Встречи с Британией - Олег Сергеевич Васильев

комиссии» для расследования положения в газетном деле. Но тут же вспомнилось, что за послевоенное время такое расследование проводили дважды, однако никаких результатов не последовало.

И вот тогда-то у отчаявшихся безработных газетчиков возник смелый, почти безумный план: самим издавать газету.

Центральный вход в бывший газетный трест был закрыт и заколочен. Мне пришлось идти в другой конец здания, где я с трудом нашел открытой маленькую подсобную дверь. Непривычная тишина царила в типографии. Пригашен был свет в цехах. Я поднялся на четвертый этаж, где заседал «комитет действия». В его составе представители типографских рабочих, служащих, журналистов.

— Не от хорошей жизни решились мы, 1800 человек, на отчаянный шаг, — рассказывает член «комитета действия» электрик Джеймс Кросмен, — ведь многим из нас — наборщикам, метранпажам, линотипистам — просто не найти в Шотландии работы по специальности. Поэтому, как только мы услыхали, что надеяться не на что, приняли решение не освобождать здания, основать рабочий кооператив и самим выпускать газету.

— Это будет независимая газета, — включился в разговор Роберт Лиделл, работник отдела распространения, — газета о Шотландии и для шотландцев, которую будут делать шотландцы. У нас даже есть название: «Скоттиш дейли ньюс». Нет одного, самой малой малости, сущего пустяка — денег.

И все же борцы за независимую газету не отчаивались — у них был разумный и вполне реальный план действий. Прежде всего необходимо заинтересовать в смелом предприятии местные банки и добиться у них кредитов. Получив кредит, первым делом необходимо выкупить у лорда Бивербрука типографию и договориться о бумаге, которая, как на грех, дорожает день ото дня.

Всей душой я желал организаторам успеха и ревниво следил за их шагами.

Дело шло более или менее складно: некоторые банки рискнули дать кредиты, часть средств внесли в создание новой газеты профсоюзы, сами типографские рабочие отдали деньги, полученные от Бивербрука при увольнении. Даже правительство подбросило займ. Часть денег дал крупный издатель Роберт Максуэлл.

И вот 4 мая 1975 года на улицах Глазго появилась новая газета, решительно независимая ни от каких концернов и монополий. Она начала поднимать в статьях и заметках национальные проблемы Шотландии.

Однако праздничное ликование катастрофически быстро сменилось серьезными заботами. Как и следовало ожидать, прежде всего денежными. Собранного капитала в два с половиной миллиона фунтов стерлингов оказалось недостаточно. Типографские рабочие и служащие немедленно пошли на новые жертвы — согласились урезать свою зарплату. Но расходы все равно превышали поступления от продажи и рекламы. Фирмы отнюдь не спешили помещать свои рекламные объявления в газете, курс которой был для них не в меру «радикальным».

Летом тираж газеты стал падать. С 325 тысяч он сократился до 150 тысяч экземпляров. Чтобы как-то исправить положение, с августа газета стала выходить в виде «таблоида», то есть в уменьшенном формате.

Однако счета газеты в банке катастрофически таяли. И вот наступил день, когда в распоряжении «Скоттиш дейли ньюс» не осталось ни пенса. Кооператив обратился к правительству с просьбой о ссуде. Лондон вежливо отклонил просьбу.

Спустя еще несколько дней вся финансовая сторона дела перешла в руки так называемого «временного ликвидатора». Он разослал по 17 адресам — в основном крупным издательским компаниям — телеграммы с предложением купить газету. Был получен лишь один ответ от Роберта Максуэлла, готового приобрести здание типографии и ее оборудование. Это был конец.

На Альбион-стрит наступило уныние. С назначением «ликвидатора» кооператив практически перестал существовать. Рабочие и служащие типографии и редакции потеряли безвозвратно все вложенные в газету деньги. Найти работу в другом месте надежд не было.

Так закончилась попытка рабочих наладить издание газеты, отвечающей их интересам.

«АКУЛЫ» СЕВЕРНОГО МОРЯ

Здесь, наверху, ветер гонял мелкий песок. Песок лез в глаза, уши, за воротник. Мы стояли на краю огромного котлована. «Самая большая яма в мире, вырытая человеком» — окрестили эту строительную площадку в Нигг-бэй на северо-востоке Шотландии. Внизу, на дне, распласталось гигантское металлическое чудовище, похожее на спрута.

Таким я впервые увидел несколько лет назад 200-метровое сооружение, строившееся для английской нефтяной компании «Бритиш петролеум». Установили его в открытом море, за 150 километров от берега. Там началось бурение скважин и добыча нефти.

А спустя некоторое время состоялся торжественный ритуал открытия нефтепровода: при огромном стечении народа королева нажала символическую кнопку, и первая собственная британская нефть потекла по трубам.

А ведь еще десяток лет назад никто в стране и понятия не имел, какие сокровища таят в себе прибрежные воды Северного моря. Начавшаяся добыча газа в южной его части привела к открытию в октябре 1970 года компанией «Бритиш петролеум» значительного нефтяного месторождения.

Другие нефтяные компании — «Шелл», «Эссо», «Филипс» — не хотели и не могли отставать. Их разведывательные партии обнаружили новые, годные для разработки нефтяные залежи. И началась «нефтяная лихорадка», которую частенько сравнивают с погоней за золотом в Калифорнии на пороге нынешнего века.

Условия для разведки и добычи нефти трудные — бурное море, большие глубины, значительная удаленность от берега. Президент компании «Шелл» Дэвид Баррен однажды признался, что освоение одного из морских месторождений близ северного побережья Англии обойдется в 250 миллионов фунтов стерлингов, «что равно стоимости путешествия на Луну».

Стоит ли овчинка выделки? Насколько велики и перспективны нефтяные месторождения Северного моря? По произведенным подсчетам, запасы нефти равняются здесь примерно 1,9 миллиарда тонн. По сравнению с богатствами Ближнего Востока это совсем не так много. Однако английское министерство торговли и промышленности считает, что к 1980 году добыча нефти в британском секторе Северного моря достигнет 100 миллионов тонн и будет едва ли не покрывать потребности Англии в этом виде топлива.

Помимо чисто экономических соображений, в ускоренной разработке североморских месторождений играют не последнюю роль и соображения политические. Западные правительства и нефтяные концерны обеспокоены тем, что многие из основных поставщиков нефти — стран арабского мира и Латинской Америки все решительнее проводят политику национализации нефтяных богатств, все более уверенно становятся на путь антиимпериалистической борьбы.

В западной печати можно встретить немало признаний, что лихорадочные поиски собственной нефти промышленно развитыми странами Запада есть прямой результат того, что эра беспрепятственного хозяйничанья западных монополий в традиционных нефтедобывающих районах мира подходит к концу.

Серые дождевые тучи повисли над Абердином. Дома из массивных бетонных блоков стоят как бы насупившись. Несмотря на эту суровость, небольшой город на северо-востоке Шотландии полон движения. До недавнего времени Абердин славился своим рыболовецким портом. Сейчас он быстро превращается в центр нефтедобывающей промышленности в Северном море.

Из центра города пришлось