Can’t Stop Won’t Stop: история хип-хоп-поколения - Джефф Чанг

– Анджела Дэвис

Летом 1989 года девятнадцатилетний О’Ши Джексон, полный надежд, вернулся на улицы Южного Централа Лос-Анджелеса. Единственное, чем он хотел заниматься в жизни, это читать рэп, и сейчас начинало казаться, что у него есть неплохой шанс заработать на этом. Аризона, где он провел годы учебы, была настоящим адом: жаркая, сухая и скучная. Но теперь, когда Джексон получил диплом Технологического института Финикса в области архитектурного проектирования, он надеялся, что мама с папой отстанут от него на пару месяцев и тогда он сможет наконец заняться тем, чем всегда хотел: сочинить несколько куплетов, сделать несколько записей, обналичить несколько чеков, а потом съехать из родительского дома.

За два года до этого Джексон был обычным учеником выпускного класса средней школы Тафта в пригороде долины Сан-Фернандо, куда он ездил на автобусе из своего дома в Южном Централе. По выходным Джексон сбегал из дома, чтобы под псевдонимом Айс Кьюб читать рэп в ночном клубе «Канун ночи», располагавшемся в Комптоне. У Джексона и его партнеров, Тони «Сэра Джинкса» Уитоба и Даррелла «Кея-Ди» Джонсона, была своя группа – C.I.A. (Criminals In Action). Они читали рэп про секс поверх актуальных хитов, шокируя и восхищая посетителей клуба.

Это было довольно глупо и смешно – как если бы Долемайт[201] пел караоке поверх битов UTFO, – но оно привлекало к себе внимание. «Канун ночи» принадлежал Алонсо Уильямсу, и во многом именно благодаря ему клуб стал важным местом. Алонсо был красноречивым типом, заключившим контракт с CBS Records: лейбл был заинтересован в его музыкальном проекте World Class Wreckin’ Cru. Алонсо пустил полученные деньги на обустройство студии в задней части своего клуба и стал привлекать талантливых хип-хоп-продюсеров и рэперов.

Каждые выходные Эрик Райт прочесывал толпу в поисках молодых талантов. В начале 1980-х Райт наблюдал, как зарождается хип-хоп-сцена Южного Централа. Теперь же низенький двадцатитрехлетний драгдилер надеялся быстренько легально заработать на рэпе. В «Канун ночи» Райт ходил на диджей-сеты Энтони «Диджея Йелла» Карраби и Андре «Доктора Дре» Янга. Оба были участниками World Class Wreckin Cru, имели дополнительный заработок от микстейпов и учились делать биты на студии Алонсо. Диджей Йелла и Дре были двумя первыми диджеями хип-хоп-радиостанции KDAY AM, присоединившимися к Mixmasters – крю, которая определяла музыкальные вкусы лос-анджелесских поклонников рэпа. Новые треки, которые ставила команда в выходной эфир, к понедельнику уже становились хитами продаж.

Дре, его кузен Тони и О’Ши жили по соседству в Южном Централе, в районе, находящемся неподалеку от средней школы Вашингтона. Дре с теплотой относился к ребятам из C.I.A., особенно к Джексону, с которым создал сайд-группу под названием Stereo Crew. Дре устроил для C.I.A концерт в «Скейтлэнде», где диджеил. Он посоветовал, как и что им читать – обязательно грязные, непристойные рифмы 18+. После того как C.I.A затмили всех на шоу в «Скейтлэнде» и их пригласили снова, Дре помог ребятам записать микстейп, чтобы о них узнало больше народу, и устроил им прослушивание в «Кануне ночи», закончившееся подписанием контракта на запись сингла для лейбла Алонсо Kru-Cut Records.

Дре записал бас для трех треков C.I.A. Первые две песни – My Posse и Ill-Legal – C.I.A. сбайтили у Beastie Boys, заменив отсылки к нью-йоркской бургерной White Castle строчками о том, как они лихо рассекают по району Лос-Анджелеса Креншоу. В третьем треке Just 4 the Cash Кьюб зачитал: «Всё ради этих долларов и центов». Теперь у них были эти доллары и центы – Алонсо начал выплачивать им всем вместо роялти скромное еженедельное жалованье [1].

Райт по очереди поговорил с Дре, Йеллом и Джексоном. Он сказал Джексону, что соберет их всех вместе и создаст супергруппу South Central. Джексон подумал: почему бы и нет, и согласился. «У Изи был друг по имени Рон-Де-Ву, c которым они работали, Дре был в World Class Wreckin Cru, а я в C.I.A., – вспоминает Джексон. – Мы все вроде как были верны своим коллективам, поэтому решили создать такую звездную группу, чтобы делать грязные пластинки на стороне».

