Пропавшие без вести. Хроники подлинных уголовных расследований. Книга 2 - Алексей Ракитин

глупые конфликты чреваты зачастую неожиданным ожесточением. Майкл Брэкстон, плотник по профессии, подправил ограждение участка таким образом, что пересёк межевую линию и вольно или невольно прихватил небольшой кусок территории своего соседа Кэша. Последний попросил устранить нарушение, на что Брэкстон ответил отказом и посоветовал соседу обратиться в суд. Это был очевидный недружественный вызов. Кэш, однако, «закусился» и решил не давать спуска наглецу. Он обратился к адвокату и последний подготовил исковое заявление, с которым и приехал к Брэкстону. Адвокат показал последнему заявление и рекомендовал устранить допущенное нарушение в 24 часа, грозя в противном случае серьёзными материальными потерями. Брэкстон смекнул, что дело плохо, и передвинул ограду на правильное место.

Хотя формально инцидент можно было считать исчерпанным, Брэкстон затаил обиду и отомстил соседу в довольно гадкой манере. Он купил у Кэша 10 галлонов (~38 литров) топлива в кредит, который гасить изначально не собирался.

Когда по прошествии времени Кэш-старший напомнил Майклу о необходимости оплатить бензин, последний весело расхохотался и заявил, что денег Кэшу не видать, поскольку топливо взято в счёт его — Брэкстона — работы по переносу ограды. То есть плотник устроил эдакий ловкий, как ему казалось, «кидок» соседа.

А затем к Кэшу приехал Брэкстон-младший и с удивлением узнал, что ни он сам, ни его папаша на автозаправочной станции Джеймса Кэша более обслуживаться не будут. Сын стал возмущаться, дескать, коли у тебя проблемы с моим отцом, так и решай их с моим отцом, меня в эти разборки не вмешивай! Услыхав такое, Джеймс Кэш-старший произнёс что-то вроде: «Сын должен отвечать за грехи отца».

И Брэкстон-младший в ответ в крайнем раздражении выкрикнул: «Смотри, как бы твоему сыну не пришлось ответить за грехи папаши!»

Неосторожная фраза, правда? Особенно в контексте того, что через несколько недель «Скиги» Кэш пропал из собственной кровати.

Что прикажете думать по поводу эдакого бэкграунда? Брэкстоны являлись ближайшими соседями Кэшей и всей округе были известны своим злонравием. Слыли они за людей не то чтобы опасных, но не очень приятных и не симпатичных. Подозрения в отношении Брэкстонов укреплялись ещё и тем, что их alibi выглядели не очень убедительно, фактически они основывались на показаниях жён обоих подозреваемых. Сотрудники ФБР допрашивали отца и сына безостановочно, не давая спать и не разрешая вызвать адвоката или совершить телефонный звонок. Это, конечно же, являлось грубейшим нарушением пресловутых конституционных прав, но в США на подобные нарушения в те годы смотрели весьма снисходительно. [Тут достаточно упомянуть о том, что в полицейских органах официально существовали «степени строгости» допросов числом четыре или даже пять в зависимости от региона; и «строгости» эти предполагали нешуточные меры физического воздействия — обливание холодной водой под сильным давлением, продолжительное сковывание наручниками, фиксирование допрашиваемого в неудобных позах при помощи смирительной рубашки и прочее].

Апельсиновая плантация в Южной Флориде (фотография 1940 года). Благодатные почвы и мягкий тёплый климат превратили этот штат в самый настоящий апельсиновый рай. Хотя, если быть точным, во Флориде выращивали тогда и многие иные фрукты, и зелень к столу.

Внушали определённые подозрения и остальные задержанные. Родни Смит делал ремонт в магазине и складском помещении на автозаправочной станции Кэша и остался недоволен полученной в качестве оплаты суммой. Он потребовал от заказчика доплатить, мотивируя это перерасходом материалов, однако Джеймс Кэш отказался это сделать, заявив, что перерасход материала допущен по вине самого Смита и тот не должен перекладывать его оплату на его плечи. Смит остался крайне недоволен произошедшим и в присутствии посторонних неоднократно высказывал угрозы в адрес Джеймса Кэша-старшего.

