Песнь льда, пламени и атома - Ленивый Сайгак

всех истинных железнорождённых: Новый Закон душит их, душит саму суть, заставляя торговать словно пентошийских евнухов, а не брать то, что принадлежит им по праву, по праву Старого Закона. Но многие послушались лорда Квенлона и стали сродни тем евнухам, которых он в своё время грабил и отправлял в рабство в Волантис. Но всё изменится. Утонувший Бог указал ему на двух зеленоземельцев, что осмелились вступить на их берега. Они имели наглость утверждать, что они благородные, но какой благородный будет рыбачить самостоятельно, без слуг и охраны? Так что им придётся побыть жертвой для их бога. Двойная выгода: и закон соблюли, и жертву соответствующую принесли.

— Смотрите, братья и сестры, как низко мы пали. Смотрите на их лица — они не уважают и не боятся нас. Они осмелились прийти к нам с ложью, не боясь последствий. И это только наша вина — мы стали слабыми. Мы забыли, кто мы есть и в чём наша суть, ибо Утонувший Бог дал нам возможность проявить себя, послав этих двоих, чтобы мы принесли их ему в дар. И сегодня мы станем на шаг ближе к тому, чтобы оправдать его, сегодня мы вновь вспомним, кто мы, сегодня мы...

— Ктулху Р’льех фхтагн, мои братья по вере! — его речь прервал чужак, что одним своим видом внушал ужас. Алые глаза обещали каждому, кто в них взглянет, бесконечность страданий. Но Харлон не оступится, ведь Утонувший Бог прислал ему новую, более достойную жертву!

— Кто ты и как смеешь ты прерывать справедливое воздаяние за ложь?! — его пленники-лжецы с кляпами во рту заметно расслабились при появлении чужака.

— Я СМЕЮ! А КАК ТЫ СМЕЕШЬ СТРАЩАТЬ ИХ С ПУТИ ИСТИННОГО! Запутал ты этих отроков своими речами и опутал их своей ложью. Как смеешь ты называться жрецом, если ты даже забыл имя нашего бога! — голос незнакомца внушал благоговейный трепет, но Харлон не сдавался.

— Безумец! Хочешь сказать, ты лучше знаешь нашу веру? Веру тех, кто поколениями жил на этих островах и с молоком матери впитал веру в нашего Бога?

— Слушай меня внимательно, жрец, — в слове «жрец» было столько презрения, что его можно было ощутить во рту, а паства Харлона мгновенно переключила всё внимание на чужака. — Наш бог и впрямь утонул, но он не отдал свою жизнь морю, нет! Великий бог Ктулху спит в своём городе Р’льех и видит сны. И только сильнейшим он насылал свои видения, чтобы его волю исполнили!

«Что за бред?» — подумал Харлон, но его паства взахлёб слушала чужака.

— А как он выглядит? — молвила молодая девушка.

— Лик его ужасен и величественен. Телом своим он подобен человеку, но огромен, ибо ногами своими он упирается в самое глубокое морское дно. Крылья его подобны драконьим, ведь когда он летает, от взмаха его крыла всё построенное человеком сносится будто ничего не значащие песчинки. А лик его подобен кракену, что пожирает драконов!

— Ктулху ест драконов?! — толпа взахлёб слушала чужака, и Харлон признался себе, что тоже стал слушателем. Ему особенно понравился момент про драконов.

— А как же! Ведь из воды мы все вышли, от отца нашего Ктулху, и только он решает, кто из его детей достоин жизни.

— Ты говоришь, чужеземец, что велик он! Но это ложь! Ведь ты не жил на наших островах, не ощущал на себе дыхание бога, не...

— Молчи! Не знаешь ты, о чём говоришь. Я пришёл к вам из земель, что полны чудовищ и ужасов, что пируют плотью человеческой. Что могут по небу летать и взглядом своим испепелять всё сущее. Но великий Ктулху избрал меня, чтобы мы вновь вспомнили, кто мы, и даровал мне силы, чтобы сим ужасам противостоять!

— Докажи! Покажи свою силу, что тебе даровали!

— Не верите мне? И правильно! Но смотрите и узрите!

Чужак подошёл к двум пленникам, и никто не посмел ему перечить. Одним движением он порвал канаты, что по крепости могли посоперничать с железной цепью. Проделав то же самое со вторым пленником, он поднял их одной рукой над собой. Вся паства Харлона смотрела и внимала чуду, да и сами пленники были удивлены.

— Смотрите, великий Ктулху даровал мне силу, дабы противостоять ужасам земель моих, чтобы я смог нести слово его!

Харлон Пайк видел многое, но такую силу он зрел впервые. Но осталась последняя проверка на истинность слов.

— Докажи, докажи нам, что твой бог велик. Прими Благословение Утонувшего Бога.

— Приму. Но не примет меня море, ибо я там могу днями находиться. Ведь каждый из истинно верующих может дышать под водой. Дай мне камень потяжелей, прикуй его к ноге — и выйду я целым.

Так и поступили. Чужак, взяв камень в руки, прыгнул в морскую пучину. Вся паства Харлона следила за сим странным действом. Время начало тянуться, и Харлон подумал, что перед ним выступал безумный шарлатан — за столько времени тот уже должен был утонуть. Но нет, незнакомец вышел из воды с камнем в руке.

— Веришь ли ты теперь, слепец? Веришь ли ты в отца нашего Ктулху?

Утонувший Бог? Нет. Великий Ктулху послал им своего пророка. Харлон уверовал.

— Верую.

Вечером в таверне «Мольба Зеленоземельца».

Кулинарная книга была самым верным приобретением. Рецепты там просто божественные — точнее, стали ими, как только я над ними немного подшаманил. Выношу свой шедевр на обзор окружающих и встречаю два лица, которые с охренением смотрят на меня, и женско-детскую компанию, которая изрядно проголодалась.

— Слуга, ты, наверное, хочешь уморить своего господина голодом? — подал голос Сандор.

— Сандор, вот тут сидит Ланнистер, которому твой род принес вассальную клятву, и он — мой ученик. Что делает тебя автоматически моим «иди нахер, не мешай».

— Это же милорд Ланнистер, ему можно. А ты — чужак, что охотился на моих землях, по праву я могу тебя наказать!

— Наказыватель ты наш, жри лучше, пока не остыло.

— Леди Мейдж, приструните своего слугу, — мелкий засранец сидел у Мейдж на коленях и вовсю пользовался тем, что он ребенок.

— Марк, не обижай маленького лорда. Ему еще меня замуж звать, а ты его обижаешь, — усмехнулась она.

Раунд за тобой, мелкий.

— А откуда у нас столько рыбы? Милорд Ланнистер и сир Вардис ведь ничего не поймали? — спросила Агнес.

— Агнес, милая, пожалуйста, не