Две Кореи. Рождение разделенных наций - Теодор Чжун Ю

году он создал популярный бойз-бэнд под тем же лейблом. «Принцы K-pop» продали сотни тысяч альбомов и синглов, став одной из самых успешных идол-групп в Южной Корее. Ким был не единственной звездой К-pop, покончившей с собой; девятнадцатилетний американец корейского происхождения Чарльз Парк (известный в Корее как Сео Чи Вон (Seo Jiwon), 1976–1996) был одним из первых поп-идолов, решивших свести счеты с жизнью. Артистки и актрисы, такие как всеобщая любимица Чхве Чин Силь (Choe Jinsil, 1968–2008), известная как «актриса нации», тоже не выдержала жестокости сетевой культуры, постоянного давления и требований быть лучшей в индустрии, что невольно наводит на мысль о «Голодных играх». Громкие суициды, в том числе самоубийство бывшего президента Южной Кореи Но Му Хёна в 2009 году, попали в заголовки национальных газет, подняв вопрос об эпидемии самоубийств как проблеме общественного здравоохранения.

Опасения СМИ были небезосновательны. В 2013 году Южная Корея занимала первое место среди тридцати стран ОЭСР по уровню самоубийств. Средний показатель по стране составляет 43 смерти на 100 000 человек (15 000 смертей в год), что выше, чем в Венгрии и Японии. Республика Корея также лидирует по количеству самоубийств среди женщин — 11,1 смертей на 100 000 человек, что более чем в два раза превышает средний показатель по ОЭСР — 5,4. Навязанные Международным валютным фондом в 1997 году неолиберальные реформы, уничтожившие традиционные системы социальной защиты и поддержки семьи, оказали разрушительное воздействие, особенно на пожилых людей. Из-за отсутствия национальной пенсионной системы (которая появилась лишь в 1988 году) и нехватки социальных услуг почти половина пожилого населения страны оказалась за чертой бедности. В результате некоторые пожилые люди покончили с собой, чтобы не быть финансовым бременем для своих семей. Культура K-youth (букв. «К-молодежь») кажется чуждой старикам, сетующим на упадок традиционных ценностей и потерю связи с новым поколением.

Ожидания общества относительно повышения социальной мобильности — от университета до работы (предпочтительно в крупном чеболе, или конгломерате) — создали интенсивное давление, которое начинало ощущаться еще в подростковом возрасте и могло привести к эмоциональному и психическому расстройству. Сегодня южнокорейские школьники тратят в среднем шестнадцать часов в день на подготовку к экзаменам, результаты которых оцениваются по колоколообразной кривой — и все это в условиях жесточайшей конкуренции за места в одном из трех лучших университетов Южной Кореи (SKY). Принцип «Королевской битвы»178 (англ. Battle Royale) «победитель получает все» превращает жизнь в игру на выживание. Конечная цель — получить стабильную работу в ведущей компании, а не следовать своей мечте. Некоторые молодые корейцы относят себя к поколению «сампо» (производное из слов «сам» (три) и «пхо» (отказ), букв. «поколение трех отказов»), которому пришлось отказаться от таких трех важных вещей, как свидания, брак и дети, чтобы преуспеть. Люди, не добившиеся социально-экономического влияния, принадлежат к поколению «опхо» и «чильпхо» 179, представители которого отказались от пяти и семи жизненных ценностей, соответственно. И, наконец, в самом тяжелом положении оказалось поколение «ильпхо»180, которому пришлось пожертвовать всем, что имеет ценность, ради выживания, что практически равносильно отказу от жизни. Молодые люди, называющие себя поколением N-пхo (обобщенный термин для всех представителей «поколения отказа»), делятся на два класса: «грязные ложки» — те, кто родом из непривилегированных слоев населения, и «золотые ложки» — золотая молодежь из богатых семей. Первые уничижительно называют Корею «Ад Чосон», сравнивая нынешние адские условия для молодежи с угнетающей кастовой феодальной системой времен династии Чосон. Столь пессимистическое отношение молодежи к жизни привело к росту уровня депрессии и числа самоубийств.

Даже после окончания университета устроиться на работу непросто. Появление фрилансеров в 1990-х годах повлекло за собой отсутствие гарантий занятости и наличия хорошо оплачиваемой работы. Жизнь выпускников южнокорейских вузов нельзя назвать стабильной, они постоянно опасаются того, что не смогут найти более высокооплачиваемую работу, что приведет к снижению социальной мобильности. Термин «поколение 880 000 вон», введенный профессором экономики У Сок Хуном (U Seokhun), означает чистую зарплату временного сотрудника или месячный оклад работника по контракту. Все большее число высокообразованных корейцев с учеными степенями остаются без работы или работают на должностях, не соответствующих их квалификации. В результате студенты колледжей стали уделять больше времени совершенствованию своего резюме, откладывая окончание учебы, чтобы посещать дополнительные занятия и получить сертификаты, которые помогут устроиться на высокооплачиваемую работу и заключить удачный брак. Однако мечта о занятости на полную ставку остается недостижимой. Большинству корейцев приходится работать сверхурочно на малых и средних предприятиях за низкую зарплату, поскольку компании сейчас предпочитают нанимать сотрудников по контракту или на неполный рабочий день. Что еще более унизительно, к тридцати годам фрилансеры по-прежнему зависят от родительской поддержки. Им дали прозвище «племя кенгуру» за то, что они никак не могут покинуть сумки своих родителей.

Страдающие от психических расстройств люди отказываются обращаться за профессиональной помощью из опасений, что их медицинские данные станут достоянием общественности и поставят под угрозу возможность дальнейшего трудоустройства. Тревога по поводу неприкосновенности частной жизни также затрудняет установление доверительных отношений с психотерапевтами. К тому же откровения о психических проблемах могут снизить привлекательность человека и членов его семьи на брачном рынке. По данным Министерства здравоохранения и социального обеспечения, около 90 % жертв самоубийств страдали от диагностируемых психических заболеваний, при этом лишь 15 % из них получили надлежащее лечение, что свидетельствует о том, что психические расстройства — табуированная тема. Хотя корейцы и склонны игнорировать проблемы, связанные с психическим здоровьем, одно событие в США заставило их насторожиться.

16 апреля 2007 года Чо Сын Хви (Cho Seung-hui, 1984 г. р.) убил тридцать два человека и ранил семнадцать в Вирджинском политехническом институте и государственном университете в Блэксбурге, штат Вирджиния, после чего застрелился. Корейцы были шокированы, узнав, что стрелок, совершивший ужасающее массовое убийство, был этническим корейцем, страдавшим психическими расстройствами. Хотя Чо большую часть жизни провел в Америке, его действия вызвали у корейцев коллективное чувство вины и раскаяния. Посол Кореи в США Ли Тхэ Сик (Yi Taesik, 1945 г. р.) в знак траура по погибшим постился тридцать два дня; он также пытался развеять страхи, защищая права корейцев, которые планировали посетить США или учиться там. Президент Но Му Хён направил послания с выражением соболезнований в Соединенные Штаты и созвал свой кабинет для обсуждения мер по устранению политических последствий массового убийства, вместо того чтобы провести серьезную дискуссию о Чо, его психических проблемах и самоубийстве181.

Корейцы, которым было стыдно за действия Чо Сын Хви, вынуждены были мириться с насилием, творившимся прямо у них под носом, и самоубийствами собственных детей, ставших