Другой подозреваемый — Джеймс Мино, сын старого друга последнего — воспользовался доверительными отношениями отца и Кэша для того, чтобы получить довольно значительный кредит и скидку на топливо, но затем свою часть обязательств выполнить не пожелал. Или не смог — это для ФБР было даже и не очень-то важно. А важно было то, что он крепко поругался с Джеймсом Кэшем и позволил себе угрожать ему.

И Родни Смит, и Джеймс Мино не имели надёжного alibi на время исчезновения «Скиги» Кэша и время передачи выкупа. Как это ни покажется удивительным, но наименее подозрительным из всей этой странной компании подозреваемых оказался Джеймс Сидни Смит, известный гангстер. Начинал этот человек свою трудовую стезю в качестве сотрудника полиции Портленда, однако в 1922 году при исполнении служебных обязанностей он убил человека. В тюрьму его не отправили, суд, можно сказать, проявил снисхождение, но из полиции удалили. Смит попутешествовал по стране и весной 1923 года на Аляске убил Герта Грея (Hert Grey), известного в тамошних буераках преступника. Суд в Кетчикане (Ketchikan) отнёсся к убийце милостиво, поскольку тот сделал Аляску немного чище, а кроме того, убийство стало следствием ссоры, и Грей был вооружён. В общем, Смит получил всего семь лет, каковые и отбыл. Из федеральной тюрьмы на острове МакНейлс (McNeils) в штате Вашингтон он вышел с репутацией опасного человека и искренней ненавистью к холоду, снегу и северным территориям.

Джеймс подался в южные края, где и куролесил на протяжении последующих лет. Власти связывали его с банковскими ограблениями, но ни разу взять с поличным Смита не удалось. Благодаря агентурному осведомлению, «законники» знали, что Джеймс Смит действовал очень осторожно — он занимался «сколачиванием» группы для конкретного нападения, проводил разведку объекта, принимал на себя обязанности по обмену похищенных ценных бумаг и украшений, которые обычно переправлялись за границы США в Китай, Аргентину или Филиппины, но сам на «дело» не ходил. Говорили, что Джеймс Смит убил нескольких товарищей, вызвавших его подозрение или неудовольствие возражениями, но эти сообщения подтвердить не удалось.

В общем, этот персонаж признавался всеми знавшими его очень опасным человеком, и такой, безусловно, мог бы без особых затруднений похитить ребёнка. Насколько мы можем сейчас судить, наводку на него дал некий осведомитель — именно поэтому за гангстера сразу же взялись всерьёз. Однако очень быстро стали возникать сомнения в правдивости сообщённой агентом «наводки». Смит не знал о существовании семьи Кэш и никогда не бывал на автозаправке Кэша-старшего. Размер выкупа в 10 тыс.$ вряд ли мог удовлетворить запросы такого гангстера, как Смит. Примечательно то, что гангстер не настаивал на собственном alibi, но сотрудники ФБР выяснили важную деталь, заставлявшую усомниться в причастности Смита к похищению «Скиги». Дело заключалось в том, что вечером 30 мая и всю ночь на 31 Джеймс Смит играл в карты и из-за стола не вставал, не звонил по телефону и не отвечал на звонки.

Сложно было представить, чтобы опытный преступник, отправивший на серьёзное дело подельника, не ждал бы отчёта о проделанной работе.

В общем, самый опасный из подозреваемых первым отвёл от себя подозрения. 5 июня Джеймсу Смиту предложили пройти проверку на «полиграфе», тот моментально согласился, с полным самообладанием выдержал такой допрос и был выпущен на свободу.

В тот же день аналогичную процедуру было предложено пройти остальным подозреваемым. Джеймс Мино и Родни Смит успешно выдержали волнительную процедуру, а вот отец и сын Брэкстоны проверку провалили.

Флорида в конце 1930-х годов могла бы показаться раем и идиллическим местом для добропорядочной семейной жизни, но реалии не всегда соответствовали ожиданиям.

Так 5 июня Бюро сосредоточилось на двух