нужно хоть ненадолго, но ложиться спать днем: чтобы переварить впечатления, собранные за полдня).

Вообще, чувствовать – энергозатратная задача. Недаром от ярких событий можно потерять аппетит, утомиться и даже заболеть. Вы не поверите, но истерики, которые выводят родителей из себя, для ребенка тоже крайне утомительны: это не то же самое, что во дворе побегать. Печаль, гнев, перевозбуждение, страх, ярость ужасно изматывают, причем в три года ребенок пока не умеет сам регулировать поток впечатлений и самостоятельно успокаиваться. Вы же видели, какими несчастными и усталыми бывают заплаканные дети?

Кстати, о детских слезах. В три года у ребенка активно формируются области головного мозга, которые отвечают за эмоции. Поэтому восприятие крайне обострено: слишком яркий свет или неприятный звук, слишком горячий суп, слишком жесткий шов на колготках – все это действительно раздражает малыша и намного больше, чем нас. Пожалуйста, не пытайтесь в эти опасные моменты (да и ни в какие другие) обесценивать страдания ребенка, называть его неженкой и взывать к совести: все равно она как чувство правильного и неправильного у трехлетки пока не сформировалась.

Более того! Самым сильным раздражителем для ребенка может стать именно близкий человек – папа, мама или бабушка. Это ужасно обидно, когда ребенок, едва увидит тебя, сразу начинает плакать, сердиться, требовать, капризничать по любому поводу или вдруг кричит на тебя, обижается, даже пытается ударить своим кулачком… Не пугайтесь, эти проявления агрессии на данном этапе хоть и неприятны, но вполне нормальны. Все, что вам нужно, – твердо, но ласково дать понять ребенку: с людьми так делать не надо, это запрещено, им неприятно.

В целом закономерно, что именно близкие люди вызывают у трехлетнего ребенка бурю чувств. Ведь вы были и остаетесь для него главными агентами по связи с окружающим миром, подателями основных благ и трансляторами правил, которые иногда так мешают сделать задуманное. Ребенок будет делиться с вами всеми своими переживаниями и недовыраженными чувствами – в том числе капризами, криками и непомерными требованиями. Здорово, что рядом с вами он может расслабиться и быть собой хотя бы несколько минут!

Иногда может казаться, что ребенка выбивает из колеи буквально все: и молчание, и диалог, и солнце, и тучи, и вообще каждый элемент внешнего мира. К счастью, это не так: обычно у трехлетнего ребенка есть пять-шесть основных «бзиков», которые для него критически важны. Все остальные просто цепляются следом после неудачного эпизода.

Если вам удастся определить эти «главные бзики», а затем выписать их себе на плотный лист бумаги и повесить где-нибудь в коридоре – считайте, что полкризиса у вас в кармане.

ДЛЯ РОДИТЕЛЕЙ: КАК ПОМОГАТЬ РЕБЕНКУ И НЕ ЗАКАПЫВАТЬ СЕБЯ?

Итак, кризис трех лет для родителей – время, когда нужно постоянно быть начеку, анализировать настроение ребенка, изобретательно подсказывать ему решения и ликвидировать последствия эмоциональных потопов. А еще придется привыкнуть к новому распорядку дня, к новым условиям взаимодействия и даже к новым правилам быта (не смейте нажимать кнопку лифта, не давайте мне в руки чашку, не помогайте застегивать куртку – иначе все эти мелочи заведут меня с пол-оборота).

Что же нужно, чтобы все это осилить?

Прежде всего отказаться от идеи суперменства без права на ошибку.

Родители, чтобы помогать ребенку проходить через кризис, совсем не обязаны оставаться всегда спокойными, милыми и сияющими, как принц с Белоснежкой.

Вы имеете право быть и рассерженными, и уставшими, и огорченными – и ребенку очень полезно видеть в вашем поведении всю гамму человеческих состояний, пусть и слегка приглушенных (всякий раз выходить из берегов вместе с ребенком – не очень полезная родительская практика). Чтобы не раздражаться в ответ на детские истерики и быстро находить решения неиссякаемым детским проблемам, необходимо вкладываться в собственное ментальное и эмоциональное здоровье.

• Если до этого вы не занимались йогой, медитациями, фитнесом, плаванием – обязательно займитесь.

• Начните хотя бы ненадолго выходить из дома без ребенка. Вдвоем или поодиночке – вам решать, но маме и папе сейчас крайне важно вернуть себе право хотя бы иногда не толкать перед собой коляску или детский велосипед, не пасти своего ненаглядного малыша, а просто идти по улице по своим делам, туда, куда хочется.

• Тренируйте эмоциональный интеллект. Я уверена, что три четверти всех неприятных детско-родительских эпизодов вроде истерики в супермаркете или сорванного похода в театр можно было бы предотвратить, если бы взрослый заметил, что эмоциональный поток уносит нас не туда. Можно было промолчать в ответ на какую-нибудь глупость, сказанную ребенком, выйти из комнаты, переключить его внимание на что-то более приятное – и наводнения не случилось бы.

Окей, мы знаем, что поможет нам быть чуть более устойчивыми в моменты, когда ребенку трудно. А что поможет ему самому не разрушаться из-за того, что у него потерялась любимая лопатка в песочнице или кто-то машинально допил его чай?

ТРИ ЛЕКАРСТВА ПРОТИВ ОСТРОГО КРИЗИСА ТРЕХ ЛЕТ

• Уважение к личным границам. Для этого не нужно ничего додумывать за ребенка: просто спрашивайте, прежде чем действовать. Уточните, можно ли убирать тарелку, не помочь ли завязать шнурки, кто сейчас будет складывать кубики – он, мама или вместе. Если ребенок отказывается от помощи – с облегчением займитесь своими делами, пока у него не возникнет желания попросить о помощи.