Моя жизнь и мои путешествия. Том 1 - Ной Мышковский

Сан-Франциско с трёх сторон окружён морем. И море слышно в городе с его шумом и рёвом. А жители Сан-Франциско очень любят море и всякий раз, когда у них есть время, отправляются к нему, особенно по субботам и воскресеньям, а также в праздники, когда все пляжи целыми днями полны людей, а некоторые сидят там до поздней ночи. Но любимое место каждого — возле гор Сутра. Сутра был просто евреем. Он согрешил в родной Германии, приняв участие в революции 1848 года, и сбежал в Америку. По профессии он был инженером. После недолгих скитаний по Америке он приехал в Калифорнию, где стал золотоискателем и добился чрезвычайного успеха. Он стал одним из самых богатых старателей и одним из самых богатых землевладельцев Сан-Франциско, и ему принадлежала очень большая часть города Сан-Франциско. Он стал настолько известен, что был избран губернатором города.

Перед смертью всё то, что принадлежало ему, было передано в дар городу. По сей день люди толпами ходят в бани Сутры, взбираются на горы Сутры, посещают музей Сутры, где, помимо всего прочего, хранятся несколько очень важных еврейских рукописей, большой редкости, принадлежавших умершему Сутре.

Район Сутра — один из самых красивых в Сан-Франциско. Горы. Красивый парк в горах со всеми удобствами для посетителей. Тихий океан виден с горы на десятки миль в длину и ширину. Недалеко от пляжа в море стоят жилища, которые построили для себя морские львы. Их можно увидеть десятками, плавающих рядом со своими домами. Они играют друг с другом или просто греются на солнышке. Они настолько изящны и красивы, что подолгу стоишь и смотришь на них и не можешь оторвать от них взгляда. Море бурное, шумное, волны высокие, и тысячи людей сидят на пляже или в горах Сутры и любуются морем и львами. Недалеко отсюда находятся «Золотые ворота». Здесь морские берега соединяются воедино, оставляя лишь узкий водный канал, по которому должны проходить корабли из далёких стран, чтобы пришвартоваться в порту Сан-Франциско. А вот и подземные крепости «Президио», защищавшие побережье Сан-Франциско от вторжений врагов. Все солдаты Сан-Франциско находятся здесь, в крепости. Я был в ней дважды, и она произвела на меня невероятное впечатление. Меня особенно впечатлило то, как там живут солдаты. Их размещают в отдельных комнатах, как в гостинице. Хорошее постельное белье, современная мебель, книги, газеты на столе в комнатах. Еда как в лучшем ресторане. Они также получают хорошую зарплату. Живут так, как положено жить цивилизованным людям, а не как в минских казармах, где я провёл год на жёстких кроватях без матраса и без подушек, каждый день питаясь вонючей капустой с чёрствым кукурузным хлебом или сухарями. С берега хорошо видно далеко за водой на другом берегу природный заповедник «Спящая принцесса». На вершине высокой горы, благодаря необыкновенному сочетанию горных пород, появляется фигура, изображающая распростёртую на горе огромную женщину с разбросанными по горным склонам длинными волосами. Вы можете ясно видеть всё её тело — её голову, её глаза, её живот, её руки, её ноги, её грудь, и она выглядит такой реальной и живой, что вы замечаете, как её груди поднимаются и опускаются. Древние индейцы называли фигуру «Спящая принцесса» и создали о ней множество легенд и сказаний. Но замечательно, что фигура так выглядит только издалека. Несколько раз мне приходила в голову мысль оказаться рядом с ней, и как бы я ни искал, я не мог её найти.

На мой взгляд, Сан-Франциско — один из самых красивых городов мира. Город, простирающийся через горы и долины и окружённый морем. А с моря видны высокие горы, образующие горизонт. Мне удалось подняться на горы, вершины которых достигают неба. Преодолеть их — непростая задача. Однажды я начал восхождение на такую высокую гору утром, а достиг вершины только вечером. Измученный я вошёл в отель, который находился на вершине горы. Я снял комнату, сразу бросился в постель и проспал там всю ночь, а утром отправился обратно вниз. А дорога очень опасная. Всё время, пока идёшь, напрягаешься до предела, чтобы ни за что не зацепиться, не поскользнуться и не упасть куда-нибудь в пропасть. Есть места, где вам приходится карабкаться по ухабистым тропам и на каждом шагу вас может ждать смерть. Вы просто лезете. А альпинизм — самый популярный молодёжный вид спорта в Сан-Франциско.

Климат в Сан-Франциско оказался для меня гораздо приятнее, чем в Лос-Анджелесе. Здесь как дома, но гораздо прохладнее, чем в городе ангелов. А утром ветер кажется прохладнее, и к полудню с моря дует приятный освежающий бриз. Ночью даже летом спать одно удовольствие, а в сезон дождей довольно прохладно. Сезон дождей называется зимой и длится с декабря по февраль. Как бы странно это ни звучало, когда жители Нью-Йорка переезжают в Сан-Франциско, они первые три-четыре месяца дрожат от холода. Но после Лос-Анджелеса, где почти круглый год жарит и парит, Сан-Франциско подействовал на меня освежающе.

Жизнь в Сан-Франциско совершенно иная, чем в Лос-Анджелесе, сильно страдавшем в моё время от провинциализма: нравственности, своего рода благочестия, сдержанности. В Сан-Франциско всё было наоборот. Народ ощущал себя городским, он не культивировал благочестия, морали или сдержанности, и, как упоминалось выше, вся его жизнь была гостиничной жизнью. Лично мне Калифорния подошла хорошо. Я почувствовал желание писать. Я участвовал в местной газете «Калифорнийский голос», в лос-анджелесском «Прогрессе», в «Новой жизни» Житловского, в социалистической газете в Чикаго, в «Голосе свободного рабочего» в нашем партийном журнале под редакцией Гланца «Новое слово», регулярно в «Форвертсе» и других изданиях.

В Ньюмане, Калифорния

Проведя полтора года в Сан-Франциско, мне очень захотелось куда-нибудь поехать. Я устал от работы, города и даже своих друзей и знакомых. Я договорился со своим соотечественником и другом Юделем Шапиро поехать в Калифорнию. Денег у нас было накоплено немного, но это никого из нас особо не волновало, поэтому мы сели в поезд и позволили ему везти нас. Мы взяли направление на Йосемитскую долину, как её называют в американской литературе. Едем всё дальше и дальше. Солнце светит и греет, панорама становится всё прекраснее. Всё вокруг цветёт и растёт. Повсюду широкие, длинные «ранчо» — калифорнийские овощные и фруктовые поля и леса, и они настолько богаты, настолько красочны, что только в тропических лесах можно представить себе такое богатство и красоту. А наш поезд