Камчатка-блюз - Игорь Мальцев

А насчет панславизма… А почему это должен быть пантюркизм, или панамериканизм, а панславизма быть не должно?

«Главною и неизменною целью игнатьевской политики было разрушение Турецкой империи и замена ее христианскими, предпочтительно славянскими народностями».

И что, кстати, в этом плохого?

У меня еще много в семье мощных персонажей, как-нибудь обязательно расскажу. Но именно Николай Павлович максимально близок к теме Дальнего Востока, потому и вспомнилось.

Такие вещи из истории заставляют задумываться об ответственности тех, кому досталась гигантская страна, которую собирали по кускам, по территориям. Огромным территориям, где растут дикие цветы.

Где-то багульник на сопках цветет,

Кедры вонзаются в небо…

Кажется, будто давно меня ждет

Край, где ни разу я не был.

Все дальневосточники считают, что эта песня про их края. Ключевые слова: «сопки» и «багульник». Правда, на Дальнем Востоке словом «багульник» называют совсем другие виды рододендронов, особенно даурский рододендрон, который почти вереск.

А еще он ядовит. И даже мед из него может вызвать судороги. А кто обещал, что наша дальневосточная природа – сплошь милота и красота?

Просто невозможно не рассказать про еще два растения, которые образуют общую живописную картину Камчатки. Это иван-чай и шиповник.

Причем шиповников, похоже, два разных вида.

Шиповник вообще такое растение, которое постоянно присутствует в дальневосточной жизни, и неважно, живете вы на острове Русский или на полуострове Камчатка. Я вот просто помню его с самого детства. Пока он цветет – это наша дикая роза. Он выглядит почти как роза, он пахнет почти как роза. Когда он созреет, его красные плоды неудержимо хочется съесть. И он, конечно, коварный, почти подлый – потому что, не умея с ним обращаться, вы тут же получите в рот дозу отвратительных колючих семян. Но наши мамы его сушили целиком и заваривали, а потом клали нам в чай. Они были уверены, что это очень полезно. Эту веру мы пронесли сквозь года. На Русском вдоль берега росли крупные торообразные плоды. На Камчатке я столкнулся с тем, что этот крупный торообразный шиповник растет только вдоль океана. А на остальной территории – мелкий и продолговатый.

Оказалось, что один называется Шиповник приморский (Роза морщинистая), а другой – Шиповник даурский (Роза даурская). Они оба красивые, но по-разному, хотя непонятно, зачем надо было обзывать розу морщинистой. Как-то неаппетитно.

На самом деле шиповников по миру самых разных полным-полно. Например, вся викторианская эпоха Англии в своем искусстве обожала изображать шиповники. Ну, и легенды о шиповниковой розе (Briar Rose), и рыцари, и принцы, пробирающиеся сквозь шиповник в цвету. Есть шиповники даже без колючек. Но наши-то с колючками, все как полагается.

Давным-давно не пробовал ни шиповника, ни чая с шиповником, но вкус прямо встает где-то в пазухах черепной коробки, стоит только сказать «шиповник».

Ни один экзотический плод из тех, которые я пробовал в путешествиях, или тех, которые появились на прилавках при новом капитализме, почему-то не оставил таких впечатлений, как те, с которыми я вырос. Думается, что человеку нужно и полезно в основном, то, что растет и вызревает вокруг него – жимолость, княженика, брусника, шиповник, голубика, черника (попробуй отличи от голубики), рябина (кому в голову придет ее вообще есть). А есть еще совершенно безумная ягода – шикша. Ее другое название, оказывается, водяника, но на Камчатке оно не в ходу. Безумие ее в том, что под кожицей у нее практически нет никакой мякоти – она наполнена каким-то почти безвкусным соком. Совершенно непонятно, зачем ее вообще собирать, но у многих северных народов она – серьезная часть рациона. Идея, повторю, проста: принцип «где родился, там и пригодился» работает прежде всего в гастрономии и в обмене веществ. Вот просто убежден, и эта уверенность с годами только крепнет.

Но можно ли пить иван-чай? Мы как-то выросли с ощущением того, что иван-чай растет буквально везде, вроде красивой, но сорной травы. Когда его много, он мечта импрессиониста – эти фиолетовые поля. Да и мечта любого художника-любителя. Возьмите любую картину с названием «Лето в горах» – там обязательно будет иван-чай. Но несмотря на слово «чай», нам как-то не приходило в голову делать из него, собственно, чай. Чай был и так в ассортименте – «грузинский» (с палками) и «индийский» (со слоном). Множить сущности чая за счет красивой сорной травы – да черт его знает.

Но вдруг выясняется, что и Александр Невский любил напиток из иван-чая, и вообще он дико полезный, срочно закажите на «Озоне», вызывает диарею. Но второе название иван-чая – это «кипрей».

А это понятие уже можно найти у Степана Крашенинникова в «Описании земли Камчатки». Он упоминал кипрей как лакомство на скудном столе местных обитателей. Ели местные молодые побеги кипрея.

И тогда мы вспоминаем так называемый «чай копорский», названный так по имени деревни Копорье под Санкт-Петербургом. Некий помещик Савельев делал ферментированный чай по китайским технологиям как раз из кипрея, то есть иван-чая. Он был дешевле привозного китайского, то есть был импортозамещающим продуктом. Вскоре всякие контрафактники заполонили низкокачественным продуктом торговые сети («копорское крошево и кисло, и дешево»), а потом власти сначала запретили сам копорский чай («Иван плох и в чаях»), а потом даже собирать иван-чай запретили в 1883-м.

«Запрещается продажа плохо испеченного хлеба, мяса нездорового скота и живности, спитого и копорского чаёв».

Но тем не менее на Камчатке в Соболевском районе живет семейная пара, которая на «дальневосточном гектаре» растит себе иван-чай и выпускает натуральный продукт типа чай с добавлением различных камчатских ягод. И даже шикши. Есть люди, которые способны восстанавливать традиции.

Хорошо, что ничего подобного мы тогда не знали и не экспериментировали с этой травой (определение антинаучное).

А что мы пили, когда надоедали оба сорта чая и даже растворимый кофе, который тогда выглядел не как крупные гранулы, а как микроскопические шарики?

Почти на каждом подоконнике стояли трехлитровые банки, в которых плавала какая-то отвратительная медуза под названием «чайный гриб». Какая-то кислая жижа, которую теперь впаривают жертвам маркетинга под названием «комбуча».

Но самое смешное, что этот «гриб» не к нам пришел из-за границы, а наоборот – пришел в Германию с российского Дальнего Востока. Б-р-р, кислятина.

Советский «чай грузинский» имел посторонние включения в виде веток, и у