Беседы о кино и кинорежиссуре - Михаил Ильич Ромм

Режиссер. Мы же договорились вчера: в кадре Левин и Кити.

(Напоминаю: снимается маленький кусочек, сценка Левина и Кити во время обеда у Облонских.)

Оператор. Какую крупность ставить?

Режиссер. Через стол. В кадре краешек стола, ну, что там должно стоять из посуды. Над головами очень небольшое пространство.

Оператор. Лакей подходить будет?

Режиссер. Будет.

Оператор. Тогда над головой довольно большое пространство: лакей-тο у нас длинный. Гораздо выше меня.

Режиссер. Кстати, где Петров?

Ассистент. Неизвестно. Уже поехали к нему на дом.

Режиссер. Не будем терять время, найдите замену.

Ассистент. Он должен быть похож на Петрова?

Режиссер. Ни в коем случае. Может быть, Петров еще появится, он очень хорошо играет лакея. Нехорошо, если будут два похожих лакея.

Ассистент (помощнику). Живо, бегом, из-под земли, где угодно, найдите лакея.

Оператор. Не слишком длинного.

На студии есть актерский отдел. Это он подбирает исполнителей второстепенных ролей. Но сейчас некогда действовать через отдел: надо найти замену на ходу, за пятнадцать-двадцать минут.

Второй режиссер. Может быть, мы возьмем для этого кадра того, старшего лакея?

Режиссер. Сергея Ивановича? Нет, он мне нужен для следующего кадра, около Степана Аркадьевича. Он не может быть сразу на двух сторонах стола. Петров был бы удобен, он только что вышел из кадра, где сидел старый князь Щербацкий, и было бы хорошо, если бы он появился сейчас в кадре Кити и Левина. Но что делать, пусть будет еще один лакей, только нужно, чтобы он хорошо двигался.

Ассистент. В третьем павильоне снимается групповка, я попрошу Василия Федоровича, он мне одолжит кого-нибудь.

Оператор. Невысокого! Чем меньше, тем лучше.

Итак, съемочный день начался с маленького недоразумения – очень маленького: приходится на ходу сменить официанта. В данном случае это не беда, так как кадр снимается изолированно от других, и появление другого лица пройдет для зрителя незамеченным. Без таких маленьких недоразумений не обходится ни одна съемка. По существу, вся работа в кинематографе – это ряд небольших недоразумений, которые нужно быстро улаживать.

Ассистент побежал вслед за помощником отыскивать замену для официанта, оператор уже устанавливает камеру, и так как актеров еще нет (их берегут и вызывают в последнюю минуту), то на место Кити и Левина усаживаются либо дублеры, либо кто угодно из группы: второй ассистент с монтажницей или администратор с костюмершей. Режиссер в это время разговаривает со вторым режиссером.

Второй режиссер. Я думаю, здесь все будет нормально. Разрешите, я уеду на вокзал, пора готовить приезд Анны из Петербурга, а то упустим зиму.

Режиссер. Не забудьте о паровозе.

Второй режиссер. Мне предлагают трех старичков. Один очень хороший – дореволюционный, Коломенского завода, но он не на ходу.

Режиссер. Может быть, можно отремонтировать?

Директор группы (бодро). Сомневаюсь!.. Ну, словом, мы поехали… Один деликатный вопрос: сколько людей на перроне?

Режиссер (холодно). Двести пятьдесят человек.

Директор группы. Иван Иванович, побойтесь бога! Вагоны в те времена были маленькие, ну сколько там пассажиров приехало из Петербурга, да еще зимой! Где я найду двести пятьдесят шуб прошлого века?

Режиссер. Поезд может быть и маленький, а перрон большой, его нужно заполнить. Посмотрите эскизы, разработки. Я настаиваю: двести пятьдесят человек.

Второй режиссер. Не нужно нервничать, все будет в порядке, Иван Иванович! (Уводит директора.)

Режиссер. Где актеры?

Администратор. Сейчас будут.

Оператор. Поглядите в кадр, Иван Иванович.

Режиссер (глядя в кадр). Нет, это не годится, это не та диагональ. Мы же говорили об этом вчера. Только что был кадр князя Щербацкого, он исподлобья взглянул на Кити, взглянул справа налево; следующий кадр – Кити и Левин – должен быть снят в обратной диагонали, слева направо, тогда их взгляды как бы встретятся, тогда эти два кадра смонтируются.

Режиссер произносит эти слова очень явственно и раздельно. Чувствуется, что он говорит их не в первый раз, что здесь между ним и оператором какой-то спор.

Оператор (мрачно). Если брать слева направо, то мне придется опять переставлять свет. Может быть, есть еще какие-нибудь кадры в прежней диагонали?

Режиссер. Есть только один кадр – Туровцына. Туровцын вызван на съемку?

Ассистент. Нет, вы же сказали, что он нужен во второй половине дня.

Режиссер. Да, сказал, сказал!

Ассистент. Я предлагал вызвать его на всякий случай с утра.

Режиссер. Ненавижу, когда актеры зря сидят и ждут без дела, они от этого хуже играют, они устают от ожидания! (Оператору.) Ну что ж, переставляйте свет, кадр возьмите отсюда, вот в этом направлении.

Оператор (очень мрачно, бригадиру). Включайте четвертый и пятый диги! (Режиссеру.) А во второй половине дня, значит, опять переставлять? (Бригадиру.) Всю эту группу приборов – вон из кадра. (Режиссеру.) Этак мы много не наснимаем. (Бригадиру.) На лесах пусть перейдут на другие приборы, давайте сюда семисотку!..

Начинается передвижение света. Осветители переставляют приборы, тянут кабели, организуют свет в несколько ином направлении.

Режиссер лишь слегка изменил кадр. Это не резкий поворот камеры, он не взял обратного направления, он только изменил ракурс. Это изменение ракурса вызвано монтажными соображениями, ибо кадры должны соединиться между собой так, чтобы взгляд старика Щербацкого, снятого накануне, и взгляд Кити как бы встретились.

Изменение как будто небольшое, но оно повлекло за собой сложную работу всей группы осветителей и оператора с его штабом.

Фильм состоит из сотен кадров. Каждый кадр – это своего рода маленькая картина, маленькое живописное произведение. Иногда кадр длится всего несколько секунд, и тем не менее оттого, как он построен, скомпонован, освещен, в какой он крупности взят, зависит очень многое. Хорошо скомпонованный кадр не только надолго запоминается зрителю, но играет большую смысловую и эмоциональную роль.

В течение съемочного дня оператор должен скомпоновать пять, десять, а то и больше кадров, то есть пять, десять маленьких живописных произведений с законченной композицией, с организованным светом, с точным и выразительным расположением фигур. Если в этой работе у режиссера и оператора нет общего языка, то кадры потом не склеятся, не соединятся в выразительное зрелище, в слитное действие.

Пока идет эта работа, пока оператор устанавливает новый кадр, в павильоне появляются актеры, и режиссер начинает заниматься с ними. Прежде всего он придирчиво осматривает их. При этом присутствует ассистент режиссера и гример. Оба они с тревогой ждут результата осмотра.

Режиссер. Что случилось с прической Нины Ивановны? (Так зовут актрису, исполняющую роль Кити.)

Гример (виновато). Они вчера вымыли голову.

Нина Ивановна. Иван Иванович, не могу же я ходить с грязной головой!

Гример. Как вымоют голову, завить невозможно. Сегодня все утро мучился.

Режиссер.