Оборона Брестской крепости - Борис Вадимович Соколов

оборудован лазарет для раненых русских. Мы шли строем через город как какое-нибудь пополнение, и никто не подозревал о тяжелых трудных днях, выпавших на нашу долю. Так, какой-то жалкий человек, вышедший на прогулку, хотел у нас выяснить, не резервный ли мы батальон. Вот что могло действительно возмутить измученного боями солдата. В городе я наткнулся на Алоиза Шоппера из Рорбаха, которого я не встречал со времен Франции. Ему было любопытно, остались ли в живых мы, рорбахские, Хоэнэдер, Думпс и я. Батальон ошибся дорогой, поэтому нам пришлось возвращаться обратно. После часового похода, до смерти уставшие, мы добрались до своих квартир; было уже темно. Группу управления роты разместили в домике, где жил один полячишка и три полячки. Мужчина и одна из паненок немного знали немецкий. Нам казалось почти комичным, что после такого долгого времени мы наконец-то снова обрели крышу над головой. Мы сразу же приготовили комнату ко сну и ушли туда до следующего утра. Во сне мы все еще сражались с русскими»[281].

За период 25–28 июня в ЖБД III дивизион 98-го артиллерийского полка есть следующая запись: «Осада Восточного форта. Командир дивизиона (капитан Лаш. – Б.С.) 27.06. и 28.06.1941 г. на штурмовом орудии направляется ко входу в Восточный форт и выстрелами по отверстиям и амбразурам с расстояния в 100 м подавляет огонь защищающих вход. Сдачи не происходит»[282].

28 июня в ЖБД 45-й дивизии есть следующие записи, относящиеся к Брестской крепости: «Пасмурно, тепло.

Продолжается обстрел противника в Восточном форту из танков и из отремонтированного 27.06. штурмового орудия. С соединением бомбардировщиков на аэродроме в Тересполе на вечер был согласован бомбовый удар, однако из-за плохих погодных условий он не может быть проведен.

11.20. Гарнизон форта не сдается. Дивизия получает по телефону, а потом и письменно, от группы армий „Центр“ приказ предоставить воздушному флоту 2 батальона для охраны передовых аэродромов. По приказу дивизии батальоны (без лошадей и транспортных средств, с тяжелым вооружением) должен предоставить 130-й пехотный полк (I и III батальоны). К вечеру вылетело соединение в количестве примерно одной усиленной роты (через Элк в Восточной Пруссии в Молодечно). <..>

Разговор с Ia штаба корпуса, приказ о выступлении дивизии еще не получен.

Выход из подчинения [дивизии] 2 батальонов 130-го пехотного полка воздушному флоту Кессельринга»[283].

29 июня в ЖБД 45-й дивизии были следующие записи о Брестской крепости: «8.00. Сильная облачность, тепло <..>

На Восточный форт Северного острова в первой половине дня впервые сбрасываются 500-килограммовые бомбы. Даже после этой атаки он не сдается, а продолжает стрелять. Продолжение бомбежки назначено на вторую половину дня. Кроме того, на случай, если противник не сдастся и после 2-го воздушного налета, на 30.06. подготовлено следующее: в ров вокруг форта будет залита смесь из бензина и горюче-смазочных материалов и подожжена. Ввиду того, что амбразуры форта расположены таким образом, что стрельба из них ведется по рву, существует возможность выкурить врага из укрепления описанным выше образом.

Эта подготовленная операция не состоится.

В приказе по армии и корпусу нет новых задач для дивизии. Продолжаются работы по уборке.

17.30. Ближе к вечеру на Восточный форт авиацией еще раз проводится бомбардировка. При этом сбрасывается 1800-килограммовая бомба. Успех достигается вечером. До 20.00 в плен сдались 384 человека. Комендант не был найден.

На этом ситуация с крепостью окончательно улажена.

Постепенно продолжается отправка подразделений I и III батальонов 130-го пехотного полка на аэродромы в Молодечно либо, соответственно, в Барановичах»[284].

С 8.00 29 июня самолеты начали сбрасывать на Восточный форт 500-килограммовые бомбы, но без ощутимого эффекта. Возобновившийся артобстрел форта из двух танков и штурмового орудия также не дал результатов, хотя нанес стенам некоторые повреждения. Шлипер уже собирался на следующий день выкурить защитников из форта с использованием бензина, масла и смазки, которые собирались скатывать в бочках и бутылках во рвы форта и поджигать ручными гранатами или осветительными ракетами. Но во второй половине дня 29 июня произошла вторая бомбардировка, которая решила судьбу форта. Теперь использовались не только 500-килограммовые бомбы, но и одна 1800-килограммовая, которая попала в угол стены, обращенной ко рву. По свидетельству Шлипера, «от ее детонации задрожал даже город Брест, русские не выдержали: сначала в плен сдалось некоторое количество женщин с детьми, а вечером – 389 солдат. Теперь они получили от своего командира, майора, разрешение сдаться. Они ничуть не были потрясенными, выглядели сильными и сытыми и производили впечатление дисциплинированных солдат. Майор и комиссар не были найдены, должно быть, они застрелились»[285]. Как мы знаем, майор Гаврилов не застрелился, а продолжил героическую борьбу в одиночку и попал в плен, будучи раненым, только 23 июля.

81-й саперный батальон 29 июня в суточном донесении, отправленном в 18.15, докладывал: «По пункту 1). Пробный подрыв в Восточном форту. После съема грунта на глубину 2 м достаточно 1 ящика подрывных средств (30 кг), чтобы пробить свод. <..>

7). Минирование Восточного форта»[286].

В суточном донесении за 29 июня, отправленном в 19.30, 135-й пехотный полк сообщал о воздушной бомбардировке Восточного форта: «1). Противник держится в Восточном форту Северного острова, он еще недостаточно ослаблен. В 8.00 началась атака пикирующих бомбардировщиков, которая, однако, не принесла успеха; было сброшено 10 бомб (2 не разорвались). В течение дня беспокоящий огонь по форту. Во второй половине дня, около 15.00 перебежчики. Они говорят, что офицеры не хотят сдаваться, однако солдаты готовы сдаться. Начинается подготовка подавления форта с использованием бензина. В 17.30 началась вторая атака пикирующих бомбардировщиков. Бомбы частично легли очень неплохо, но 2 наиболее точно попавшие бомбы не разорвались. В промежутке между атаками примерно 30 человек сдались в плен, однако оставшаяся часть гарнизона продолжала вести сильный огонь. Запланированная операция с использованием бензина состоится 30.06. В ночь на 30.06. будет проведен обычный беспокоящий огонь»[287].

В 20.30 29 июня 135-й пехотный полк донес, что «после последней бомбардировки число пленных увеличилось на 160 человек», а в 21.00 – на 220 человек[288].

По заключению Кристиана Ганцера, посмотревшего любительскую киносъемку бомбардировки, сделанную врачом 1-й медико-санитарной роты 45-й пехотной дивизии доктором Эрасмусом Грюнбахером (1901–1965), бомбардировку осуществляли пикирующие бомбардировщики «Юнкерс–88» (Ju 88). Из находившихся в это время в боевом применении в окрестностях Бреста подразделений люфтваффе самолеты данного типа состояли на вооружении только у 3-й авиационной эскадрильи (Kampfgeschwader 3) II авиационного корпуса, базировавшейся на аэродроме южнее Больших Малашевичей (возле Тересполя)[289].

В оперативной сводке главнокомандующего люфтваффе, составленной в 10.00 30 июня,