Две Кореи. Рождение разделенных наций - Теодор Чжун Ю

жертвами жестокой конкурентной борьбы. Менталитет «победитель получает все», основанный на неолиберальной логике, согласно которой человек несет личную ответственность за свои успехи и провалы, привел к распространению жестокого буллинга среди детей школьного возраста. Школьники выбирали неудачника — того, кто отличался от остальных по классовой принадлежности, внешности, способностям и т. д., — и подвергали его безжалостному остракизму и насилию. Как правило, объектом травли становились дети с ограниченными возможностями и смешанного происхождения. По свидетельствам жертв, травля могла принимать различные формы — от социальной изоляции до прижигания окурками и кибербуллинга. По данным исследования, проведенного Chicago Policy Review, самоубийство является наиболее распространенной причиной смерти среди молодежи в возрасте от пятнадцати до двадцати четырех лет. Один ужасающий случай произошел с Им Сын Ми (Im Seungmin), тринадцатилетним подростком, который в 2012 году выпрыгнул из окна своей квартиры на седьмом этаже, потому что не мог больше выносить избиения, прижигания зажигалками и удушения электрическим проводом. Его родители ничего не знали об издевательствах, что неудивительно, поскольку мальчики реже рассказывают о подобных инцидентах. Шокирующее самоубийство Има вызвало жаркие дебаты о том, как предотвратить издевательства в условиях жесткой конкуренции в Южной Корее.

В 2004 году Республика Корея впервые выступила с инициативой по предотвращению самоубийств (на которую государство не выделило специальных средств), а затем создала национальную систему психического здоровья при Центре охраны психического здоровья. Сеульский центр по предотвращению самоубийств, учрежденный годом позже, организовал горячую телефонную линию, которая оказалась эффективной мерой поддержки пожилого населения. Постепенно начал снижаться уровень самоубийств среди женщин и мужчин в возрасте от двадцати до семидесяти лет и старше, что некоторые связывают со второй национальной инициативой по предотвращению самоубийств 2009 года, которой оказывалась более существенная финансовая поддержка. Однако число самоубийств продолжало расти среди мужчин в возрасте от тридцати до сорока девяти лет, что обусловлено стрессом, связанным с трудоустройством и экономическим успехом.

Удар по рождаемости: бомба замедленного действия и старение населения

Высокий уровень самоубийств среди южнокорейцев подлил масла в огонь национальной тревоги по поводу демографического кризиса, характеризующегося крайне низкой рождаемостью и старением населения. В декабре 2016 года Министерство внутренних дел Южной Кореи было вынуждено свернуть проект «розовая карта рождаемости», на которой отображалось количество женщин детородного возраста. На этой карте темно-розовым цветом были отмечены районы с высокой концентрацией потенциальных матерей, а светло-розовым — с низкой. Женщин возмутил тот факт, что правительство относится к их телу как к репродуктивному инструменту для повышения рождаемости. Демографы сходятся во мнении, что в Республике Корея самые низкие показатели рождаемости в мире; в третьем квартале 2018 года коэффициент рождаемости снизился до 0,95, что делает Южную Корею единственной страной в ОЭСР с коэффициентом ниже 1,30. Ошеломляющее снижение по сравнению с показателем 6,16 детей на одну женщину в 1960 году. Тот факт, что рождаемость упала ниже уровня воспроизводства (который составляет, по крайней мере, 2,1 ребенка на одну женщину), побудила группу демографов сделать неутешительный прогноз, что к 2750 году южнокорейцы окончательно вымрут как нация. Ситуацию усугубляет то, что Южная Корея — страна с одним из самых быстро стареющих обществ среди стран ОЭСР, причем численность пожилых людей непропорционально велика по сравнению с молодыми. Один ученый подсчитал, что сегодня на 100 работающих корейцев приходится 37 граждан, получающих социальные пособия, что называется коэффициентом иждивенчества. Без увеличения рождаемости этот показатель продолжит расти и в будущем тяжелым бременем ляжет на молодежь.

Несмотря на государственные инвестиции в размере около восьмидесяти триллионов вон (70 миллиардов долларов), включая субсидии семьям с детьми до пяти лет, направленные на решение проблемы снижения рождаемости за последние десять лет, переломить ситуацию не удалось по нескольким причинам. Во-первых, существенным фактором является снижение количества браков, поскольку люди предпочитают оставаться холостыми. Некоторые откладывают брак на более поздний период жизни или предпочитают вовсе не вступать в него из-за враждебной политики на рабочем месте, например, нежелания трудоустраивать матерей или оплачивать им декретный отпуск, хотя по закону работодатели обязаны это делать. Низкая рождаемость также обусловлена сознательным решением супружеских пар не заводить много детей из-за ненормированного рабочего дня, высокой стоимости детских садов и непосильных расходов на содержание ребенка до совершеннолетия (включая траты на подготовительные занятия). Вместо этого они вкладывают все свои силы в воспитание одного ребенка. Низкая рождаемость имеет далеко идущие последствия: Южная Корея не только столкнется с проблемой финансирования пенсий, но и темпы экономического роста будут неуклонно снижаться. Уже сегодня многие школы закрывают свои двери из-за недобора учеников.

Некоторые полагают, что демографические проблемы Южной Кореи сможет решить Северная. КНДР — одна из немногих оставшихся в мире закрытых стран. Источником скудных официальных данных о численности ее населения являются две переписи, проведенные в 1993 и 2008 годах. Они продемонстрировали, что подавляющее большинство взрослого населения страны состоит в браке. По данным ООН за 2014 год, общий коэффициент фертильности в Северной Корее снизился до 2,0, а коэффициент рождаемости составил 1,9, что ненамного выше, чем в Южной Корее. Всемирная организация здравоохранения также отметила, что КНДР не обошла стороной и проблема самоубийств: в 2012 году в Северной Корее, стране с населением 22,5 миллиона человек, произошло 9 790 самоубийств. По словам северокорейских перебежчиков, в КНДР самоубийство считается государственной изменой, а не следствием психического заболевания. Пациентов с хроническими психическими расстройствами госпитализируют в государственные учреждения под названием «Больницы № 49», расположенные в отдаленных районах. Как правило, северокорейская пресса старается не афишировать столь удручающую статистику, чтобы не дискредитировать социальную систему, при которой самоубийств существовать не должно. Мигранты с Севера страдают от депрессии, тревожных расстройств и психологических травм, вызванных страхом лишиться свободы, чувством вины за оставление на родине членов семьи или пытками от рук северокорейских властей. Что объединяет Север и Юг, так это социальный остракизм, стыд и страх, которые заставляют семьи прятать душевнобольных за закрытыми дверями, а также нежелание обращаться за помощью к психотерапевтам.

Высокий уровень самоубийств, крайне низкая рождаемость и старение населения — таковы компоненты бомбы замедленного действия, ставящей под угрозу само существование корейского народа. Как я уже говорил, демографический кризис позволил корейцам рассмотреть возможность иммиграции и принятия многокультурных семей. Однако путь этот очень тернист, поскольку социальные установки меняются крайне медленно.

Мисэн (Неудавшаяся Жизнь)

Демографический кризис в Южной Корее — не единственная новость, попавшая в заголовки газет. Отдельную категорию новостей составляют корейцы, ведущие себя неподобающе. 5 декабря 2014 года Хизер Хён А Чо (Heather Hyun-a Jo), вице-президент авиакомпании Korean Air, стала оскорблять бортпроводника за то, что он подал ей