Легендарные королевы. Екатерина Арагонская, Елизавета I Английская, Екатерина Великая, Шарлотта Мексиканская, Императрица Цыси - Кристина Морато

огонь. Вдруг солдаты Преображенского полка сорвали с себя прусские мундиры и, обняв своих товарищей, радостно закричали: «Да здравствует императрица!» Высшие офицеры Преображенского полка были арестованы, и процессия смогла продолжить путь.

Едва Екатерина заняла свои покои в Зимнем дворце, как сразу приказала привести к ней сына. Вскоре появился Панин, неся на руках полусонного Павла в ночной рубашке. Императрица вышла на балкон и представила народу своего семилетнего сына как наследника престола из династии Романовых.

Окрыленная успехом, Екатерина велела распахнуть ворота дворца, чтобы всякий желающий мог подойти к ней. Члены Сената и Святейшего Синода, послы и высшие чиновники смешались с купцами и мещанами, теснившимися в залах, чтобы преклонить колена перед новой императрицей Екатериной II.

Верная подруга княгиня Дашкова, узнав о триумфальном возвращении Екатерины в столицу, поспешила немедленно прибыть к ней. К вечеру императрица уже полностью контролировала столицу – «не сделав ни одного выстрела и не пролив ни капли крови».

А в Ораниенбауме Петр, ничего не подозревая, готовился к отъезду в Петергоф, где рассчитывал встретиться со своей супругой. Когда кортеж Петра прибыл в Монплезир, его удивило, что двери и окна были плотно закрыты и никто не вышел его встречать. Один из слуг сообщил, что императрица уехала ранним утром в неизвестном направлении. Спустя несколько часов неопределенности император узнал от своего канцлера Михаила Воронцова, что Екатерина была провозглашена императрицей в Санкт-Петербурге.

Хотя ближайшие советники настаивали на том, чтобы немедленно отправить в столицу гольштинский полк с целью подавить государственный переворот и вернуть трон, Петр отказался от вооруженного столкновения. В ярости, отчаянии и будучи пьяным, он вернулся со своим окружением в Ораниенбаум, считая, что там он будет в безопасности. Однако, прибыв туда, он узнал, что к резиденции уже направляется крупный отряд гвардии, верной Екатерине. Услышав это, он признал свое поражение и со слезами на глазах распустил свиту. Но его любовница Елизавета отказалась его покинуть.

Вскоре, успокоившись, Петр написал на французском языке письмо своей жене, в котором извинялся за то, как с ней обращался, и предлагал разделить с ней трон. Не получив ответа, он направил второе письмо, в котором выражал готовность отречься от престола при условии, что ему позволят отправиться в изгнание в Гольштейн вместе с возлюбленной. Петр не знал, что сама Екатерина возглавила армию из 14 000 гвардейцев, направлявшуюся в Ораниенбаум, чтобы арестовать его. Один из офицеров Семеновского полка предоставил ей военный мундир, и перед отъездом Екатерина собственноручно написала записку в Сенат: «Выезжаю из города во главе армии, чтобы принести престолу мир и безопасность. С полным доверием вручаю Сенату свою верховную власть, Отечество, народ и моего сына».

Императрица покинула дворец и под аплодисменты собравшихся войск ловко вскочила на белого коня. Уже сидя в седле, она обнаружила, что на шпаге не хватает темляка[17], и обратилась к офицерам с просьбой принести его. Молодой вахмистр конной гвардии быстро подошел и предложил ей свой темляк. Екатерина захотела узнать его имя, и он, склонившись с почтением, ответил, что его зовут Григорий Потемкин. Императрица запомнила его и этот галантный жест.

Затем она двинулась вперед во главе своих войск, солдаты которых сняли с себя синие прусские мундиры и, подобно ей, надели старую военную форму времен Петра Великого. Народ с восхищением наблюдал за этой смелой женщиной с развевающимися на ветру каштановыми волосами, одетой в мужскую одежду, с мечом в руке и лавровым венком на голове. Рядом с ней ехали княгиня Дашкова и Григорий Орлов. Они продолжали путь в течение долгих часов и остановились только в три часа ночи, чтобы сделать привал и дать отдых пехоте. Екатерина и командование разместились на скромном постоялом дворе. Но императрица, делившая узкую и жесткую кровать с княгиней, так и не смогла заснуть.

В пять утра к ней прибыл канцлер Воронцов с целью договориться, но, пораженный ее властным видом, пал перед ней на колени и поклялся в верности. После долгого и утомительного пути войско прибыло в Петергоф, откуда сторонники царя уже бежали. Поселившись вновь на вилле Монплезир, Екатерина продиктовала текст отречения для своего супруга, который все еще прятался со своей любовницей в Ораниенбауме. Григорий Орлов и генерал Исмаилов отправились туда с этим документом, и низложенный император подписал его без единого возражения – «как ребенок, которого укладывают спать», как выразился король Фридрих II.

Петр был арестован без сопротивления и помещен в карету, которая тут же отправилась в обратный путь в Петергоф. По прибытии во дворец он попросил о встрече с императрицей, но та отказалась его принять. Царь теперь стал государственным узником и был отправлен в Ропшу – загородную резиденцию под Санкт-Петербургом, где должен был находиться до тех пор, пока императрица не примет решение о его судьбе.

Его любовница Елизавета Воронцова вопреки его желанию не сопровождала его в ссылку и была отправлена в Москву. Вся семья Воронцовых отвернулась от Петра, чтобы поддержать Екатерину. Императрица поручила Алексею Орлову охранять узника и велела «обеспечить ему наилучшие условия жизни и удовлетворять все его желания». Так завершилось мимолетное правление Петра III, длившееся всего шесть месяцев.

В солнечное воскресенье 30 июня 1762 года Екатерина триумфально вернулась в Санкт-Петербург верхом на белом коне. Она была на пределе своих сил и все еще носила военный мундир, но восторг толпы, заполнившей улицы, чтобы встретить ее, и залпы артиллерии заставили ее забыть все страдания. Вновь женщина становилась правительницей державы.

Екатерина сразу же заняла свой кабинет и начала разбирать самые срочные государственные дела. Чтобы заручиться поддержкой армии и Церкви, в первую очередь она отменила непопулярные реформы, введенные Петром III. Она созвала Сенат и подписала первые императорские указы. Было приказано прекратить военные действия с Данией и разорвать союз с Пруссией – хотя императрица дала понять королю Фридриху, что намерена поддерживать мир. Конфискация церковного имущества остановилась.

Отстраненный от власти и глубоко несчастный, Петр написал своей супруге несколько писем, умоляя о прощении. В одном из них он обращался к ней так: «Ваше Величество, Если вы не хотите окончательно погубить человека, и без того уже глубоко несчастного, проявите сострадание ко мне и пошлите ко мне единственное утешение – Елизавету Воронцову. Это был бы самый великодушный поступок вашего царствования. И, если бы вы позволили мне увидеть вас хоть на мгновение, будьте уверены – вы исполнили бы мои самые заветные желания. Ваш смиренный слуга, Петр».

Императрица не ответила ни на одно из писем и не решилась навестить его, но