Легендарные королевы. Екатерина Арагонская, Елизавета I Английская, Екатерина Великая, Шарлотта Мексиканская, Императрица Цыси - Кристина Морато

какое лечение назначить. Через неделю после коронации маленький Павел снова слег с высокой температурой. Императрица была глубоко потрясена и не отходила от его постели, пока весть о таинственной болезни наследника распространялась по двору. Она боялась, что, если через три месяца после внезапной смерти ее мужа умрет и сын, всю вину возложат на нее. К счастью, через неделю жар спал, и великий князь Павел пошел на поправку.

Екатерина прекрасно знала: за спиной многие упрекали ее за то, что она не короновала сына и не ограничилась ролью регентши. До нее дошли слухи, что часть армии считала необходимым освободить Ивана VI из заключения и вернуть его на престол. Молодой император провел почти 20 лет в мрачной и холодной тюрьме после того, как по приказу Елизаветы Петровны был взят под стражу. Его охраняли под строжайшим надзором, и лишь немногие знали, кем был «узник номер один».

Движимая любопытством, Екатерина решила навестить его в крепости Шлиссельбург и, увидев его, содрогнулась. Босой, грязный, с потерянным взглядом, он едва говорил и не помнил ни своего прошлого, ни того, кто он такой. Несколько минут она внимательно и холодно его рассматривала, а затем покинула крепость. «Помимо нечленораздельного бормотания, он был лишен всякого понимания и человеческого сознания», – прокомментировала она.

Но, несмотря на его упадок сил и явную умственную отсталость, он по-прежнему мог представлять угрозу. Простой народ считал его мучеником-престолонаследником, страдающим с детства в нечеловеческом заточении, и с любовью называл Иванушкой. В октябре 1762 года Екатерина издала указ об усилении охраны, а к уже существующим строгим запретам добавила новое: в случае болезни заключенного не вызывать врача.

Кроме того, она отдала категорический приказ: в случае попытки освободить Ивана его следовало немедленно расстрелять.

Императрица вернулась в Санкт-Петербург и с головой ушла в государственные дела. Теперь, когда ей удалось занять трон Петра Великого, ей предстояло править самой большой империей в мире. Ее главной задачей было стать хорошей государыней для своих двадцати миллионов подданных. В своем дневнике она четко сформулировала намерения: «Будь мягкой, человечной, доступной, сострадательной и великодушной. Пусть твое величие никогда не мешает тебе добродушно опускаться до самых низших, чтобы встать на их место, и пусть эта доброта никогда не ослабит твою власть и уважение».

Екатерина II окружила себя лучшими и опытными государственными деятелями. Никита Панин стал ее главным советником, и именно ему она доверила внешнюю политику. Алексей Бестужев, хотя и не вернулся на пост канцлера из-за преклонного возраста, также был ее опорой. Она сохранила в должности канцлера графа Михаила Воронцова, который, переметнувшись на ее сторону, стал одним из ее убежденных сторонников. Григорий Орлов был назначен генерал-адъютантом, или, как повелось со времен Елизаветы Петровны, «великим камергером», что, по сути, означало статус императорского фаворита.

Екатерина II начала свое царствование, не имея никакого опыта в политике, но с огромным желанием учиться. Все взгляды были устремлены на нее, но она не испугалась и не сомневалась в своих способностях управлять «этой обширной и безграничной империей», как она сама ее называла. Хотя большинство иностранных послов поначалу считали ее «молодой авантюристкой», неспособной управлять с должной твердостью, вскоре их мнение изменилось. Приближенные восхищались ее умом, терпимостью, деловитостью и стремлением править во благо народа. Мужество, хладнокровие и решимость, проявленные ею во время переворота, помогли Екатерине заслужить верность даже тех, кто был против нее.

У императрицы были грандиозные планы для России, в том числе модернизация необъятной страны и расширение ее границ. Однако, когда она провела заседание Сената в Летнем дворце, ей стало ясно, что осуществить их будет непросто. Семилетняя война с Пруссией разорила государство. Уже в зрелом возрасте Екатерина с тревогой вспоминала свое первое столкновение с реальностью: «Армия, служившая за границей, восемь месяцев не получала жалованья. Флот был заброшен, армия в беспорядке, крепости – в руинах; в бюджете – дефицит в 17 миллионов рублей… Почти все отрасли торговли находились в руках частных монополистов. Около 200 000 крестьян отказывались повиноваться и платить оброк своим помещикам. Правосудие продавалось тому, кто больше платил. Пытки и жестокие наказания за малейшие провинности вызывали недовольство. Отовсюду слышались жалобы на коррупцию, злоупотребления и всяческие несправедливости».

В отличие от императрицы Елизаветы Петровны, которая почти не участвовала в управлении страной, Екатерина с самого начала стала лично читать все дипломатические донесения и министерские отчеты. Она хотела сама понять, с какими проблемами сталкивается Россия, прежде чем принимать решения. Выслушав сенаторов и стремясь пополнить опустевшую казну, она удивила всех, добровольно отказавшись от личного содержания из казны, что составляло треть всех государственных доходов. Она также отменила частные монополии, принадлежавшие таким могущественным семьям, как Шуваловы, и основала банк, уполномоченный выпускать бумажные деньги, когда это требовалось государственной казне. На протяжении всего своего правления Екатерина распоряжалась о выпуске большого количества бумажных рублей, и, вопреки опасениям, это не вызвало инфляции или банкротства. Напротив, это укрепило доверие иностранных инвесторов.

Всего через несколько недель барон де Бретей, посол Франции, написал своему королю: «Ее особый стиль правления – это смесь обаяния и твердости, щедрости и недоверия». Екатерина с настоящей страстью отдалась государственным делам. Она была неутомимой труженицей, и ее энергия поражала всех, кто с ней работал. «Время принадлежит не мне, а империи», – любила повторять она, подражая Петру Великому. Она лично председательствовала на всех заседаниях Совета министров и Сената и нередко ставила чиновников в тупик своими неожиданными вопросами и беспощадной критикой. Подавая пример, Екатерина вставала в пять утра и по 12–14 часов в день проводила за чтением докладов, меморандумов, за проверкой финансов империи и ответами на дипломатическую переписку и сотни писем от подданных, просивших у нее помощи. У нее едва оставалось время на прием пищи, а вечером, после легкого ужина, она проводила несколько минут в кругу самых близких и падала без сил в постель рядом со своим возлюбленным Григорием Орловым.

В отличие от императрицы Елизаветы Петровны, которая обожала балы и праздники, Екатерина находила такие развлечения скучными. Екатерина II покончила раз и навсегда с расточительством и легкомыслием при русском дворе. Предстоящие реформы, кипа бумаг, накапливавшихся на ее столе, бесконечные заседания с советниками и дипломатами – все это поглощало ее без остатка.

В первые годы правления рядом с ней всегда был Григорий Орлов, которого она считала настоящим героем, потому что он вместе с братьями помог ей взойти на престол. Из всех любовников именно этот статный, крепкий мужчина в красном военном мундире доставлял ей наибольшее удовольствие в постели. Кроме того, он