Серый генерал - Аллен Герэн

Франкфурте-на-Майне, а затем в Карлсруэ. В 1955 году Альберта арестовали и при весьма странных обстоятельствах он «покончил с собой» в тюремной камере. Другой сотрудник геленовской службы, некий Герхард Цинникер из Мюнхена, погиб, «случайно» выпав из вагона на ходу поезда. Кроме того, писатель показал мне несколько документов, из которых явствовало, что примерно за двадцатью людьми была установлена слежка, а потом все они были убиты по приказу геленовского ведомства. Я видел фотографии шестнадцати из них. Подобные убийства по политическим мотивам имели место также в Штутгарте и в Аугсбурге. В подвале бывшей казармы саперов в Берхтесгадене «служба Гелена» оборудовала камеру, где совершались пытки и казни. В Корнберге, неподалеку от Касселя, на опушке леса стояли два небольших особняка. В подвалах этих зданий, на глубине полутора метров, были зарыты три трупа. А жильцы дома ничего не знали…»

В том же Демократическом Берлине высказываются сомнения по поводу целого ряда других случаев «естественной» смерти ряда лиц, относя их на счет «серого генерала». Приведем некоторые из этих случаев.

В 1946 году в Вене умирает известный врач, профессор Отто Эппингер. Официальная версия его кончины — самоубийство. Однако отмечается, что профессор Эппингер собирался выступать в качестве свидетеля на Нюрнбергском процессе по поводу сделанного им в 1943 году медицинского заключения о причине смерти болгарского царя Бориса и секретного доклада об этом, направленного им Гитлеру.

Двадцать первого октября 1950 года в Западном Берлине, по Линденталералле, 5, в ванной комнате было обнаружено тело двадцатипятилетней девушки. В этом здании помещается «Комитет свободных юристов», где покойная Ингеборг Гериш работала личным секретарем у бывшего нациста Хорста Эрдмана (кличка «Тео Фридман»), возглавлявшего это учреждение. Официальная версия: красавица Ингеборг не выдержала слишком горячей ванны.

Третьего сентября 1954 года в камере западноберлинской тюрьмы на Лерштрассе был найден мертвым инженер Рольф Миттендорф. Вскрытие показало, что смерть наступила в результате отравления. Миттендорф был арестован 29 августа в Гамбурге и специально переведен в Западный Берлин. Он возглавлял восточный отдел Объединения профсоюзов Западной Германии и был экспертом при боннском министерстве по общегерманским проблемам.

Тринадцатого декабря 1954 года представитель текстильной фирмы Вальтер Кемпе был найден мертвым в камере шарлоттенбургского комиссариата полиции Западного Берлина. Вскрытие показало, что смерть наступила в результате отравления цианистым соединением. Кемпе был заключен в тюрьму по обвинению в убийстве западноберлинского ювелира по фамилии Притцель. На протяжении нескольких лет Кемпе был связан с «ведомством Гелена».

В начале января 1959 года в Западном Берлине скоропостижно скончался член руководящего бюро Социал-демократической партии Макс Кукиль. Утверждают, что это естественная смерть. Однако скептики отмечают, что, приехав 7 июля 1958 года в Западный Берлин, Кукиль чувствовал себя прекрасно, а умер сразу же после завершения весьма деликатного расследования, проведенного им по поручению СДПГ. Расследование, которое он вел, по существу, касалось деятельности и методов «восточного бюро» СДПГ и компрометировало двух геленовских агентов — Альфреда Вебера (кличка «Петер Вендель») и доктора Рейнгарда.

В декабре 1959 года внезапно умирает Вернер Гейнц Стефан. Официальная причина смерти — инфаркт миокарда. Однако отмечается, что Стефан умер вскоре после выхода из тюрьмы, куда был заключен в 1957 году на четыре года по обвинению в систематических подлогах. На судебном процессе Стефан много рассказывал о руководителях «Группы борьбы против бесчеловечности», на которых он работал. Однако его шефы не оценили подобное красноречие и в своих свидетельских показаниях всячески обвиняли Стефана. Поэтому многие деятели этой организации не очень-то обрадовались, когда Стефан получил всего четыре года тюрьмы и в 1959 году в связи с сокращением срока наказания был освобожден. Но «по счастью» случился «инфаркт», и Вернер Гейнц Стефан больше не будет блистать своим красноречием.

Пусть перечень подобных «сомнительных случаев» и обвинений не заставляет думать, что смерть единственное ремесло Гелена. Неизменной сферой его деятельности остается разведка и диверсия. Смерть только убирает с доски фигуру в необходимый момент шахматной партии. За исключением нескольких приближенных, смерть того или иного агента интересует Гелена не больше, чем сохранение его жизни. Человек как единица, агент как источник информации представляют интерес только по отношению к целому, в которое он может быть введен ведомством. Непрестанно раскладывать и перемешивать «мозаику» — такова главная забота Гелена. Мы уже рассказывали о методе «мозаики» еще в период деятельности отдела «Иностранные армии Востока». После окончания войны Гелен модернизирует свой метод, приспосабливает его к существующим условиям и тщательно шлифует. Ничего не значащий клочок бумаги, пустая консервная банка, подобранные в казарме, только что оставленные противником, — обо всем этом мы уже рассказывали. Но тогда была война. Теперь же мирное время, но та же деятельность продолжается: письмо или даже смятый конверт, брошенные в корзину для мусора, листок записной книжки, выпавший из кармана какого-нибудь офицера, когда тот доставал носовой платок, и т. д. Когда в августе 1959 года владелец ресторана, эмигрант из Вены, Антал Киш завербовал машиниста поезда Кароли Лантоша, чего же требовал геленовский агент от венгерского железнодорожника? Штампы и печати, справочник железнодорожной сети и географические карты. Когда в 60-х годах органы чехословацкой контрразведки арестовывают агентов ФРС, при обыске у них находят и конфискуют директивы, а вернее, «служебную инструкцию», первый пункт которой гласит: «Собирать трудовые книжки, удостоверения личности, печатные бланки-формуляры, используемые в полиции (о прописке и выписке), партийные и комсомольские билеты, разрешения на пребывание в пограничных зонах, служебные пропуска, разрешения на допуск в промышленные комплексы, всевозможные печати и штампы. Добывать чистые бланки документов воинских частей, собирать сведения о шифрах, применяемых шифровальными отделами, упаковку от лекарств и медицинские бланки, сведения о дорожном контроле и о транспорте в целом. Собирать планы городов, расписания движения поездов, автобусов, технические журналы, статистические данные, противогазы, военные журналы…» Далее «служебная инструкция» продолжается в том же духе. Когда в 1951 году Йосиф Урбан, о котором мы уже неоднократно упоминали, инструктирует своих агентов о ведении шпионажа в советской зоне оккупации Австрии, он передает им приказ собирать всевозможные печатные материалы, газеты, письма солдат и т. д. А когда польские власти предостерегают своих граждан об опасности действий западногерманской разведки, они особо подчеркивают, какой интерес могут представлять для нее, казалось бы, самые безобидные разговоры.

Так же как метод «мозаики», существует еще один пункт, о котором, не вдаваясь в детали, все же следует упомянуть. Речь идет об определенной черте характера Гелена и вместе с тем об отличительной особенности его ведомства. Это склонность, и я бы