Беседы о кино и кинорежиссуре - Михаил Ильич Ромм

целый отряд разнообразных специалистов. Во главе ее, как всем известно, стоит режиссер-постановщик. Но ее возглавляет еще и директор съемочной группы. Чем занимается режиссер, все более или менее знают или, во всяком случае, считают, что знают. Директор же отвечает за всю финансовую и организационную сторону дела. Это немалое хозяйство. Ведь картина средней сложности стоит сотни тысяч рублей в новом исчислении, а бывают картины, которые обходятся и в миллионы. Впрочем, доходы от кинематографа так велики, что стоимость картины в общем балансе составляет ничтожный процент. Если картина проходит у зрителя с успехом, то сбор ее в первый же год может достигнуть десяти-пятнадцати миллионов новыми рублями и даже больше. А ведь хорошие картины, кроме того, экспортируются в другие страны. Таким образом, стоимость картины в десять-двадцать, а то и в тридцать раз меньше дохода, который она дает государству.

Производство картины – это сложное хозяйство; и так же как режиссеру подчинена целая группа работающих с ним специалистов, такая же группа есть и у директора съемочной группы. Это его заместитель, администраторы, бухгалтеры, счетоводы и т. д.

Ближайшим помощником, вернее, заместителем режиссера-постановщика, его правой рукой является второй режиссер – режиссер не постановщик. Он возглавляет штаб съемочной группы. На его плечи ложится обязанность организации всего творческого процесса. Ему подчинены ассистенты режиссера. Обычно они специализируются: один ассистент ведает актерами и всем, что связано с актерами; другой готовит очередные съемочные объекты; третий ведает в картине реквизитом, бутафорией, костюмами, то есть всей материальной частью.

И, наконец, в группе работают еще помощники режиссера, на плечи которых ложится вся тяжесть повседневных хлопот организационного порядка. Помощник режиссера исполняет поручения и режиссера, и его ассистентов, и директора съемочной группы, и его администраторов. Это ноги съемочной группы и ее руки.

Рядом с режиссером-постановщиком стоит главный оператор картины, отвечающий за всю съемочную, изобразительную часть и за сложнейшую съемочную технику. У него тоже есть свой штаб: один или два оператора, ассистенты, механик съемочной камеры, механик, который ведает кранами, тележками и другими средствами передвижения камеры, и, наконец, бригада осветителей во главе с бригадиром. Бригада осветителей – это очень важная часть съемочной группы. От быстроты установки света, переброски приборов, их коммутации, то есть подключения к источникам питания электроэнергией, в особенности на натуре, где нужно быстро передвигать, быстро перебрасывать свет, молниеносно организовать освещение любого кусочка живой природы или города, – работа бригады осветителей играет огромную роль. Установка света на каждый кадр – самое трудоемкое дело. Из восьми часов съемочного времени, как правило, гораздо больше половины уходит именно на работу оператора.

В группе работает главный художник, автор эскизов всех декораций картины. Ему тоже подчинен небольшой штаб: художник по костюмам, художник-декоратор, то есть строитель декораций по эскизам главного художника, ассистент, костюмеры. А на натуре ему еще подчинена бригада строителей, так называемых «постановщиков», ибо в съемочной группе есть два вида постановщиков: режиссер-постановщик, возглавляющий группу, и рабочий-постановщик, человек с молотком, который строит декорации.

В съемочную группу включаются гримеры со своими ассистентами; звукооператор, подчиненный ему техник записи звука, сидящий у аппарата, и микрофонщик, работающий с микрофоном. Установить микрофон на съемке – это тоже не простое дело. Иногда микрофону приходится проделывать гораздо более сложные пируэты, чем проделывает камера. Сам звукооператор находится на съемочной площадке. Он прослушивает сцену в наушниках, следит за показаниями приборов на передвижном пульте и регулирует уровень громкости звучания. Самую же запись производит техник звукозаписи, находящийся далеко от съемочной площадки, в своей кабине.

И наконец, в съемочную группу входит еще монтажер с ассистентами по монтажу, задача которого не только склеивать картину, то есть монтировать ее, но и организовать хранение материала. Ведь мы снимаем очень много пленки, гораздо больше, чем потом входит в картину. Каждый кадр снимается три, четыре, пять, а то и десять раз. Это называется дублями. Режиссер потом отбирает из них наилучшие. Кроме дублей делаются еще и варианты. Каждая сцена снимается с разных точек, в разных крупностях. Для того чтобы смонтировать картину в две с половиной тысячи метров, приходится снять двадцать пять, тридцать, а то и сорок тысяч метров материала. Это сотни коробок изображения и сотни коробок фонограмм к ним. Они должны систематизироваться и храниться так, чтобы режиссер в любой момент мог посмотреть любой кадр, любой дубль, любую сцену, любой материал к ней с соответствующей фонограммой.

Монтажер со своими ассистентами и монтажницами получает весь материал картины, следит за нумерацией его, «размечает» фонограмму, то есть ставит номера и отметки синхронности (совпадения звука и изображения), организует хранение по особой, очень точной системе, производит вместе с режиссером отбор дублей. Все это он делает в съемочном периоде, задолго до начала окончательного монтажа. Если эта подготовительная работа делается неквалифицированно, то монтаж крайне затрудняется. Положенный не на место кусочек пленки найти очень трудно, а иной раз невозможно.

Таков огромный, разветвленный состав съемочной группы. Как видите, это большой и строго специализированный отряд, причем во главе каждой группы работников стоит свой руководящий этой группой специалист.

Я не упомянул актеров, которые тоже входят в съемочную группу, но их задача ясна: они должны сниматься и хорошо играть.

Итак, в восемь часов утра съемочная группа, вернее, та ее часть, которая непосредственно работает на съемочной площадке (ибо ни композитору, ни, скажем, автору сценария на съемочной площадке обычно делать нечего), вошла в павильон. Пока она занята организацией первого кадра, пока происходит обычная утренняя суматоха начала рабочего дня, отвлечемся на секунду в сторону и вернемся к режиссеру-постановщику, к его своеобразным функциям.

Люди искусства, которых у нас именуют творческими работниками, делятся на два разряда. Одни из них непосредственно создают произведения искусства. Писатель пишет повесть, и для воплощения замысла ему не нужен никто – только перо и бумага. Художник пишет картину – ему нужен только холст, кисти и краски. Композитор пишет симфонию или, скажем, сонату. Опять же ему не нужно ничего, кроме бумаги, но симфония на бумаге – это множество непонятных значков. Чтобы люди смогли услышать и понять ее, необходимы еще исполнители.

Сто пятьдесят лет тому назад Бетховен написал «Лунную сонату». Она осталась неизменной и вечной, она – окончательный результат его труда. Но мы знаем эту сонату в исполнении десятков, сотен пианистов, и каждый играет ее по-своему. Когда играет Ван Клиберн, – это одна соната, а когда играет, скажем, Гилельс, – совсем другая. Итак, существуют тысячи вариантов «Лунной сонаты» в исполнении разных пианистов, и мы уже не знаем, как бы стал ее играть сам Бетховен.

То же самое происходит с