Усилитель 4. Имперский триатлон - Алексей Урусов

Выходя подумал: ну очень вежливый ректор, видимо, старательно его французы манерам учили… А может, применяли такие же методы как при обучении меня «езде без рук» на Ветре — привязывали шлейки и дёргали, и за правильные манеры давали сахар.

От входных дверей академии звоню риелтору: — Прошу прощения, образовалась задержка, которой я не ожидал.

— Не переживайте, я в машине работал, благо, сеть здесь быстрая и устойчивая, — учтиво отвечает тот.

— Я Вас вижу. Идёте к стоянке? — спрашивает он.

Неподалёку из машины выскакивает молодой парень, приветливо улыбается, трясёт мне руку: — Если Вы освободились, то мы можем проехать к квартире. Если нет — я подожду…

Сказано было это с такой улыбкой и такой интонацией готовности к подвигу, что заяви я, что ближайшие сутки я занят — риелтор тут же бы согласился по-прежнему ждать меня в машине. Или разбить палатку на стоянке и ночевать в ней. Караулить круглосуточно, пока не исполнит свой долг.

Говорю, что готов к осмотру, и риелтор первым выруливает со стоянки; я следом.

Москва. Новостройка на Остоженке.

Я привык, что «близко» в Москве — это как через два Владимира проехать. На этот раз расстояние реально оказалось не большим — буквально через пять минут мы припарковались около высотного здания.

— Хилков переулок, историческая часть города. Пока будем подниматься, я позвоню, чтобы квартиру сняли с охраны. Это новостройка, в доме осталось всего несколько квартир и Вам повезло, что они ещё есть — осенью точно всё раскупят, — выйдя из машины риелтор начинает расхваливать товар, взахлёб рассказывая о его плюсах.

По мне — слишком высоко для дорогого жилья, лифт летел быстро, так что этаж десятый…

— Двенадцатый, — поправляет меня риелтор, открывая дверь магнитным ключом. — Гардеробная, санблок, кухня-столовая, четыре комнаты, дальше гостиная — посмотрите какой шикарный вид на центр города и Замоскворечье!

Поток его красноречия прервал звонок, поднеся трубку он задумчиво нахмурил брови и выслушав, протянул мне смартфон: — Это Вас.

Беру трубку: — Андрей, это князь Максим Фёдорович Анохин. Я неоднократно говорил Окинову, что чувствую себя неуютно, так как у меня перед тобой неоплатный долг. Предлагал подарить тебе самолёт, но он только рассмеялся. Прими эту квартиру в дар, не как оплату твоего труда, а как знак признательности моего рода.

Застываю. Успокаиваюсь. Вдыхаю. Ну что тут еще скажешь: — Искренне благодарю, Ваше сиятельство…

Слышу в смартфон: — Андрей, я для тебя навсегда «дядя Максим», максимум — Максим Фёдорович. Занимайся. Дальнейших тебе успехов на жизненном пути!

Теперь всё понятно. Возвращаю смартфон, спрашиваю: — Документы на квартиру где?

— Вот, пожалуйста! Если претензий нет, распишитесь вот здесь. Если они у Вас появятся, позвоните нам. Наши специалисты приедут, разберутся и недоделки устранят. Хотя, думаю, такого не будет — делали всё по наивысшему качеству. Под зданием гараж, за квартирой забронировано четыре места под авто. Сегодня подадим все необходимые данные для государственной регистрации и завтра по базам данных квартира будет числиться как Ваша собственность.

Расписываюсь. Риелтор уходит. Ещё раз прохожу по квартире. Зачем мне такая? Четыре комнаты. И тут до меня доходит — так это не мне, это нам с Элей! Кухня ей должна понравиться — просторная и красивая. Вроде бы. Интересно, какой вообще должна быть кухня в её представлении? Большая гостиная, где мы будем книги вместе читать. Две спальни для детей, одна для нас. Одну комнату для гостей оставим — к ней же родители будут из Владимира приезжать, и ко мне кто из друзей — и тогда гостиная будет по-прежнему общей.

Владимир. Администрация Владимирской области.

— Извини, не смог встретить — приём сегодня, посетители весь день. Как отдохнули? — губернатор Владимирский области Григорий Семёнович Волхонский поднялся навстречу сыну, вошедшему в его кабинет, и крепко его обнял.

Ярослав Григорьевич коротко «отчитался» об отдыхе, и добавил: — Подробности супруга вечером расскажет, она в нашей семье за впечатления отвечает.

Князь и наследник хохотнули и Волхонский добавил: — Ну, у нас тут тоже впечатлений хоть отбавляй.

И без перехода добавил: — Был сегодня Рябов. Управляющий Первозванова.

— О как. И что рассказал? — заинтересовался Ярослав Григорьевич.

— С три короба высыпал, — снова рассмеялся губернатор. — Ну, что Андрей Первозванов победил в триатлоне, сразу в трёх видах, ты в курсе?

Сын согласно кивнул.

Григорий Семёнович довольно улыбнулся: — Это для области очень неплохо. Его везде как нашего спортсмена представляли. Соответственно, Первозванову вручили билеты на имперский бал победителей, и Рябов по просьбе Первозванова один билет выделил для Святослава. Рябов потому так и рвался побыстрее у меня побывать, чтобы передать приглашение. Так что сегодня с сыном поговори. На бал надо ехать — когда у него ещё будет возможность перед глазами их высочеств появиться. Если Свят кого-то ещё хочет с собой взять, пусть сообщит — у Первозванова ещё есть билеты в резерве. Рябов также сказал, что Андрей в Москве подал документы в Дипакадемию, он туда без экзаменов попадает, автоматом зачислили. Дальше: Первозванов приказал разработать проект — ещё один кирпичный завод построят, на новых карьерах, что мы ему недавно выделили. Но повезут кирпич в Подмосковье — там он строиться будет. Угадай — почему там?

— Ну так — учиться же он будет там, приглядывать проще, — предположил Ярослав Григорьевич.

— Резон в твоих словах есть. Но не весь, — цокнув языков, князь широко развёл руки и заговорщически промолвил: — Сообщаю: основательно прирос собственностью и землёй в Подмосковье наш вьноша. И догадайся, кто ему подарил?

Сын в недоумении отрицательно покрутил головой.

— Князь Юрьевский! — огорошил сына Григорий Семёнович.

— Вот это да! — воскликнул Ярослав Григорьевич. — За какие заслуги?

— Говорю же тебе, — подарок. Пожалело его сердобольчество светлейший князь Михаил Николаевич Юрьевский сиротинку и решил поддержать его на жизненном пути, не оставить без трёх корочек хлеба.