Итак, однажды ночью в начале 1987 года Дре и Райт находились в студии Алонсо; у них была стопка куплетов, сочиненных Джексоном. Райт настоял на том, чтобы уделить немного времени записи для найденного Дре рэп-дуэта HBO с Восточного побережья. Идея заключалась в том, что медленный ритм и акценты нью-йоркского стиля дуэта будут более востребованными, чем темповые техно-поп-рифмы, распространенные повсеместно: в Сиэтле, Сан-Франциско, Майами и Лос-Анджелесе. Наконец, звук Нью-Йорка должен был воплощать аутентичность хип-хопа. Однако вскоре все эти идеи оказались уже неактуальными.

ТАНЦЫ ПОД СТУК

В начале 1980-х одним из заметных мест на хип-хоп-карте Лос-Анджелеса был клуб «Радио» в даунтауне. Место было оформлено по образцу вечеринок «Стальные колеса» в «Рокси». Руководили клубом местный рэп-авторитет Айс Ти и диджей из «Нации зулусов» Африка Ислам.

Бибоинг в нью-йоркском стиле вышел из моды, и на танцполе теперь доминировали стили Западного побережья: локинг – фанковый танец, придуманный в начале 1970-х в крю Campbellockers из Уоттса; поппинг – стремительный прерывистый вариант танца робота, впервые исполненный Бугалу Сэмом из Фресно (этот стиль позже станет известен в Нью-Йорке как электрик-бугалу); страттинг – стиль, зародившийся в афроамериканских и филиппинских районах Сан-Франциско и ставший визитной карточкой самоанских банд Лос-Анджелеса [2].

Многообразие «Рокси» в «Радио» походило на рекламу Benetton. Кид Фрост и его чоло в рубашках Pendleton и штанах цвета хаки подъезжали к клубу на своих лоурайдерах. В клубе тусовались и белые из голливудских трущоб, и представители полутора процентов населения Лос-Анджелеса – американские корейцы, спасавшиеся от изнуряющего труда на семейных предприятиях. Все, за исключением самых стойких братьев, оставили Blue City Strutters – самоанскую криминальную банду братьев из Карсона, которая затем превратится в группу Boo-Yaa Tribe.

Когда тусовки в «Радио» перестали пользоваться популярностью, организацией хип-хоп-вечеринок занялось популярное диджейское объединение Uncle Jam’s Army, возглавляемое Роджером «Анклом Джэмом» Клейтоном, чья первая вечеринка в Южном Централе состоялась еще в 1973 году. Десятилетие спустя Uncle Jam’s Army стали регулярно устраивать выступления в Лос-Анджелесском конференц-центре и на спортивной арене. На свои дикие танцы они заявлялись в армейской форме и в ярких египетских нарядах, а звук обеспечивала выстроенная пирамида из тридцати двух громыхающих колонок Cerwin-Vega.

Но вскоре дела стали плохи.

Танцевальные крю Carson Freakateers, Group Sex и Hot Coochie Mamaz уступили место бандам Rolling 60s Crips и Grape Street Boys. Плей-листы с неистовым чувственным фанком типа Head от Принса и Yes Yes Yes Uncle Jam’s Army были слишком медленными для новой аудитории, которая хотела слышать So Ruff So Tuff Роджера Траутмана и Atomic Dog Джорджа Клинтона. Танец фрик сменил си-вок[202]. Американское оружие двадцать второго калибра уступило место израильскому «Узи». С людей срывали украшения; народ грабили. Однажды вечером женщина вытащила из сумочки пушку и выстрелила парню в челюсть.

НОВЫЙ СТИЛЬ

Хоть они и выросли на территории, где заправляли «Калеки», Кьюб и Дре не были активными членами банды – возможно, потому что Кьюб ходил в школу в другом районе или потому что он занимался спортом. К тому же, насколько было известно Дре, разбои не приносили нормальных денег [3].

И всё же они замечали, как изменились улицы. Последствия рейгановской внешней политики в Южной Америке сказывались и дома, превращая в миллионеров предпринимателей, работавших с контрас, нелегальных торговцев оружием и таких людей, как Рик «Фриуэй» Доннел[203]. Огнестрельное оружие было повсюду. Начиная с 1982 года число убийств, совершаемых бандами, удвоилось [4]. Закона словно больше не существовало. Многие гетто-звезды Западного побережья радостно бросились нарушать все существовавшие ранее ограничения.

В то же время музыка на Западном побережье не менялась. В моде всё так же были дорогие фиолетовые кожаные костюмы в стиле Принса и навороченные драм-машины. World Class Wreckin Cru были тому ярким примером. Дре считал Алонсо чересчур банальным, однако задолжал ему кучу денег. Алонсо не просто владел