Чумной доктор - Сергей Александрович Плотников

Ладно, об этом после, когда она выберется из этой передряги! Что делать, мать⁈ Бежать? Так от него не убежишь, если у него ускорение круче…

Но Ройга все же развернулась на пятках — и увидела ожидаемое: второго некра, перекрывшего проход. Тоже громила, скорость не понять, но… вряд ли медленный.

Они решили «забить по шляпку».

— Естественно, буду сопротивляться, — сказала Ройга, не поворачиваясь обратно.

И сорвалась с места.

Интерлюдия. Ульфир Ботольф и разнообразные странности

Шагая в направлении Ратуши, Ульфир не счел нужным ускоряться — идти было недалеко, его шагом — не долее четверти часа. Назад, разумеется, получится медленнее, поскольку он будет сопровождать портшез с супругой мэтра Шелки и мэтрессой Бьер. Но выгадывать минуты и рисковать оказаться без ускорения Смертью, если вдруг внезапно на охраняемых им лиц выскочат враги, было неразумно.

Вместо этого Ульфир думал, прокручивая в голове недавнюю мизансцену в ресторане.

Он, безусловно, понял, что «волшебными объятиями Огня» Бьер и Глерви называли ситуацию, когда находишься в зоне контроля мага Огня, а тот выпускает пламя во всю мощь, выжигая что-то непосредственно из воздуха. Сам Ульфир ни разу прежде такого не испытывал, но просто рядом с Гилли стоял, когда она зажигала пламя — и помнил, что выглядит это действительно невероятно. Хотя он каких-то глубоких изменениях в психике говорить все же не приходится.

Понятно же, что он стал мишенью так называемой «семейной шутки».

И это дергало.

Не сама шутка, разумеется. Тот факт, что Бьер и Глерви находились в таких отношениях с мэтром Шелки, что позволяли себе шутить подобным образом! И это звучало не натянуто, а совершенно естественно, и мэтр Шелки слегка смутился даже, но не оборвал их и не сделал выговор. Терпел!

Даже у Хенрика никогда не было таких отношений с мэтрессой Гилли! И тем более сам он никогда, даже в юности, не позволил бы себе подобного неуважения!

Он почувствовал, что ему… завидно?

Да, завидно!

Даже при том, что сама эта пикировка показалась ему какой-то совсем ребяческой, недостойной взрослых магов…

А. Он совсем забыл. Они не сказать чтобы особенно взрослые! Бьер вдвое моложе него, мэтр Шелки совсем ребенок. Глерви самая старшая, но даже она еще живет первую сотню. И ясно же, что она насмерть влюблена в мэтра — настолько, что переняла все его повадки. Женщин это обычно здорово омолаживает, Ульфир насмотрелся.

С другой стороны… слова Бьера «вам это тоже начнет нравиться» стоит понимать как, что они тоже «приглашают его в игру»? Как в ребяческой компании — «пошли с нами на дракона»?..

Ульфир мысленно усмехнулся. Так случилось, что он не был своим ни в одной ребяческой компании! Сперва, когда он был совсем мальцом, они постоянно переезжали: он родился в обозе наемничьего отряда: отец был сержантом, матушка — старшей из обозных женщин. Потом отец забрал из отряда свою долю, купил домик, женился на матери и поселил их обоих вместе с собой. Но окрестные ребята боялись сына хмурого нелюдимого вояки, матушка, всегда острая на язык и скорая на оплеухи, не сразу завязала добрососедские отношения с другими женщинами. А еще она велела Ульфиру помалкивать об их прошлом: не хотела, чтобы кто-то знал, что она начинала как обозная шлюха. Это тоже накладывало свой отпечаток, да и сам Ульфир общительностью и живостью нрава не отличался.

Детство его прошло на отшибе от других детей: он участвовал в мальчишеских сшибках, рыбалке в ближнем ручье и прочих забавах, но всегда не совсем с ними, больше сам по себе. А потом их храмовую школу посетил дежурный некромант, проверил всех учеников и обнаружил у него дар. Ну и все. С этого момента все знали, что у Ульфира другая судьба. Жил он до семнадцати лет с родителями, но в школу ходил совсем другую — точнее, ездил через весь город: Цех выделял средства на образование своих будущих членов, и эти средства включали даже транспортные расходы! Небывалая роскошь для пацана из их квартала, пусть приличного, но не сияющего роскошью.

Понятно, что если у него и начиналось приятельство с какими-то мальчишками, дальше этого оно не пошло — близких друзей у Ульфира так и не завелось.

Собственно, у него и после никогда не было близких друзей. Хенрик не в счет.

И вообще какая-то странная постановка вопроса! Дружба — это как раз что-то из детства, из юности…

Но хочется же!

И такое ощущение, что команда мэтра Шелки (и даже сам мэтр!) именно что пытается с ним… подружиться?

Да, похоже на то!

Удивительно. В том числе и то, насколько что-то внутри самого Ульфира потянулось к этому, как растение к свету.

Впрочем, куда удивительнее другое. Мэтр Шелки выжег из воздуха то вещество, которое, по всей видимости, как-то воздействовало на его разум — вероятно, оно содержалось в духах Хольмгрен, потому что бегло обыскав ее, Ульфир на теле некромантши не нашел ничего, кроме пары скрытых ножиков.

Трюк, насколько знал Ульфир, достаточно простой и доступный любому магу Огня. Мэтресса Гилли, например, по весне постоянно выжигала из воздуха в доме пыльцу, потому что пыльца каких-то растений вызывала у Матильды сильный насморк и покраснение глаз.

Но как мэтр Шелки понял, что именно выжигать⁈ Большой-большой вопрос. Маги Огня не обладают такой чувствительностью и уж подавно не могут различать яды по воздействию! Некроманты, может быть, и сумели бы… если бы яды могли оказывать действие на немертвые тела! Хотя Ульфир слышал о таких веществах, которые высушивают даже немертвую плоть и затрудняют некроманту движение и существование в целом. Однако у них очень ограниченная сфера применения. И распознать их можно без всякого сложного анализа — действие сразу видно. Опять же, по воздействию они скорее что-то вроде кислоты или щелочи, а не яда в чистом виде.

Нет, мэтр Шелки ощутил уже начавшееся воздействие, проанализировал его — и понял.

Такое могут квалифицированные маги Жизни: некоторые даже делают себе репутацию и состояние, работая пробовальщиками ядов у высокопоставленных аристократов, чиновников, глав трестов или магов Огня, не зная толком никаких других трюков! Для Гилли эту работу выполнял иногда Нильсен, но, насколько Ульфир заметил, мэтр Шелки от двух своих магов Жизни пока такой службы не требовал.

Но, опять же, они ведь не ходили на официальные приемы к кому-то?..

Или мэтр Шелки действительно умеет распознавать яды сам? Как? Он не маг Жизни…

Тут Ульфир чуть не сбился с шага, потому что отчетливо вспомнил: вот он перебирает вещи мэтра