Нектарий Сорокин. Стажёр - Алёна Моденская

— Ладно, — наконец проскрипел Лют. — Только из уважения к Всеволоду. Но если ты попадёшься, то на том свете сам будешь перед ним оправдываться.

— Идёт, — улыбнулся Ник.

На ночь он остался у тётушки, а утром они вместе с Лютом отправились в хранилище Ордена. Там Лют заполнил карточку, чтобы им позволили ознакомиться с копией гримуара знаменитого тёмного мага Чернокровского. Правда, пришлось пройти через рамку досмотра и сдать все магические атрибуты и даже писчие принадлежности. Да ещё Лют подписал поручительную записку, что несёт ответственность за Ника, которому к такой книге пока доступ был полностью перекрыт.

— Как думаешь, профессор ещё жив? — спросил Ник, нервно расхаживая туда-сюда, пока они ждали книгу в просторном зале с рядами столов и ламп на световых кристаллах, подавляющих магию. — Никто же точно не знает, куда он делся.

— Мне нет дела до какого-то сумасшедшего чёрного мага, — буркнул в ответ Лют, ёрзая в коляске. Он ведь даже ходить сам пока не мог, Ник его прикатил, и всё время приходилось останавливаться и заезжать за каждый угол, чтобы не встречаться со знакомыми.

Наконец им выдали вполне обычную книгу, явно переписанную, потому как выглядела она, словно будничный конторский справочник. Только вот некоторые страницы были полностью чёрными.

— Спецчернила, — пояснил Лют, хотя Ник и сам про это знал. — Самая тёмная магия. Не страшно?

Ник на подкол внимания не обратил, потому что у него вдруг мелькнула странная мысль. И странна она была тем, что раньше не пришла.

— Слушай, когда будем уходить, — шёпотом произнёс Ник, — Попроси показать тебе список тех, кто брал эту книгу.

— Зачем?

— Сам-то как думаешь? — иронично перепросил Ник.

Лют только дёрнул щекой и, надев специальные перчатки, раскрыл гримуар. Ну точно — словно фармацевтический справочник. Колонки, главы, списки ингредиентов. Эликсиры, кристаллизация, растворы, транформации… Повезло — рецепт пиритового раствора оказался не закрыт спецчернилами.

Ник всматривался в ингредиенты, проговаривая их и все дозировки шёпотом, чтобы запомнить. Представлял в самых мельчайших деталях, как уже смешивает фракции, как выглядят реакции, что именно получается на выходе. У алхимика должна быть идеальная память, иначе, как говорит Лап, вместо печеньки получишь катастрофу.

Снова и снова Ник бегал взглядом по строкам, написанным идеальным почерком. Очень красивый почерк и очень обезличенный, как будто какая-то пишущая машинка здесь поработала.

— Время, — прошептал Лют, указывая на песочные часы, стоявшие на столе. Песчинок в верхней части оставалось всего на полминуты.

Ещё раз Ник прочёл рецепт, попытался немного бежать разумом впереди — сначала продумывал процесс и только потом сверял. Наконец песчинки в часах упали вниз, на столе, за которым сидели Ник и Лют, зажёгся красный кристалл.

Лют взял книгу и покатил к стойке регистрации, а Ник сразу же направился к выходу. Он ждал напарника у дверей, но когда тот появился, то выглядел так бледно и свирепо, что Ник не рискнул лезть к нему с расспросами сразу же.

Он обошёл коляску, взялся за ручки и просто покатил Люта во внутренний двор Дома, где благоухали розовые кусты и плескался фонтан.

— Может, поедим? — предложил Ник, кивая встречным знакомым. Лют же смотрел прямо перед собой, словно вообще ничего не замечал.

— Домой, — прохрипел Лют, едва разжав челюсти.

— То есть…

— К тётке, — сипло отозвался Лют, по-прежнему таращась в пустоту.

Ник не стал возражать. Он уже успел отпроситься из лаборатории, якобы помочь покалеченному напарнику закончить расследование смерти купца Малышева. Так что теперь просто вызвал карету общего извоза и повёз Люта к тётушке.

За всю дорогу напарник так ни слова и не произнёс, только смотрел в пустоту, сжав челюсти. В усадьбе их встретила Мила, которая тут же пересадила Люта в домашнее кресло, принесла плед, помогла ему умыться и переобуться, а потом отправилась готовить чай. Тётушки дома не было — уехала по делам.

— Как прокатились? — спросил Лап, забираясь на кресло. — Нашли рецепт?

Ник только осторожно глянул на Люта. Тот так и сидел неподвижно, сжав челюсти.

— Ты что, уже попробовал заклинание с окаменением? — подозрительно спросил Лап у Ника.

— Боевой маг из меня так себе, — отозвался Ник.

— Да, ты у нас победитель эклеров, но это и не плохо. Ты не рыхлый, ты уютный. Я тоже, так что мы с тобой два хомяка — пара.

Ник вежливо улыбнулся. Лют продолжал молчать.

— Да что с ним такое? — уже серьёзно спросил Лап.

— Евген? — тихо позвал Ник, чуть подавшись вперёд. — Что ты там узнал? Что гримуар брал мой отец? Незадолго до гибели?

Лют перевёл остановившийся взгляд на Ника. Судя по всему, эта догадка попала в цель. Всеволод Сорокин зачем-то интересовался гримуаром Чернокровского перед своей смертью. Но эта новость явно не могла вогнать Люта в такой ступор.

— А что ещё? — снова спросил Ник.

— Когда мне показали карточку, — наконец проговорил Лют, с усилием, будто слова давались ему жутко тяжело, — там были ещё разные данные по этой книге. Так вот, эту копию гримуара изготовила моя жена.

На миг повисла тишина, потом раздался громкий звяк. Все разом вздрогнули и обернулись. На пороге гостиной стояла Мила с подносом в руках.

Глава 28. Циники и филососфы

Мила, ни на кого не глядя, занималась самоваром, Ник помог ей расставить чашки и блюдца на столе. Скоро вернулась тётушка, и с хорошими новостями:

— Я достала спорынью на Почаине. — Тётушка расстелила на коленях белую салфетку. — Так что осталось только дождаться партии лосьона для волос и добавить туда несколько особенных бутылочек. Думаю, за этим дело не станет.

Тут она глянула на Люта. Судя по всему, именно ему предстояло подключить свою агентуру на Почаине для того чтобы разнообразить партию магической косметики. Ник сразу вспомнил того торговца, к которому они наведались, чтобы разузнать про зелье, которое нашли у купца Малышева.

Лют, впрочем, особенным энтузиазмом по поводу предстоящей операции не пылал. Он вообще просто сидел за столом и смотрел в свою чашку.

— Да что с тобой? — наконец спросила тётушка. — Как будто ты не знал, что твоя жена переписывала гримуары для хранилища. Архивариусы же всегда этим занимались, обязанности такие.

— Я думал, что она отчёты