Исторія русской интеллигенціи. Часть II - Дмитрий Николаевич Овсянико-Куликовский

соціально-психологическое, коллективное и становится индивидуально-психологическимъ только съ развитіемъ и обособленіемъ личности, не теряя однако при этомъ своихъ соціальныхъ признаковъ, которые получаютъ въ ней только другу: психологическую постановку.

59

Курсивъ Лаврова.

60

Курсивъ Лаврова.

61

Выраженіе Михайловскаго.

62

Можно доказать, что гуманность есть результатъ развитія мысли вообще и въ частности процессовъ научнаго и философскаго познанія. Нужно отличать гуманность отъ альтруизма: послѣдній исходитъ изъ глубокихъ нѣдръ соціальности и можетъ и не быть гуманнымъ, между тѣмъ какъ гуманность есть продуктъ развитія личности, индивидуальной психологіи. Великая задача этики будущаго сводится къ сочетанію альтруизма съ гуманностью, къ перевоспитанію альтруистическихъ чувствъ (начиная семейными, классовыми, патріотическими и т. д. и кончая общечеловѣческими) въ духѣ гуманности.

63

Т.-е. пропагандистъ соціализма.

64

Т.-е. партіи.

65

Въ ней, кромѣ Михайловскаго и Лаврова, принимали участіе Лесевичъ, С. Н. Южаковъ, г. Слонимскій, Н. И. Карѣевъ.

66

«Былое», 1906 г., май, стр. 4.

67

«Былое», 1906 г., май, стр. 4.

68

Курсивъ мой.

69

Курсивъ мой.

70

Курсивъ мой.

71

Отрицаніе насилія, если только это не простой расчетъ (въ виду убѣжденія въ его, т.-е. насилія, нецѣлесообразности), а вытекаетъ изъ глубины натуры человѣка, есть только частное выраженіе духа гуманности и терпимости. А этотъ духъ, какъ краснорѣчиво свидѣтельствуетъ вся исторія человѣчества, отнюдь не часто встрѣчается у натуръ религіознаго пошиба; онѣ становятся гуманными большею частью лишь тогда, когда проникнуты воздѣйствіями, идущими отъ умственной культуры, отъ науки, философіи, искусства. — Что касается спеціально терпимости, то ею человѣчество обязано всего болѣе успѣхамъ религіознаго индифферентизма.

72

Курсивъ мой.

73

Курсивъ мой.

74

«Воспоминанія о Чернышевскомъ» В. Г. Короленко. («Русск. Бог.», 1904, ноябрь, стр. 63, второй отдѣлъ книги).

75

Тамъ же, стр. 64.

76

Тамъ же. Курсивъ мой.

77

Тамъ же. Курсивъ мой.

78

Тамъ же. Курсивъ мой.

79

«Я ненавижу этихъ разбойниковъ!»

80

Курсивъ мой.

81

Достоевскій, повидимому, въ самомъ дѣлѣ думалъ, что западноевропейскіе порядки это не что иное, какъ санкція всякихъ мерзостей, и что въ нихъ ничего нѣтъ, кромѣ вопіющей неправды, возведенной въ принципъ и въ законъ.

82

Курсивъ мой.

83

Курсивъ мой.

84

Укажу мимоходомъ, что для христіанина, какимъ считалъ себя Достоевскій, это мотивъ недостаточный; недостаточенъ онъ и для всякаго гуманнаго человѣка.

85

Т. е., должно быть, соціалисты, «радикалы» 70-хъ годовъ.

86

Курсивъ мой.

87

Курсивъ Достоевскаго.

88

Рѣчь Достоевскаго вызвала полемику и оживленные толки. Ему возражали преимущественно либералы (проф. А. Градовскій и др.). Съ другой стороны, Глѣбъ Успенскій въ «Отеч. 3апискахъ» отозвался остроумной и уничтожающей критикой (см. Сочиненія Г. И. Успенскаго, т. III, статья «Праздникъ Пушкина»).

89

Курсивъ мой.

90

Курсивъ Достоевскаго.

91

Курсивъ Достоевскаго.

92

Но этимъ сходство и ограничивается. Толстой — отрицатель религіозной традиціи, проповѣдникъ христіанства евангельскаго. Достоевскій же стоить на почвѣ традиціи, онъ — православный. Далѣе, въ ученіи Толстого по меньшей мѣрѣ 9/10 принадлежатъ чистой морали и анархическому соціализму и только 1/10 составляетъ религію въ собственномъ смыслѣ. У Достоевскаго, напротивъ, мораль подчинена религіи, а «соціальный вопросъ» сведенъ къ однимъ словамъ и общихъ мѣстамъ, лишеннымъ положительнаго содержанія.

93

Курсивъ мой.

94

Въ одномъ письмѣ (къ доктору А. Ѳ. Благонравову) Достоевскій прямо говоритъ, что это — галлюцинація и симптомъ психической болѣзни Ивана Карамазова («Полн. собр. соч.», т. I, «Письма», стр. 351–352).

95

Тутъ и разсказъ о генералѣ, затравившемъ крестьянскаго мальчика собаками за то, что тотъ ударилъ камнемъ его любимую собаку; тутъ и «дѣло» о жестокомъ обращеніи родителей съ ихъ ребенкомъ; тутъ и звѣрства башибузуковъ въ Болгаріи…

96

Это можетъ показаться страннымъ, но это извѣстное славянофильское ученіе, гласящее, что верховенство католической церкви, свѣтская власть папъ были фактомъ не торжества религіи и церкви, а наоборотъ — фактомъ превращенія церкви въ государство, между тѣмъ какъ идеалъ христіанства есть превращеніе государства въ церковь.

97

Курсивъ Достоевскаго.

98

Въ разговорѣ съ Алешей Иванъ мимоходомъ упоминаетъ о томъ, что онъ предполагалъ окончить поэму слѣдующимъ образомъ: инквизиторъ, окончивъ рѣчь, ждетъ, что скажетъ ему Спаситель… Но Христосъ молчитъ и только, какъ и во время рѣчи, «проникновенно» и тихо смотритъ въ глаза инквизитору. Потомъ Онъ подошелъ къ старику и тихо поцѣловалъ его «безкровныя девяностолѣтнія губы». Старикъ смутился. Онъ отворяетъ двери и отпускаетъ Узника на волю, говоря: «ступай и не приходи болѣе… не приходи вовсе… никогда, никогда!» — И Христосъ удаляется…

99

«Изъ житія въ Бозѣ преставившагося іеросхимонаха, старца Зосимы, составлено съ собственныхъ его словъ Алексѣемъ Ѳедоровичемъ Карамазовымъ».

100

Курсивъ мой.

101

Дѣйствіе романа пріурочено къ 1886 г.

102

Курсивъ мой.

103

Вся эта исторія была изложена и комментирована въ нашей литературѣ неоднократно — Пыпинынъ (въ біографіи Бѣлинскаго, въ «Характеристикахъ литер. мнѣній», въ IV-мъ т. «Исторіи рус. литературы П. Н. Милюковымъ («Главныя теченія русс. историч. мысли»), В. Богучарскимъ («Изъ прошлаго русс. общества»), С. А. Венгер вымъ (въ І-мъ т. «Новаго собранія сочиненій Бѣлинскаго») и др.

104

Т.-е. «въ городѣ мертвыхъ» — въ Москвѣ.

105

«до Ѳеофана» (Прокоповича).

106

Въ спеціальномъ смыслѣ, какой имѣло выраженіе «bonne со pagnie», т. е. цвѣтъ общества.