Военная организация поздней Римской империи во второй половине III – первой половине IV вв. - Евгений Александрович Мехамадиев

В свою очередь, этот факт подводит нас к выводу, что сведения Зосима о войске Максенция необходимо признать полностью недостоверными — в армии Максенция не было 40 000 воинов из северной Африки, данный регион ни при каких обстоятельствах не мог выставить и отправить в Италию такое количество воинов. Максимум, чем обладала северная Африка — это III легион Августа, разделенный к 308–310 гг. на два гарнизона, каждый гарнизон насчитывал не более 3000 человек, но оба гарнизона остались в Африке, они не принимали участие в войне против Константина.

В таком случае мы можем заключить, что вся картина, которую рисует Зосим, все его данные о численности войск Максенция полностью опровергаются, вся схема Зосима обрушивается, как карточный домик. Но если сведения о войсках Максенция можно признать полностью недостоверными, тогда и сведения об армии Константина в равной мере теряют свое значение, свою «юридическую» силу, мы решительно можем предпочесть данным Зосима слова латинского панегириста, который сообщает о наличии у Константина армии численностью менее 40 000 человек.

Теперь обратимся к данным Зосима по кампании Константина против Лициния (324 г.), тогда, как известно, Константин I одержал над своим противником полную и окончательную победу и установил свое единовластие во всей империи. Согласно Зосиму, войско Константина насчитывало 210 000 человек (120 000 пехотинцев, 80 000 моряков и 10 000 всадников), а Лициния — 165 000 человек (150 000 пехоты и 15 000 конницы). Тем не менее, и здесь данные Зосима нуждаются в существенной корректировке, поскольку два других автора — Лактанций, современник событий, и римский историк Фест, живший в IV в., позволяют уточнить численность римских войск в балкано-дунайских провинциях и на Ближнем Востоке в период Тетрархии, т. е. до Лициния, и во времена его собственного правления.

Согласно Лактанцию, зимой 312/313 гг. Лициний был вынужден вступить в конфликт с самопровозглашенным императором Максимином II Дазой, который правил на Ближнем Востоке. Воспользовавшись тем, что в это время Лициний находился в северной Италии, в Милане, где проходила церемония бракосочетания Лициния и Констанции, сестры Константина I Великого, Максимин II Даза вторгся со своими войсками в Вифинию, принадлежавшую владениям Лициния, и захватил город Византий (будущий Константинополь). В ответ Лициний стремительно направился на дунайскую границу, собрал свои войска и выступил против Максимина. 1 мая 313 г. во Фракии между двумя правителями произошла битва, в результате которой Максимин II Даза потерпел сокрушительное поражение и бежал с поля боя.

Лактанций уточняет, что Максимин «направил войско зимой из Сирии» (exercitum movit e Syria hieme), под его командованием находилось 70 000 человек (quippe cum ille septuaginta milium armatorum exercitum duceret — «поскольку он вел за собой войско в семьдесят тысяч воинов»), в то время как Лициний «едва собрал (войско) численностью в тридцать тысяч» (ipse vix triginta milium numerum collegisset — Lact. De mort. pers. 45. 2, 7). По словам Лактанция, у Лициния было меньше войск, поскольку «воины были рассеяны по разным провинциям и не было возможности собрать их всех в краткие сроки» (Sparsi enim milites per diversas regiones fuerant ad adunari omnes angustiae temporis non sinebant — Lact. De mort. pers. 45. 7).

Фест же сообщает, что в 298 г., когда римляне разгромили персидского царя Нарсея (более подробно мы рассмотрим эту кампанию и вопрос о ее датировке в § 1 главы II нашей диссертации), Цезарь Максимин Галерий выступил против персов с 25 000 воинов, он собрал свою армию из пограничных гарнизонов Дакии (reparato de limitaneis Daciae exercitu… et cum viginti quinque milibus militum superveniens castris hostilibus — «с войском, пополненным из пограничных воинов Дакии… и с 25 000 воинов он обрушился на вражеские лагеря» — Festus, Braev. 25. 2). Вместе с тем, Павел Орозий, Евтропий и Аврелий Виктор дополняют сведения Феста о кампании Галерия — согласно их данным, Галерий также навербовал большое количество опытных воинов и молодых рекрутов из Мезии и Иллирика, т. е. практически из всех балканских провинций, а не только из одной Дакии (itaque mox per Illyricum et Moesiam undique copias contraxit raptimque in hostem reuersus — «и таким образом вскоре отовсюду в Иллирике и в Мезии он собрал войска и быстро направился в сторону врага» — Oros. VII. 25. 10; contracto confestim exercitu e veteranis ac tironibus — «тотчас же было собрано войско из новобранцев и ветеранов» — Aur. Vict. De Caes. 39. 34; Mox tamen per Illyricum Moesiamque contractis copiis — «Вскоре же он собрал войска в Иллирике и в Мезии» — Eutrop. Braev. IX. 25. 1).

Следовательно, как видим, балкано-дунайская римская армия в сумме насчитывала не более 25–30 000 человек, в то время как гарнизоны Ближнего Востока составляли 70 000 человек, в этом смысле для нас совершенно очевидно, что 70 000 человек — это не войсковые подразделения одной только Сирии, эта целая региональная армия, войсковая группа, собранная из гарнизонов всех ближневосточных провинций. Ж. Моро предположил, что войска Лициния, которые воевали против Максимина II Дазы, представляли собой пограничную армию, состояли из пограничных гарнизонов (легионов, ал, когорт и вексилляций), которые были распределены по различным балкано-дунайским регионам[414]. Несомненно, мы согласны с подобной трактовкой, но от себя мы хотели бы добавить, что, скорее всего, и армия Максимина II тоже была пограничной, он опирался на старые гарнизоны, дислоцировавшиеся в Сирии или в Малой Азии (более подробно мы рассмотрим структуру армии Максимина II Дазы и основные направления его военной политики в пункте 3.3 § 3 главы III нашей диссертации).

Другой вопрос — представляли ли 25/30 000 воинов балкано-дунайских провинций и 70 000 воинов ближневосточных провинций все гарнизоны, все войсковые силы этих регионов, или только их наиболее боеспособную, ударную и мобильную часть? Мы склоняемся ко второй версии, поскольку в распоряжении исследователей есть еще одно ценное свидетельство, на этот раз — грекоязычного автора, византийского чиновника VI в. Иоанна Лида, занимавшего свой пост в эпоху Юстиниана. В своем трактате «Об измерениях» Иоанн Лид сообщает, что «при Диоклетиане все римское войско насчитывало 389 704 человека» (ἐπὶ τοῦ Διοκλητιανοῦ ἡ πᾶσα τῶν ῾Ρωμαίων στρατιὰ μυριάδες ἦν ὀκτὼ καὶ τριάκοντα καὶ ἐννακισχίλιοι καὶ ἑπτακόσιοι καὶ τέσσαρες), имея в виду, естественно, сухопутную армию (мы сознательно не будем рассматривать данные Лида о численности флота, поскольку этот вопрос требует специального изучения), и затем добавляет, что «сверх этого числа Константин Великий разместил войско в восточных