Один на рассвете - Ден Шиллинг

Церемония у Мемориала ВВС 24-го августа стала ещё более впечатляющей. Когда наша процессия приближалась к мемориалу, я увидела множество людей, многие из которых были в форме, спешивших успеть к началу. Один офицер остановился и отдал честь, когда мы проезжали — офицер! — и от этого жеста уважения у меня навернулись слёзы. Ожидалось, что придёт около 700 человек, но позже я узнала, что их было более 1200. Когда я оглянулась назад, море красных беретов, синих мундиров и радостных лиц уходило за горизонт. И когда имя Джона открыли на мемориальной стене — единственное имя, высеченное за события в Афганистане, — моё сердце переполнилось гордостью, и я не смогла сдержать слёз. Как бы мне хотелось, чтобы там был он сам, а не только его имя. Но я так горжусь им.

И словно всего этого было недостаточно, после открытия его имени на мемориале состоялась ещё одна церемония — Джону посмертно было присвоено звание мастер-сержанта. Он был бы смущён. А когда церемония завершилась, его военные собратья и сёстры выстроились у подножия Мемориала ВВС, чтобы выполнить первые в истории мемориальные отжимания на этом месте — и, вероятно, самым большим составом. Море храбрых мужчин и женщин, буквально плечом к плечу, под счёт ложилось на землю и поднималось вновь. Кто бы мог подумать, что мальчик, с которым я росла, однажды будет почтён так многократно?

Если бы Джон был жив, он бы тихо сказал: «Я просто делал свою работу; то, что нужно было сделать». Но, дорогой брат, ты сделал гораздо больше, чем просто «свою работу». Ты заслужил эту честь; ты её заработал. Мне грустно от мысли, что мы не сможем в старости сидеть вместе за пивом и послушать истории, которые ты не мог рассказывать при жизни. Но для меня было честью расти рядом с тобой, одним из четырёх Чепменов. Повторю слова Тэмми, сказанные на твоих похоронах: «Ты всегда был моим героем; теперь ты герой всей Америки». И хотя я не тороплюсь, я жду дня, когда мы встретимся снова и наконец-то сможем поговорить. Моё сердце болит от того, что я скучаю по тебе каждый день. Я буду любить тебя всегда.

Эпилог

Жажда испытаний, которая всегда жила в Джоне Чепмене, в итоге привела его в одно из самых избранных и, без сомнения, самых уникальных подразделений Сил специальных операций в мире. Как и большинство молодых людей, вступающих в ряды сил спецназа, он не до конца осознавал, насколько исключительной будет его служба, пока сам не стал её полноправным сотрудником. Когда в 1989 году Джон получил квалификацию по этому направлению, во всём мире насчитывалось менее трёхсот боевых диспетчеров ВВС США. За годы самой продолжительной войны Америки их численность выросла примерно до шестисот операторов — но это по-прежнему лишь малая часть по сравнению с подразделениями спецназа других видов Вооруженных сил: «зелёными беретами», рейнджерами или «морскими котиками», численность которых измеряется тысячами. И всё же это соотношение остаётся оправданным: бойцы службы боевого управления ВВС продолжают действовать как «одиночные воины», придаваемые группам других спецподразделений и обеспечивающие их защиту, связь и поддержку с воздуха в боевых условиях.

Для тех, кто стремится стать боевым диспетчером, путь к этому званию также претерпел серьёзные изменения — так же, как и сама война XXI века. Если для поколения Джона Чепмена обучение представляло собой около года «ада» и сплошного испытания с первого дня, то сегодня курс стал процессом длиной в два с половиной года, включающим целый год углубленной боевой подготовки после выпуска из Школы боевых диспетчеров. Уровень сложности подготовки, включая техническую, и реализм моделируемых задач значительно возросли, но одно осталось неизменным: отсев по-прежнему достигает 75 % — настолько суровы испытания и настолько высоки требования, предъявляемые к тем, кто хочет носить красный берет и звание боевого диспетчера.

*****

Несмотря на своё название и боевую направленность, у бойцов подразделения есть и вторая, возможно, даже более ценная роль — гуманитарная. Именно благодаря этой второй роли группы боевых диспетчеров остаются единственными в мире подразделениями Сил специальных операций (ССО), изначально создававшимися с двойным предназначением — боевым и гуманитарным. В 1978 году трое боевых диспетчеров, базировавшиеся в Панаме, получили внезапный приказ — срочно вылететь в Гайану. Там они оказались в самом центре трагедии в Джонстауне, когда более девятисот членов секты «Храм народов» совершили массовое самоубийство. Эти трое бойцов оказались единственными специалистами, способными самостоятельно скоординировать операции, провести оценку обстановки и доложить на высший уровень правительства США. День благодарения они провели среди сотен тел, чтобы вернуть домой 918 погибших американцев.

С тех пор боевые диспетчеры многократно становились первыми из первых — людьми, которых направляют туда, где случается катастрофа. Для американцев это стало особенно заметно во время урагана «Катрина» в 2005 году, когда диспетчеры из подразделений Национальной гвардии возглавили спасательные и координационные работы в Новом Орлеане. Они превратили межштатную автомагистраль № 10 в импровизированный вертолётный аэроузел, а также с помощью малых лодок «Зодиак» доставали людей из затопленных районов. Позже то же самое они проделали во время ураганов «Рита» (2005 г.) и «Айк» (2008 г.).

После Рождества 2004 года в Индийском океане произошло третье по силе землетрясение в истории, породившее чудовищное цунами, уничтожившее прибрежные районы нескольких стран. В самый пострадавший регион Индонезии, провинцию Ачех, выдвинулось подразделение, где ранее служил Джон Чепмен — 320-я эскадрилья специальной тактики ВВС. Там они доставляли гуманитарную помощь и проводили спасательные операции в зонах, где высота волн достигала 30 метров, сметая целые деревни.

Однако самым значимым гуманитарным развёртыванием боевых диспетчеров стала операция, проведённая ближе к дому — на острове Гаити в январе 2010 года. После мощного землетрясения магнитудой 7,0 баллов, уничтожившего бóльшую часть столицы Порт-о-Пренс, более двух миллионов человек остались без крова. В тот вечер, 12-го января, мастер-сержант Тони Трэвис из 23-й эскадрильи специальной тактики получил приказ срочно прибыть на базу Херлберт-Филд. Ему предстояло возглавить миссию, которая впоследствии принесла ему высшее признание, какого не удостаивался ни один военнослужащий США.

Собравшись и подготовившись к вылету всего за несколько часов, Тони Трэвис возглавил первую группу, высадившуюся на гаитянскую землю. Они прибыли на следующий день, в 15:36. Их задача звучала просто, но требовала мастерства и решительности: обеспечить безопасность, взять под контроль и открыть для