Ледяное сердце эриды - Цитианка

— Благородная Майриса, — с нескрываемой иронией протягивает Ильварина, чуть откидываясь на спинку стула. — Думаю, все присутствующие за этим столом уже слышали о бедах Териона. За последние месяцы ваше имя и ваша нужда не сходят с уст ни в одном из наших городов. Каждое из государств — и Элмор, и Веларрон, и даже Антарис уже предложили вам свою помощь.

Её спутник молча разворачивает свёрток и протягивает его через стол.

— Это перечень согласованных поставок зерна и лекарств, а также гарантии безопасности для ваших купцов, — спокойно сообщает он.

Он кладёт бумаги перед советницей Майрисы. Женщина в серых перчатках, аккуратно тянется за документом, но в этот момент ладонь самой королевы ложится поверх листа. Майриса медленно и очень демонстративно прижимает бумаги к себе, не давая советнице их взять.

— Сбавление цен и поставки — не решат ситуацию в Терионе, — с нажимом произносит она, не убирая руки с документов.

— Вы называете себя заботливой правительницей, Майриса, — Каин слегка наклоняется вперёд, смотрит на Майрису убийственным взглядом. — Но, может, стоит вспомнить, как вы распоряжались с другими своими землями? Вместо того чтобы вкладывать силы в восстановление, вы приказали срубить леса, надеясь быстро расширить посевы. Но это привело только к засухе и гибели почвы.

Он делает короткую паузу, давая остальным время вспомнить этот скандал.

— Веларрон не раз предлагал вам помощь в восстановлении оросительных каналов. Мы готовы были прислать семена, даже рабочих из пограничных районов, но вы тогда отказались, Майриса. Говорили: «Терион справится сам».

Чувствую, как в Майрисе поднимается волна сдерживаемого раздражения. Лицо у неё по-прежнему спокойное, голос не дрожит, но напряжение внутри становится только сильнее. Ей явно не нравится, что принц, который гораздо моложе, так открыто указывает на её ошибки и не даёт уйти от прямого разговора.

Каин прожигает Майрису взглядом, порыв ветра сдувает его волосы со лба, а вспышки молний выхватывают черты лица, делая его взгляд ещё более резким и твёрдым. На мгновение кажется, что вся башня затаила дыхание, ожидая его следующего слова.

— Теперь вы требуете долину Кайор. Хорошо. Но чем вы готовы заплатить за эти земли? Какие гарантии даст Терион? Что вы предложите Веларрону и соседям взамен плодородных полей? Просто союз — это слишком абстрактно для тех, кто рискует потерять своё ради ваших трудностей.

Ильварина слегка наклоняет голову, изящные пальцы сцепляются замком на столе.

— Если каждый из нас, станет разрушать свои земли, а потом требовать помощи у соседей или претендовать на их урожай, сколько лет продержится хоть одно из королевств Альверонда?

Она кидает взгляд в сторону Майрисы, не столько обвиняя, сколько ставя на место, словно примеряя к себе её логику.

— Каждый из нас отвечает за то, что ему принадлежит. И если сегодня Веларрон уступит вам Кайор, кто станет следующим? Элмор? Ксария? Вы ведь пойдете за новым куском, когда и эти земли истощатся?

— Поддержка соседей — основа мира, — уверенно произносит Георг, выпрямляясь на стуле и сцепляя пальцы на столе. — Мы помогали Элмору, когда у них не хватало хлеба после хвори. Поддерживали Ксарию, когда засуха добралась до её южных границ.

— Король Георг, — Ильварина едва заметно кривит алые губы, поддаваясь чуть вперёд. — Вы правы: поддержка соседей — это залог мира. Но, королева Майриса ясно дала понять: подачки ей не нужны. Она хочет не поддержки, не зерна, не временных союзов, а земли Веларрона. Долину Кайор. При всем моём уважении к вам, Георг, и к вашей тяге к миру, в этот раз ставки иные. Здесь не о помощи речь, а о переделе границ. И если сегодня уступят Кайор — завтра за этим последует другое требование, и тогда уже никто не сможет остановить надвигающуюся войну.

— Королева Майриса, — вмешивается Каин, — вы так и не ответила на вопрос. Что вы готовы дать взамен долины Кайор? Все здесь умеют угрожать, но никто не называет цену.

Майриса выпрямляется, ладони спокойно кладёт на стол, пальцы чуть напряжены, но лицо остаётся невозмутимым. Она смотрит прямо на Каина, явно собираясь отвечать открыто.

— Всё что я могу предложить Веларрону и всему Альверонду, — это мир на ваших границах. Если Кайор вернётся Териону, я прекращу любые военные действия. Больше ни один мой человек не пересечет ваши поля, ни одна деревня не сгорит по вине Териона.

Она делает едва заметную паузу, взгляд становится жёстче, лицо теряет былую мягкость.

— Но если Веларрон продолжит настаивать на своих правах, если вы откажетесь признать историческую справедливость, — то выбора у меня не останется. Я открыто объявлю войну. Приду за этими землями с армией, и тогда крови прольётся гораздо больше, чем зерна вырастет в следующем году.

Майриса переводит взгляд по кругу, смотрит на каждого в отдельности, словно хочет удостовериться, что её угрозу услышали все. Она больше не пытается смягчить тон — теперь каждое слово становится прямым вызовом.

Каин не торопится отвечать. Он чуть склоняет голову, смотрит прямо на Майрису, будто взвешивает не только слова, но и цену, которую ему придётся заплатить за свой выбор.

— Я слушал вас, королева, — произноси он наконец. — Слышал и угрозу, и вашу «справедливость». Я не стану оправдываться за решения, которые приняли те, кто правил до нас. Мой дом не отбирал ваши земли — мы восстановили Кайор из пепла, когда ваш народ покинул его, когда ваши династии продавали поля за право выжить. Если бы вы пришли сюда просить поддержки, я бы рассматривал любой договор. Если бы речь шла о помощи — мы бы договорились. Но вы пришли требовать, прикрываясь нуждой, а за спиной у вас армия. Вы не предлагаете мира — вы торгуетесь угрозой войны.

Он ставит ладони на стол, подаётся вперёд.

— Веларрон не отдаст Кайор. Ни при жизни моей, ни после. Я не дам ни одному правителю в Альверонде повод думать, что можно прийти с требованием и забрать то, что наш дом поднял своим трудом.

Ветер с усилием прорывается между стульями, плащи колышутся на плечах, кто-то инстинктивно прижимает рукав к шее. Гроза не утихает — молния высвечивает мраморный круг стола, и Каин словно становится частью этого сурового пейзажа.

— Хотите мира — договаривайтесь. Хотите союза — предлагайте цену. Хотите войны — знайте, что вам придётся встретить не только Веларрон, но и тех, кто не готов плясать под